Алискина мечта - Татьяна Волк

В субботу у меня был выходной. Выдраила Степновым квартиру. Наготовила еды. Вечером ставлю перед стариком тарелку с ужином, а дед Степан опять ворчит.

— Нет. Моя бабка лучше готовила.

Я уже шипеть на него готова. Вот во всём сходимся, а этой готовкой своей ну доводит меня!

— Могли бы просто спасибо сказать.

— Я и говорю. Спасибо. Но бабка лучше готовила.

Зыркнула на него стоя у мойки. Тоже мне дегустатор. А ведь сам ложкой так наворачивает, что аж за ушами трещит. Как мать моя бы сказала.

— Вот съеду от вас! Вредный вы!

— Напужала ежа голой задницей, — хмыкнул Степан Георгиевич. — Куда ты съедешь-то? Да и похвалами тебя пусть муж потчует. Я-то что?

— Этот похвалит как же! — бурчу себе под нос, пока вода шумит. Но до слуха старшего Степнова все равно долетают эти дрожащие жалкие ноты.

— Значит правильного мужа выбирать нужно! Вот мой внук…

Я рыкнула и бросила недомытую тарелку обратно в раковину, вспомнив слова матери.

— Вот внук-то ваш с беременной точно бы возиться не стал!

— Тебе-то откуда знать? Мы сего не проверяли ещё, — с усмешкой парирует мне дед. Опять ложку в тарелку запускает, а я возвращаюсь к мытью посуды.

И так каждый вечер. Пофырчим друг на друга, потом идем в общий зал очередной сериал смотреть. Вернее, дедуля Глеба смотрит. Ругается на героев, разговаривает с телевизором. А я поначалу пытаюсь читать книги, но в итоге вместе с ним возмущаюсь чьей-то тупости.

— Господи, ну вот что за дура! Чего ты туда поперлась?! Тебя же там убьют! Ну куда ты! Стой! А!!!

Старик орёт на свой манер. Я на свой.

В итоге после просмотра очередной напряженной сцены, которая заканчивается ровно так, как мы с дедом и предрекали, мы с ним оба всплескиваем руками, и я не выдерживаю.

— Нет, ну у меня больше нет никаких сил это смотреть. Всё я спать!

Желаю деду Степану доброй ночи и отправляюсь в комнату, которую он мне выделил.

На часах уже около одиннадцати. Время кажется довольно позднее, а я, зарывшись с головой в одеяло, всё равно думала, что буду ещё долго ворочаться, размышляя о своей дальнейшей жизни. Но стоило моей голове коснуться подушки, которая почему-то до сих пор хранила запах Глеба, как я тут же вырубилась.

Среди ночи мне стало жутко жарко. Я проснулась как от толчка потому что почувствовала, как чья-то горячая ладонь шарится под одеялом по моему животу и груди.

— Не понял, — услышала рядом с собой голос Глеба прежде, чем истошно завопить.

Это же просто какой-то адский п*здец!

Отскочила от него прежде, чем яркая вспышка света резанула нас обоих по глазам, и мы, сидя на одной кровати, уставились друг на друга круглыми глазами. Хотя я скорее перепуганными. А Глеб был явно в недоумении от происходящего. А точнее от того, что я делаю в их квартире. И если уж быть совсем точной, то и в его комнате. И в его, мать его, кровати! Вот дед! Вот старый интриган!

Стоило только о нём вспомнить, как он проснулся и как застучит мне в стену своей тростью.

— Шаболда, кто там у тебя умер?! Кто родился?! Чего ты орёшь как резаная?

Мой язык наконец отлип от нёба и заикаясь я крикнула ему.

— Вну-внук ваш раньше времени вернулся! Вы вообще-то и предупредить меня об этом могли!

Брови Глеба поползли ещё выше.

— Интересно девки пляшут. А что бы было если бы я вовремя вернулся?

Похоже он явно раньше меня в себя пришел, так что я поддернула одеяло на своей груди прикрытой лишь атласной сорочкой, чтобы меньше на меня пялился.

— Меня бы здесь уже не было! — буркнула я ему в ответ. Отдергиваю из рук младшенького Степнова угол одеяла, за который он успел схватиться и пытаюсь выбраться из кровати. Красная как Викторианская девственница в первую брачную ночь. Это просто какая-то жуткая подстава со стороны деда Степана. Вот ни в жизнь не поверю, что этот старый жук не знал о приезде внука! Ещё и Глеб пожимает плечами с довольной рожей:

— Так я кажется тебя не выгонял.

— Это и не требуется! Сама уйду!

Я опять выдернула край одеяла из его рук, потому что этот гад ползучий очевидно был совсем не против меня из него размотать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Клешни убери! И так облапал всю! — опять бранюсь краснея. Шикаю на него, пытаясь добраться хотя бы до стула, на котором свою одежду перед сном развесила.

Этот дурак довольно гогочет от смеха, а я не знаю куда от стыда себя деть.

Ужас! Но, наверное, сама виновата. В таких случаях, как у меня обычно к подругам жить уходят, а не к престарелому соседу, который спит и видит как на мне внука женить! Но в моем случае даже с подругами беда. Только про аборт мне и говорят. От них только нервов больше, а помощи ноль. Хотя и здесь уже один раздражитель тоже появился. Слышу, как Степан Георгиевич за стенкой по-своему матерится.

— От ёшкин кот! Сейчас опять накуролесят без меня.

Хватаю свои вещи пока Глеб отвлекается и смываюсь с ними в ванную. Дед через пару минут стучит мне тростью в дверь.

— Так давай не прячься здесь и дуй на кухню. Там поговорим.