Беременна на полставки - Ульяна Гринь

О господи, только этого не хватало! Я подняла правую руку и пошевелила пальцами, стараясь их увидеть, но всё было в порядке. Фельдшер вежливо заметил:

— На левой руке. Не шевелитесь. Я попшикаю лидокаином, он не опасен при беременности.

— Да не беременная я, — снова залилась краской от стыда, но Илья сбоку распорядился:

— Считайте, что она беременная!

— Договорились, — проворчал парень, и я ощутила на среднем и указательном пальце холодящий спрей. Ощутила и боль, которая пришла только сейчас, если не считать момента удара, а потом всё стихло. Пальцы словно стали толстыми и неповоротливыми, как будто мне пришили чужие, и снова захотелось закрыть глаза и отдохнуть. Но фельдшер не позволил:

— А скажи-ка мне, краса девица, где купила такой пиджачок? Я б своей девушке подарил.

Пиджачок? Сонные мысли отказывались ворочаться в ленивой спячке, но пришлось напрячься и ответить:

— А, это эксклюзивная модель для показа… Даже с моей зарплатой мне не хватит денег, чтобы купить этот жакет…

— Я тебе его подарю, — рявкнул Илья, а потом спросил тише у фельдшера: — У неё сотрясение мозга, да?

— Вполне возможно. Приедем, врач обследует и скажет точнее.

Их голоса доносились сверху, издалека, будто боги беседовали на небесах. И какой-то долей сознания я понимала, что уплываю, а ведь фельдшер мне запретил, но ничего не могла с собой поделать. Зато снова почувствовала на руке сжимающие её пальцы, и виноватый голос Ильи закачал на волнах странного удовлетворения:

— Прости меня, Ника, девочка моя… Я придурок! Надо было Диму вызвать, он учился экстремальному вождению, но нет, решил сам!

— Машину жалко… — пробормотала.

— Хрен с ней! Ник! Ника! Слушай! Я решил! Я назначу тебя ответственной за подбор моделей для «Подиум Стиля», договорились? Слышишь меня?

— Решил он! — ворчливо протянула я, карабкаясь по облакам всё выше и выше. — А у меня спросить? Может, я хочу в бухгалтерии…

— А я тебе зарплату повышу…

На зарплате я, похоже, всё-таки отключилась, потому что плавала в облаках, загребая белую вату полами жакетика, и из карманов сыпались доллары, доллары, доллары…

К сожалению, это и правда, был сон или бред, потому что меня привели в сознание уже в приёмном покое, взяли кровь из вены, повезли на рентген, а потом положили в отгороженном занавесками боксе, куда разрешили прийти Илье. Он присел на кровать и снова взял меня за руку, заставив смутиться:

— Ну, как ты себя чувствуешь?

— Полной дурой с двумя сломанными пальцами, — призналась я. — Даже сотрясения нет.

— Ну и слава богу, — выдохнул он. — Во всяком случае, я беру на себя все расходы, и даже не думай возражать.

— У меня есть полис…

— Я виноват, я заплачу. А ты… Возьмёшь больничный и будешь поправляться дома.

— Илья, а как же аудиторы? Нет, у меня же зарплата на носу! И вообще… Пальцы не ноги, да ещё и на левой руке…

Он отмахнулся было, но шторка стремительно отъехала в сторону, явив нашим взглядам дородную молодую врачиху с легкомысленными очками в форме крыльев бабочки:

— Так, Ника Старостина, правильно? Отлично, переломы в лёгкой форме, медсестра наложит гипсовую повязку, её не мочить, не снимать в течение минимум трёх недель! В травматологию сходите по месту жительства на проверку, я вам выпишу направление. Теперь анализ крови.

Она шлёпнула по столику бумажкой и весело объявила:

— Поздравляю, мамаша и папаша, беременность около трёх-четырёх недель, если планируете сохранять — вставайте на учёт в женской консультации примерно через месяц.

— Я не папаша, — на автомате возразил Илья, сидя с ошарашенным видом, а я вздохнула, раздираемая противоречивыми мыслями. Ты-то как раз и папаша… Если планирую сохранять… А я планирую сохранять?

— Ну-ну, не тот отец, кто родил, а тот, кто воспитал! — махнула на него рукой врач. — Вопросы есть?

— Нет, — я покачала головой. На самом деле, вопросы были, но не по медицинской части. Врач попрощалась и убежала. Когда мы с Ильёй остались в боксе одни, он сказал обалдело:

— Ну, поздравляю, Ника! Какое счастье, что не случилось выкидыша. Я бы себе этого точно не простил.