Апельсиновый рай - Сьюзен Стивенс

— Вы хотите сказать, что у меня совсем ничего нет?

— Да, я хочу сказать, что того, что у вас имеется, не хватит на то, чтобы спасти ваше поместье на Менорке. Мне очень жаль, мисс Уилсон.

Анна-Лиза нервно сглотнула и посмотрела на свои руки, сложенные на коленях. Затем она опять подняла взгляд на обеспокоенное лицо адвоката своей матери.

— Ну, что ж, спасибо, мистер Патерсон, за то, что были со мной так откровенны.

— Сожалею, но у меня нет для вас никакой другой, более приятной информации.

— Я всегда знала, что у меня нет шансов, — сказала девушка, вздыхая, — но мне нужно было убедиться в этом самой… — Она опять вздохнула.

— Насколько я понимаю, — продолжал адвокат, — если вы продадите это поместье, то станете весьма богатой молодой женщиной.

Анна-Лиза грустно рассмеялась:

— Да, это так, но я надеялась… — Она снова вздохнула.

— Я знаю, — произнес он с сочувствием, — жизнь всегда дает нам что-то одной рукой, а другой — забирает. Я все время сталкиваюсь с подобными случаями.

— На самом деле мне не на что жаловаться. Ведь, как вы сказали, у меня будет достаточно денег для того, чтобы вернуться сюда и завести свою собственную юридическую практику.

— Что-то говорит мне: ваше сердце подсказывает вам совершенно другое.

— Да, вы правы. — Анна-Лиза с усилием улыбнулась.

— Хотите, я дам вам совет?..

— Конечно, — согласилась она, подумав, что уже ничего не потеряет.

— Послушайтесь своего сердца, — сказал он. Анна-Лиза с удивлением посмотрела на него. Она никак не ожидала услышать от столь рассудительного адвоката подобного романтического изречения.

— Я вижу, вы удивлены, — заметил юрист, — но поверьте мне, мисс Уилсон, я видел слишком многих людей, вынужденных вести жизнь, которая их не устраивала, только потому, что когда-то они отвергли свой шанс на счастье. А у вас этот шанс еще есть. Не упускайте его до тех пор, пока полностью не убедитесь, что другого выхода нет.

— Спасибо вам, мистер Патерсон, — сказала Анна-Лиза, улыбаясь. Она встала и протянула ему руку. — Если моя мечта осуществится и мне удастся выпутаться из этой неприятной ситуации, вы будете первым, кому я сообщу об этом.

— Буду ждать с нетерпением, — откликнулся он, крепко пожимая ей руку. — И что-то мне подсказывает, что у вас все получится.

— А, вот и вы, — сказала Анна-Лиза, подходя к Рамону, стоявшему около машины.

— А вы что, думали, я вас оставлю? — спросил он, открывая ей дверцу. — Как прошла встреча?

— Мы закончили на оптимистической ноте, — сообщила она.

— Рад за вас, — сказал Рамон, съезжая с обочины.

— Красивая машина.

— Да, неплохая. Как долго вы намерены здесь оставаться?

— Как долго вы намерены здесь оставаться? — спросила она в ответ, улыбнувшись.

— Столько, сколько понадобится. Вы голодны?

В утренней спешке она даже не успела подумать об этом.

— Да. Я просто ужасно проголодалась.

— Отлично. Я тоже.

Пока он был рядом с ней, она чувствовала себя спокойно и уверенно. Анна-Лиза выглянула в окно, желая узнать, куда он везет ее. Рамон свернул на длинную, извилистую дорогу, и теперь вдалеке она увидела здание, сильно напоминающее старинный замок.

— Это ваш дом? — удивленно спросила она. Он неопределенно пожал плечами.

— Пока еще нет. Но это очень хороший отель. И там есть отличный ресторан, — добавил Рамон, останавливаясь перед широкой лестницей. — Вы можете использовать мой номер для того, чтобы привести себя в порядок.

Эти слова слегка задели ее самолюбие.

— Я уверена, дамская комната тоже вполне подойдет для этого, — быстро произнесла она. В ее планы не входило посещение его номера. Пока она не выяснит, что у него на уме, ей следует быть более осторожной. — Вы уверены, что моя одежда подходит для ресторана? — Она взглянула на свой обычный серый костюм и простой белый свитер, надетый под плотный шерстяной жакет. Этот наряд был просто идеален для визита к юристу, но совершенно не подходил для роскошного отеля.

— Не беспокойтесь об этом, — сказал Рамон, стараясь развеять ее беспокойство, как и всякий мужчина, больше ценящий содержимое, чем красочную упаковку. — Честно говоря, я был бы рад поесть в моем номере, но что-то мне подсказывает, что в ресторане вы будете чувствовать себя более уверенно.

Он был прав. Так почему же она все еще дрожит? Она обедала с ним и раньше, и даже ужинала…

Он не был женат, поэтому нет ничего страшного в том, чтобы позволить ему держать себя за руку, подумала Анна-Лиза и сразу же отдернула ее, вспомнив, что Рамон, однако, все еще является для нее деловым соперником.

— Расслабьтесь, — пробормотал он, ведя ее вверх по ступеням.

Огромные дубовые двери вели прямо в слабо освещенный вестибюль. Ковры красноватых оттенков были необыкновенно мягкими и создавали приятный контраст с резными деревянными панелями. На стенах висели картины, написанные масляной краской, а в углу стояло огромное пианино.

— Вам нравится? — спросил Рамон, доставая ключ.

— По сравнению с тем, что я когда-либо видела, это просто чудесно! — честно призналась Анна-Лиза.

— Я думаю превратить этот отель в мое прибежище, — доверительно сообщил он, подводя ее к дверям ресторана. — Луиджи? — позвал он, подойдя к красному плетеному канату, протянутому перед входом.

Человек лет пятидесяти, одетый в униформу, поспешил им навстречу из глубины великолепной комнаты. Увидев Рамона, он быстро подошел и отвязал канат, рассыпаясь в любезностях.

— Синьор Крианца Перес! — воскликнул он с сильным итальянским акцентом. — Что могу для вас сделать?

— Отдельный столик на двоих.

— Конечно, синьор. А для прекрасной синьорины, я полагаю, красную розу?

— Двадцать, — небрежно сказал Рамон.

— Certamente, signore.[12]Отправить их к вам в номер? — вежливо спросил обходительный итальянец.

— Нет, поставьте на стол, — произнес Рамон, с интересом поглядывая на Анну-Лизу.

— Это вовсе не обязательно… — начала она.

— Я повторяю вам еще раз, Анна-Лиза, — тихо сказал ей Рамон, — вы сейчас находитесь на моей территории, и здесь я устанавливаю правила.