Подари мне меня - Зоя Анишкина

— Ой, Мира, прости, ничего же страшного? Мне тетя Ира сказала, что он может взять эти игрушки.

Девушка кусала пухлые губы. Но я была только рада. Единственное… Я смотрела на мальчика, и мое сердце сжималось. Еще не скоро я смогу стать мамой. Теперь нет никакого желания подпускать к себе кого-либо.

Да и сердце мое все еще норовит выскочить при мысли о Максиме… Но не факт, что у нас есть шанс на что-то большее, чем секс.

Я отогнала все это подальше от себя. Сейчас не время забивать голову глупыми мечтами и желаниями.

— Маш, мне очень жаль, но сейчас тебе нельзя будет покидать эту квартиру без охраны. — Маша настороженно вздернула подбородок. — У меня есть некоторые сложности, и, пока они не разрешатся, ты и Кирилл находитесь в опасности.

Немного помолчав, я продолжила:

— Это из-за меня. Но изменить это сейчас нельзя. Кроме того, если все будет совсем тяжко, нам всем придется исчезнуть на какое-то время.

Закончив, я посмотрела на Машу. Та же внимательно изучала ковер на полу у ног ребенка. Кирилл играл с железной дорогой, запуская поезда.

— В общем, с моей везучестью пойду-ка я вещи соберу. На всякий!

Маша подмигнула мне и улыбнулась. Вышло зловеще, учитывая ссадины на губе и кровоподтеки. Но у меня от ее слов немного отлегло от сердца. Фух.

— Ты похожа на мокрого гремлина. Бадягой хоть бы намазалась!

Я кивнула на ее лицо.

— А ты похожа на невесту Франкенштейна. Только скрещенную с рыжей отекшей жабой.

Мы посмотрели друг на друга и разразились хохотом, выпуская все напряжение этой ночи. Несмотря на то, что с Машей мы знакомы недавно, я чувствовала в ней родственную душу.

Поэтому, как и она, хохотала от души. Вот такими нас и нашел Артем.

— Мирослава Илларионовна, вы собираетесь сегодня на работу?

Со слезами на глазах я кивнула. А потом поплелась превращаться из отекшей рыжей жабы хотя бы в спаниеля. Позади меня все еще хохотала Машка.

Нас ждал еще разговор о прошедшей ночи. Но это могло подождать.

* * *

Через несколько часов я оторвала взгляд от рабочего стола, заваленного документами. Передо мной стояла Юля с бутербродами. Я кивнула ей и не глядя стала жевать.

День был в самом разгаре, но я ловила себя на мысли, что безумно устала. Работа не спорилась, строчки разбегались перед глазами. Я потерла переносицу.

Раз за разом мысли возвращались к Максиму и тому сообщению. Я так и не прочитала его, хотя сделать это следовало давно. Но что-то меня все время останавливало и отвлекало. Вот и сейчас, стоило мне потянуться к телефону, как по внутренней связи Юля объявила о посетителе.

В этот момент в дверь зашел Артем и одновременно зазвонил мобильник. Глянув на экран, я увидела имя Маши. Дав знак безопаснику подождать, несмотря на его протест, я взяла телефон.

Из трубки послышались сдавленные рыдания:

— Ммммиирааа! Мирочка, они разбились, они разбились! Мира! Мой Олег…

Дальше я уже не слушала. Я смотрела прямо на Артема, не отводя взгляд. Он только сказал:

— У нас есть несколько часов, прежде чем будет поздно. Поехали.

* * *

Дальше все происходило как в тумане. Я предупредила Юлю, что еду на встречу с клиентом, и вышла вслед за безопасником. Села в неприметную иномарку белого цвета. С парковки мы выехали параллельно с моим вишневым автомобилем.

Пока меня везли, в голове крутился один вопрос: что с Максимом? Но я не хотела спрашивать Артема. Поэтому просто набрала в поисковике телефона последние новости.

Лента пестрела скандальными заголовками. «Пьяная авария», «Молодой директор-миллионер разбился», «Холостяк года не успел поменять статус»… Я открыла самый обычный новостной портал трясущимися руками.

Статья гласила: «Сегодня ночью глава компании «Трофимов-сити» попал в крупную аварию в самом центре города. Находясь в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, он не справился с управлением и врезался в стоящую на обочине фуру. Максим Трофимов и начальник его службы безопасности Олег Смирнов погибли на месте».

Меня трясло, и слезы непроизвольно текли по щекам. Я вспомнила об смс и поспешила его открыть.

Я перечитала сообщение бесчисленное множество раз. Кажется, я заучила его наизусть, и ничто не сможет заставить меня забыть эти слова.

«Девочка, меня преследует ощущение, что увидимся мы теперь не скоро. Моя поездка может задержаться надолго. Как тебе уже известно, мой братец-кретин не отличается умом. Но в этот раз он превзошел самого себя. Потом все расскажу, но будь осторожна! У меня на тебя еще большие планы. И помни, ты теперь моя женщина, чтобы ни приходило в твою хорошенькую голову. Крестному привет передавай, он у тебя тот еще старый хрен. P.S. И береги Машу, а то мой безопасник не сможет нормально работать».

Я вертела телефон в руках, а из глаз катились слезы. Внутри все сжималось, и сознание то и дело ускользало. Мы приехали на какую-то лодочную станцию.

На пристань подъехала похожая машина, и я услышала крики Артема:

— Я что, неясно выразился?! Почему привезли постороннего?!

— Я тебе устрою постороннего! Ты мне не указ, и я еду с вами! Я знаю старого хрена слишком много лет, чтобы мною пренебрегать, и Миру больше не оставлю. Так что прекращай трепать языком, нам надо торопиться!

Сквозь пелену слез я увидела, как из машины выбирается тетя. Едва увидев меня, она кинулась ко мне с объятиями:

— Ничего девочка, ничего! Мы и не такое переживали, лучше подумай о своей беременной подружке, она никак не может прийти в себя.

Я удивленно смотрела на старую женщину. Но нас прервал Артем:

— Все потом, быстро залезайте, нам осталось меньше получаса. Мирослава Илларионовна, ваш телефон.

Я в последний раз взглянула на текст смс и отдала аппарат. Он исчез в руках одного из охранников вместе с моей выдержкой. Я медленно осела на пол…