Подари мне меня - Зоя Анишкина

Чертов день начался со стука в дверь. Вчера с Олежкой мы в итоге поднабрались, поэтому стук в шесть утра меня не то что не обрадовал, а привел в бешенство.

Голова раскалывалась, тело ныло, словно я заснул в кресле. Чертов алкоголь! Чертовы сероглазые бабы!

В итоге мы с ним пытались вчера таки отвлечься. Позвонили и вызвали девушек. Олег себе миниатюрную блондинку (кто бы сомневался), а я — рыжеволосую дылду.

В итоге все закончилось тем, что эти две бабы попили наш коньяк, пожрали все запасы из холодильника и, отделавшись минетами, свалили подобру-поздорову.

Потому что не то. Потому что даже стояло на них с трудом. И если я понял это относительно быстро, спустил пар, то Олежек еще пытался пыхтеть над своей крохой. Крохой исключительно в росте, а никак не в груди пятого размера.

В итоге мы разошлись под утро злые как собаки. А спал я всего пару часов.

Открыв дверь, я не стесняясь рявкнул:

— Какого хрена долбиться в такую рань?!

Передо мной стоял помятый начальник службы безопасности собственной персоной. Злой как черт. Возможно, причиной его настроения был вчерашний костюм. А может, то обстоятельство, что не та блондинка вчера трудилась между его ног.

— И чем я обязан такому раннему визиту? Мог бы проявить мужскую солидарность. Как-никак бухали вместе.

Я пропустил его вперед, и он молча зашел в комнату. Сел на край кровати и невесело посмотрел.

— Возможно, если б я меньше бухал и больше работал, то твоих будущих детей не заморозили бы нахрен.

Сначала я не понял о чем он, а потом до меня дошло.

— Твою ж мать! — я схватился за голову. — Как это могло случиться? Это братец постарался?

— Скорее всего, да. Он, возможно, дал заднюю. Так сказать, передумал. Мне рано утром позвонила Маша и сказала, что переносить нечего.

Черт, черт, черт! В моей голове крутились сотни ругательств. Вот сученыш! Когда успел только. Хотя… Там и успевать не надо, у них с Араратовым разговор короткий.

— Дожми нашего жадного докторишку и верни все деньги. Думаю, братец тоже не пожелает больше платить. И прикрой лавочку. Нечего честных людей кидать.

Олег кивнул. Смотреть на него было странно. Оба мы прекрасно понимали, что это его косяк. Уж что-что, а справиться с охраной моих будущих детей он должен был без накладок.

— Ты больше пальцем не тронешь ни одну из моих работниц. Вообще. Ищи себе баб на одну ночь в клубах.

Я жестко посмотрел на него. Он встретил мой взгляд спокойно. Мы слишком давно знали друг друга, чтобы юлить. Еще в самом начале у нас был уговор, что есть косяк — есть наказание. Я немного подумал и добавил:

— И пигалицу не трогай. Нечего девочку в это ввязывать.

В этот раз в его глазах вспыхнуло возмущение:

— А может, я жениться надумал?

Я уставился на него, а он — на меня. Несколько минут мы сверлили друг друга глазами. Ни один не собирался отводить взгляд.

Практически одновременно мы усмехнулись. Ну ладно, посмотрим.

— Не трогаешь ее, пока ресторан не будет мой, а там и увидишь, насколько сохранится твой запал.

Я прекрасно понимал, что сиюминутная связь, скорее всего, будет держаться до первого траха. А там и интерес пропадет. Поэтому сделал ставку на время. Пусть остудит свои яйца. Проблем с девочками у него явно никогда не было.

Прошлые договоренности стерлись, да и было это так, баловство. Теперь начиналась игра на повышение.

* * *

Оставив Олега наедине с его реакцией, я молча направился в душ. Холодные струи будили, снимая напряжение.

Какого черта все так сложно! Пора было признаться самому себе, что я уже представлял себе рыжеволосого малыша. Как-то совершенно незаметно этот образ укоренился рядом с вредной стервой.

Но нельзя, я еще ни разу не подводил самого себя. Это всего лишь желание, всего лишь жажда секса. Трахнуть ее — и она выйдет из головы. Точно!

Не стоит сбрасывать со счетов и естественную беременность. Почему бы не совместить приятное с полезным? А там и разберемся. Тогда и у меня будут права на ребенка! На внука Вознесенского.

Я вышел из душа. Кивнув Олегу, спокойно подождал, пока друг освежится. Оделся сам и вывесил один из костюмов ему. Пора было ехать в офис.

Он был хмур, но хрен с ним. Сам виноват. Теперь мне нужно начать реализовывать свой план. Думаю, через недельку-другую стоит «случайно» навестить госпожу Вознесенскую у нее в офисе.

Мы молча спустились в автомобиль. Телефон разрывался. На носу была сдача крупного проекта совершенно нового формата: гостиница люкс, совмещенная с бизнес-центром. Здание влетело мне в копеечку и находилось в самом центре города.

Идея пришла давно, теперь я непосредственно руководил проектом. После офиса стоило ехать туда.

Но прежде всего нужно было проработать мать моих будущих детей.

— Олег, достань мне расписание Вознесенской и запланируй встречу с ней на следующей неделе, скажем, в… — я задумался, — четверг. И распорядись, чтобы во всех отелях на следующую неделю в моих номерах были шампанское, презервативы и свечи.

Я задумался. Можно было бы положить и перекус, но, думаю, если что, закажем в номер. От планирования меня отвлекло нервное покашливание. Я поймал направленный на меня недоумевающий взгляд.

— Ты что, ее все равно трахнуть хочешь? Макс, да зачем она тебе? Брату мстить?

Я поморщился. Возможно, со стороны это все смотрелось не лучшим образом.

— Ну почему же сразу трахнуть. Уверен, что она будет не против. — Я усмехнулся. — В последнюю нашу встречу я что-то не заметил сильного сопротивления.

Я взял с соседнего сиденья ее папку и открыл. Теперь у меня появилась привычка держать ее под рукой.

Я знал, что теперь Олег должен был установить за ней слежку с функцией охраны. Не хватало еще, чтобы мою девочку опять занесло в какую-нибудь подворотню.

Под обложкой лежало ее фото в облегающем брючном костюме. Она с кем-то говорила по телефону, и ее глаза метали молнии. Если бы не ее мягкость тогда в машине, податливость ее тела… Сложно было бы поверить, что эта леди со стальными глазами способна быть нежной.

От этих мыслей у меня опять встал. Друг снова кашлянул, намекая на то, что я вообще-то не до конца ему все пояснил. Да что тут пояснять, я и сам запутался.

— Ну а что, Олег. Она хочет ребенка, я хочу ее. Тем более, что уж греха таить, мы друг другу симпатичны. Просто надо дать друг другу то, что нам надо. В конце концов, я тоже уже не молод, и ребенок будет кстати.