Один мир на двоих - Хелен Бьянчин

Она даже расстроилась, когда машина остановилась возле ее дома.

Алессандро расстегнул свой ремень безопасности, затем — ее, и прикрыл ей рот, когда она хотела что-то сказать, своим поцелуем.

Никаких слов, только действие… Его язык, раздвинув ее губы, проник в рот, стал ласкать нежное нёбо, пока она, не выдержав, порывисто обхватила руками его шею. И снова замерла, когда его рука, скользнув в декольте платья, обхватила ее упругую грудь.

Его большой палец нежно погладил чувственный сосок, и Лили тихо застонала от сладкого напряжения, возникшего внутри.

На секунду она замерла, но разум ее возобладал, и она попыталась освободиться из рук Алессандро. Удивление и облегчение смешались вместе, когда он медленно отодвинулся от нее.

Глаза его были непроницаемо черными, и выражение лица было трудно понять. Лили, упершись ладонью в его грудь, еще больше отстранилась от него.

— Мне надо… идти. — Схватив свою вечернюю сумочку и не видя перед собой ничего, Лили нащупала ручку дверцы. — Спасибо, — с трудом выговорила она, открыв дверцу и выскользнув наружу. — Спокойной ночи.

— Не пойму, что происходит с тем парнем за пятым столиком?

Лили, оторвавшись от работы, встретила отчаянный взгляд Ханны:

— Что-то не так?

— Он отправил назад заказ, пожаловавшись, что креветки пережарены. Джиованни сам готовил креветки, и они были идеальными.

— Я приготовлю ему другое блюдо. — И Лили быстро приготовила его, передав затем Ханне.

Та вскоре вернулась:

— Сказал, что в салате слишком много заправки.

Лили недоуменно взглянула на него:

— Ты шутишь?

— Нисколько. Он что-то задумал, клянусь!

— Хорошо. На этот раз заправку подай отдельно, чтобы он сам мог себе добавить сколько хочет.

Через пять минут Ханна вернулась и подняла большой палец в победном жесте, забирая следующий заказ.

«Слава богу!..»

Лили не собиралась праздновать победу так скоро, и Привереда, как она теперь называла его, вернул свое второе блюдо, на этот раз с жалобой на то, что в феттуччини [11] очень много соуса. Лили сдержала крепкое словцо и подготовила другую тарелку. Но она тоже была возвращена через несколько минут со словами: «Недостаточно соуса».

Ему было подано новое блюдо, на этот раз соус был сервирован отдельно.

Ханна вернулась хмурая, и Лили всплеснула руками:

— Что теперь?

— Он сказал, что соус слишком кислый. — Ханна выразительно закатила глаза.

Это был фирменный соус Джиованни, которым все всегда восторгались. Итак, клиент просто хочет скандала.

— Если ты думаешь, что хуже не будет, то ты ошибаешься. В ресторан только что пришел Алессандро дель Марко.

— Пообедать?

— Он разговаривает с Джиорджио.

Почему у Лили возникло ощущение, что оставшаяся часть вечера станет еще более напряженной?

— Предложи этому парню другой соус.

Ханна глубоко вдохнула, затем выдохнула:

— Я предложу ему маринара [12]. Если он отвергнет и его, то я нечаянно опрокину тарелку ему на колени.

— О, пожалуйста, — очень тихо сказала Лили. — Доставь мне это удовольствие.

Через несколько минут Ханна вернулась:

— Он согласился на феттуччини маринара.

Лили бросила на нее взгляд, который говорил больше, чем любые слова.

— Правда? — Она взяла соус и налила в соусницу. — Отнеси это мистеру Привереде с наилучшими пожеланиями от шеф-повара. И улыбайся.

— Если смогу. — Ханна взмахнула рукой.

Лили едва сдержала смех, когда Ханна выплыла из кухни.

Но скоро она позабыла о смехе, когда Ханна вернулась с тарелкой и соусницей в руке.

— Клянусь, я… — Лили едва подавила в себе вспыхнувший гнев.

— Спокойно, милая. Он хочет видеть шеф-повара.

Лили расправила плечи:

— Прямо сейчас? — Она взяла новое блюдо, добавила туда пасту, соус и вскинула голову.

— Тебе не надо идти… — взволнованно произнесла Ханна, когда Лили направилась к двери.

— Пятый столик, говоришь? — спросила Лили, оглянувшись через плечо.

«Улыбнись, — мысленно приказала она себе. — Веди себя любезно».

С улыбкой, грациозной походкой она выплыла из кухни, бросив всего лишь взгляд в ту сторону, где сидел Алессандро, пока не увидела, кто сидел за пятым столиком.

Джеймс!

Вся ее любезность мгновенно улетучилась.

— Виопа sera, — произнесла Лили с такой ледяной вежливостью, что содержимое его бокала, казалось, сейчас превратится в лед. — Вы жаловались по поводу еды?

Он бросил на нее высокомерный взгляд:

— Да. Я возвращал первое блюдо несколько раз и не очень доволен феттуччини.

— Понимаю вас, сэр. Официантка передала мне ваши замечания. — Лили протянула ему тарелку с идеально разложенными на ней спагетти. — Свежая порция маринара специально приготовлена для вас, сэр, с пожеланием приятного аппетита от администрации. — Она поставила тарелку на стол очень близко к краю и, отнимая руку, как бы невзначай задела ее — и содержимое оказалось на коленях Джеймса. — О боже! — воскликнула Лили с притворным ужасом. — Простите! — Она схватила салфетку со стола и подняла ложку. — Пожалуйста, позвольте мне вытереть это.

— Прочь от меня! — заорал Джеймс и выругался.

— Примите мои искренние извинения, — вежливо произнесла она.

— Метрдотель!

Джиорджио, добрая душа, сразу оценил ситуацию и немедленно выразил свое беспокойство:

— Несчастный случай, сэр. Вам, конечно, выплатят компенсацию за чистку одежды.

— Это было сделано намеренно! Ее надо уволить!

— Полагаю, вам следует уйти, — с угрожающим спокойствием прозвучал знакомый голос, и Лили увидела, как побледнело лицо Джеймса, когда он понял, кто стоит перед ним.

— Ты!.. — Джеймс пришел в ярость. — Какого черта ты здесь делаешь?

Алессандро выразительно приподнял бровь:

— У вас есть выбор: либо самому, по доброй воле тихо убраться, либо вас выведут отсюда. Одна минута на размышление.

— Ты не имеешь права…

Лицо Алессандро стало жестким, превратившись в ироничную маску.

— Вы мешаете клиентам ресторана, которым я владею. Вы хотите, чтобы я вызвал полицию и вас задержали? Осталось двадцать пять секунд…