Беременна от нелюбимого - Арина Вильде

Следующие две недели оказываются безумно насыщенными, и у меня даже нет времени, чтобы одуматься и послать Даню с его свадьбой к черту. Все делается в суматохе, найти диджея невозможно, у всех записи на полгода вперед, так же как и у хороших ведущих. Меня все злит и раздражает, а еще эти нескончаемые звонки от родителей, которые шокированы неожиданным известием.

Мама настаивает на знакомстве с Кравцовым, я отшучиваюсь все время и молчу как рыба о том, что это тот самый Даня, с которым мы были одноклассниками. И о беременности, кстати, тоже молчу. Не хочу, чтобы все думали, что он женится на мне из-за того, что я залетела. Стыдно ведь.

Список гостей растет с каждым днем. Мама настаивает, что нужно пригласить и троюродного брата, и тетку из Испании. Даня и сам все время присылает мне сообщения о том, чтобы внесла в список то какого-то партнера, то старого знакомого. Свадьба в кругу самых близких, ага.

Мы с Даней хорошенько повздорили, потом несколько дней не общались, я уже собираюсь мириться первой, но на экране высвечивается сообщение от него:

Даня: «К черту эту свадьбу. Отменяй все. Меня все достало, одни нервы».

Его слова вызывают во мне вспышку гнева, а ещё желание делать все наперекор.

Я: «Ну уж нет, дорогой, так не пойдет. Второй раз меня никто не посмеет кинуть у алтаря. Будь мужиком. К тому же я и так взяла на себя почти всю организацию торжества. Тебе нужно будет только улыбаться и делать вид, что ты до безумия счастлив жениться на мне».

Даня: «Мне хочется украсить все траурной лентой».

Я: «Это, вообще-то, твоя идея была. Но если ты настаиваешь, окей, никакой свадьбы. Я улечу на несколько месяцев на острова. Отдохну от этого всего».

После этого сообщения день молчания и снова:

Даня: «Твое платье пришло. Оно что, из бриллиантов и золота? Нет, не подумай, что я жмот, но оно стоит как моя тачка».

Я: «Не смей смотреть на него до свадьбы! И вообще, какого черта его тебе привезли?»

Даня: «Перепутали, наверное».

Еще день безумных метаний по городу и:

Я: «Диджея по прежнему нет. Будем танцевать под звуки тишины».

Даня: «Я попрошу друга, не волнуйся за музыку. Он отличный парень».

Я: «Кинь портфолио».

Даня: «У него нет портфолио. Это просто друг».

Я: «Я не могу доверить неизвестному человеку такую важную вещь. Кстати, виолончелист заболел. Я в шоке, но обещают найти замену».

Даня: «Какой еще виолончелист, Решетникова?»

Я: «Который играет на виолончели».

Даня: «Я понял, что не на бубенчиках. Это что, похороны, что ты оркестр заказала?»

Я: «Иди к черту, Кравцов!»

Даня: «Сама иди! Отмени оркестр, иначе свадьбы не будет, клянусь».

Я: «Мои родственники ни разу тебя не видели, если не явишься на свадьбу, я найду тебе замену, не проблема. Тем более все уже оплачено».

Наше общение с Даней все эти две недели проходит на грани дикого раздражения, ненависти, ослиной упертости и в ожидании неопределенного будущего. Таня по несколько раз в день спрашивает, не передумала ли я. Хорошо ли взвесила все за и против? Уверена ли, что карьера модели стоит того? Я чувствую, что нахожусь на грани нервного срыва, в конце концов просто отключаю мобильный на сутки, чем злю Кравцова до нервной икоты.

Он примчался прямо посреди ночи ко мне домой, испугал до чертиков, а потом читал нотации о моей безответственности и о том, что ему пришлось бросить все в другом городе и рвануть сюда, потому что какая-то дура решила уединиться со своими мыслями.

— Убирайся отсюда! Видеть тебя не хочу! Раз такой умный, ищи другую жену, которая родит тебе ребенка! — выкрикиваю в сердцах и все же не могу сдержаться, чувствую, как по щекам градом катятся слезы.

Мы замолкаем, а потом Даня молча подходит ко мне и обнимает. Прижимает к своей крепкой груди, и я утыкаюсь носом в его рубашку, вдыхаю знакомый запах и даю слабину. Обещаю, что еще секундочку — и перестану плакать, но вместо этого закрываю глаза и позволяю Кравцову гладить меня по волосам и спине, шептать на ухо какие-то нежности, разрешаю себе хоть немножко, но побыть слабой.