Безупречный план - Виктория Волкова

— Дина? — изумилась Настя и даже прикрыла рот рукой. — Моя Дина?

— Можно долго спорить, чья именно Дина: твоя или моя, — криво усмехнулся Илья Семенович. — Но ты совершенно права. Я любил твою бабушку не братской любовью, а она отвечала мне взаимностью. Но ей хотелось стать матерью, иметь полноценную семью и детей. А я, к сожалению, мог дать ей все что угодно, кроме этого. Брак между двоюродными возможен. А вот рождение детей — рискованный шаг.

— Боже, — вздохнула Настя. — Сейчас такая буча поднялась только потому, что вы родственники, а как узнают, что возлюбленные, так пока до смерти не замучают, не отстанут.

— В моей семье все давно известно. Я не видел смысла скрывать, — немногословно заметил Легатов и спокойно посмотрел на свое семейство. Жена кивнула, а сын передернул плечами, словно давая понять: что толку ворошить старую историю?

Настя перевела взгляд на Бэллу, потом на Егора. Бэлка ей подмигнула, Егор отвернулся. Видимо, эта тема ему не нравилась, а уйти он не мог.

— Я давно мечтаю о собственном ребенке, — резко заявил Аллигатор и устало откинулся в кресле. Махнул рукой в сторону Каймана. — Люблю Егора как родного сына, но все же хочется, чтобы на свете жил еще кто-то одной крови со мной. Мой собственный сын или дочь, продолжатель рода. Мои близкие не возражают и даже готовы принять нового члена семьи. Если бы ты согласилась стать матерью моему ребенку…

Настя испуганно вскрикнула.

— А как же… — пробормотала она чуть слышно и снова воззрилась на Бэллу. Та спокойно сидела в кресле, но заметив лицо родственницы, исказившееся от страха, решительно вторглась в разговор.

— Илья, — зыркнула она на мужа черными глазищами. — Вечно ты с середины начинаешь. Так и до сердечного приступа довести можно!

— Прости, Настя, — поморщился Илья Семенович. — Бэлла права. Пожалуй, начну снова. В клинике в Майами хранится материал для оплодотворения. Я давно сдавал, еще до болезни. Но никак не мог определиться, кто именно станет матерью ребенка. Поэтому дело застопорилось. Я просмотрел несколько резюме и ни на одном не смог остановиться. Даже отчаялся найти подходящую женщину. После смерти Дины понял, что и сам не вечен. И внезапно подумал о тебе. Твоя кандидатура кажется мне наиболее удачной. Как я раньше даже не задумывался об этом! Искал просто здоровую и красивую женщину, способную выносить и отдать мне на воспитание ребенка.

Настя отшатнулась, как от удара. Лучше встать и уйти. И больше никогда не возвращаться в этот дом, к этим людям, маскирующихся под нормальных. Но ноги стали будто ватными и язык застрял во рту. Настя, чувствуя, как впадает в оцепенение, не смогла высказать и словечка, не то чтобы убежать. Она ошарашенно смотрела на Аллигатора, в этот момент показавшегося ей Джеком-Потрошителем, и уже думала, как бы вежливо отказаться от такой великой чести, когда Легатова снова одернула Бэлла.

— Илья, — прошипела она негодуя. — Илья!

— Но к тебе это не относится. Естественно, если захочешь остаться частью семьи, никто тебя с ребенком не разлучит. Будь ему настоящей матерью. Люби, заботься о нем.

— Почему именно я? — выдавила из себя Настя. — Многие бы согласились…

— После смерти Дины другие кандидатуры отпали. Ты ее самая близкая родственница. И если лабораторным путем скрестить мои и твои клетки, получится именно тот ребенок, о котором я мечтаю долгие годы. В нем соединимся мы с Диной. Опосредованно, конечно!

Настя тяжело вздохнула и, вжав голову в плечи, пробормотала:

— Я совсем не похожа на бабушку.

