Красная помада для бибабо - Алёна Воля

— Я сейчас милицию вызову. — Пообещала мрачно, нащупывая телефон в кармане.

— Полицию. — Поправил, подталкивая в кабинку. — Саш, не дури, я помочь хочу. — Добавил, выдернув мобилку из рук.

— Вы в себе?! — привалившись к стене, потерла глаз рукой. Меня ужасно клонило в сон, и усталость была дикая просто.

— Когда температура стала подниматься? — повторил вопрос.

— Вчера началась. Проснулась с ней.

— Какая?

— Тридцать девять, потом сбиваю.

— И ты приперлась с такой температурой на работу?

— Это не ваше дело. Что вам вообще надо от меня?!

— Какие жаропонижающие принимаешь?

— Аспирин! Обычный аспирин! Чай еще пью! С малиной! — закричала и сухо закашлялась.

— Прибереги силы. Кричать потом будешь.

Оказавшись на лестничной клетке, остановилась.

— Отдайте телефон и уходите. Мне не надо вашей помощи!

— Открывай. — Не обращая внимания, кивнул головой на дверь, прислонившись плечом к стене рядом.

— Вы… вы… — слов не находилось. Такую наглость надо не просто иметь с рождения, а воспитывать и лелеять, чтобы вырастить до такой величины.

— Саш, ну какое «вы»? Ты три дня назад кончала сидя на мне. Открывай, давай.

По мне аж мурашки пошли. Набрав воздуха, просипела:

— Пошел на х..!

— Я сейчас сделаю вид, что не услышал. — Ответил напряженно. — Но только сейчас. Поняла?

Раздался звук открывающегося замка и из квартиры напротив вышла соседка, с собакой на поводке.

— Добрый вечер. — Поздоровалась ко мне, мазнув взглядом по Марку Яновичу.

— Добрый вечер. — Ответила, доставая ключи. Ругаться на лестничной клетке — плохая идея. Теперь половина парадного будет в курсе о том, как я на ком-то… о, господи!

Едва зашли в квартиру, Вульф спросил:

— Ты участкового вызывала?

— Да. — Стягивая куртку, буркнула себе под нос.

— И?

— Сказала, что острый бронхит.

— Где руки можно помыть?

Ничего не ответив, я направилась в кухню. Там набрала очередной чайник и включила. Сполоснула три чашки, удивляясь сама себе. Какого хрена меня должна беспокоить сейчас грязная посуда в раковине?! Разозлившись сама на себя, отправилась в комнату, захватив пакетик с лекарствами.

— Что тебе прописали? Показывай. — Раздался голос сзади.

— Скажите мне, Марк Янович, какого… зачем вы здесь? — Открывая кулек, спросила, не глядя на директора.

Он подошел и присел напротив. Небрежными движениями пальцев перебрал коробочки. Потом поднялся и ушел в коридор, а вернулся со своей сумочкой. Достал оттуда стетоскоп.

— Оголи грудь.

— Что?!

— В темпе. Или помочь? — сделал шаг ко мне.

Была бы я не такой слабой и чувствуй себя хоть немножечко лучше — выставила бы его за дверь любыми силами, но в тот момент одолела апатия. Очень хотелось просто прилечь, и чтобы никто меня не трогал, а потому молча встала и задрала свитер вверх.

Марк Янович согрел дыханием кругляшек и стал слушать, раздавая краткие указания:

— Вдохни глубоко. Еще. Еще. Повернись. Вдохни. Задержи дыхание. Покашляй. Еще. — Отошел, укладывая стетоскоп назад в чехол. — Измерь температуру.

Благо термометр у меня был электронный, а потому долго ждать не пришлось. Тридцать восемь и восемь. Чудесно.

— Покажи горло. — Посмотрел, посветив фонариком, потом измерил пульс.

— Все? Теперь я могу выпить то, что мне прописали?

— Прими парацетамол. И бегом в кровать под одеяло. — Он направился в коридор. — Ничего другого пока не пей. Я выйду ненадолго.

Через минуту хлопнула входная дверь.

Посидев немного в полной тишине и недоумении, встала и выглянула из комнаты.

— Это что сейчас было? — спросила вслух. — Дожилась, уже сама с собой разговариваю…

Первым порывом хотелось закрыться на ключ, чтобы Вульф не смог больше войти в квартиру, но увидев пустой крючок, замерла. Я такое нахальство последний раз наблюдала… да никогда! Даже мачеха, при всей своей беспардонности и хамстве, уже казалась не такой и мегерой.

Подпереть дверь стулом? Вызвать, действительно, полицию? Так телефон-то он забрал! Пойти к соседке и попросить о помощи? Ну да, а то представления в общем коридоре, которое мы устроили, не достаточно, для сплетен!

Глухо застонав, отправилась назад, что бы переодеться. А потом, к своему удивлению, как послушный пациент, выпила парацетамол. Выполнила, так сказать рекомендации врача, пусть и бывшего.

Когда же он вернулся, и я увидела, что было в его руках, мысль пойти к соседке показалась не такой уж плохой. Марк Янович, помыв предварительно руки, стал доставать из пакета шприцы и ампулы. У меня перехватило дыхание.

— Вы… вы зачем это? — глядя круглыми глазами, машинально подтянула одеяло к горлу. — Это что?

— Ляг на живот.

— Мне врач антибиотики прописала. В таблетках.

— Угу. Видел. — Согласился спокойно, набирая в шприц лекарство.

— А вы, собственно кто, чтобы мне уколы назначать?

— Я, собственно, в прошлом бывший медработник.

— Санитар? Или патологоанатом?

Он фыркнул.

— Почти. — Открыл упаковку с ватой и оторвал кусок. — Поворачивайся.

— И не подумаю.

— Если я стану силой стягивать с тебя штаны, одним уколом ты не отделаешься. — Пообещал с усмешкой, отвинчивая крышку у какой-то бутылочки.

По плечам от его слов пошла жаркая волна.

— Только попробуйте ко мне прикоснуться. — Прошипела в ответ.

Марк Янович приложил вату к горлышку флакона и встряхнул.

— Саш, ты же понимаешь, что я хочу сделать как лучше?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍С минуту потягавшись с ним взглядом, молча перевернулась, и, зацепив пальцем резинку спортивных брюк, отодвинула немного вниз.