— Это не важно, — поморщился Легатов. — Главное, ты ее ближайшая родственница фертильного возраста. Соглашайся, Настя. Станешь богатой. Даже работать не нужно. Малыш будет моим наследником наравне с Егором. Нужно только пройти ЭКО, родить ребенка. А потом жить дальше припеваючи. Никаких Тузиков или Буровкиных в твоей жизни. Соглашайся!

Настя молчала, тупо рассматривая цветастый ковер на полу. В голове царила пустота. Будто все мысли испарились куда-то, а слова забылись.

— Я должна подумать, — промямлила она наконец-то и, нетвердо ступая на ватных ногах, заковыляла вон из комнаты.

— Сколько тебе времени нужно? — бросил вслед Легатов. — Часа хватит?

— Да-а, — пролепетала Настя и, закрыв за собой дверь ненавистного кабинета, понеслась наверх в свою комнату. Мозги лихорадочно заработали. Будто кто-то переключил тумблер.

«Собрать вещи и бежать, — пронеслось в голове. Но Настя тут же осадила себя: — Ну куда ты сбежишь? К себе на квартиру? Так Илья и там тебя найдет. Он где хочешь разыщет. А с другой стороны, никто насильно не заставляет. Тебе предложили работу ходячего инкубатора. Но видимо, в глазах Ильи ты на что-то другое не способна. Отказалась и правильно сделала. Нашли свиноматку! Нужно возвращаться домой, искать работу или ехать в Москву. Тут квартиру продам, доложу деньги, что придут от Лакшберри. На маленькую квартирку в Одинцово или Светлогорске хватит. Кредит потом выплачу. Никто не заставляет платить досрочно. Главное, платежи не задерживать».

Она достала из-под подушки сотовый, намереваясь позвонить Варе. Может, у ее матери, директрисы автосалона, какая-то работа найдется. Или посоветует что-нибудь. Додумать Настя не успела. Пришло уведомление, что кто-то лайкнул ее пост ВКонтакте.

«Я вроде последнюю запись делала месяц назад», — обескураженно подумала она, бездумно щелкнув по уведомлению. А потом, пытаясь не заорать во все горло, уставилась на фотографию: красные кружевные трусы, разложенные на стиральной машине в ванной, и подпись: «Мои любимые трусики!».

Настя закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Потом снова глянула на фотку. Ничего не исчезло. Только грязных комментариев прибавилось. Она, не обращая внимания на дурацкие намеки, увеличила снимок и сосредоточенно всмотрелась. Естественно, это были ее трусы, ее ванная комната, только вот сам снимок оказался чужим. И насколько помнила Настя, именно эти трусики она надевала в день бабушкиной смерти, а вечером переодела. Не смогла носить ничего яркое, ощущая внутренний траур.

«Я же их вроде в корзину кинула, — обалдело попыталась вспомнить Настя. — Как же они на стиралке очутились и кто фотографировал?»

Она снова увеличила снимок и вгляделась в детали. Голубое полотенце для рук! Настя сжала губы, припомнив, что именно его достала из шкафа. Егор дремал в кресле, а она переодевалась в ванной. А потом, умывшись, обнаружила, что на вешалке чистого полотенца нет. Еще пришлось с мокрыми лицом и руками пойти за первым попавшимся свежим. Настя вздрогнула, осознавая, что в ее отсутствие в квартиру кто-то проник. И этот кто-то рылся в грязном белье, разглядывал ее вещи… А еще у него имеется ее пароль от социальных сетей. Она быстро удалила ужасный пост со стены и поменяла пароль. Потом, зайдя в одноклассники и инстаграм, сделала то же самое.

«Кто это мог сотворить? — подумала она, понимая, что на нее объявлена охота. — У кого оказались мои ключи от квартиры? Где я могла их оставить? Или кто-то воспользовался бабушкиным комплектом? А потом сел за компьютер и, автоматически попав на мою страницу, опубликовал эту гадость. Вот только кто и зачем?»