Два чуда для Папы Мороза - Вероника Лесневская

- В процессе. На днях мне данные передадут, - рапортует. - Известно только, что сестра за границу вылетела несколько месяцев назад, а родители в какой-то забитой деревне все эти годы живут.

- Ясно. Как только получишь информацию, сразу мне пересылай, - и добавляю чуть слышно. - Уверен, для Ярославы это тоже важно…

- Стоп. С чего это ты так о ее чувствах печешься? – Толик садится напротив. – Изначально ведь план был какой? Держать жену Солнцева при себе, наблюдать, - морщусь, как от зубной боли, когда коллега мою Яру чужой женой зовет. - Ждать, пока она что-нибудь не вспомнит или случайно не проговорится. А потом информацию использовать против Солнцева. Что вдруг изменилось? – прищуривается.

- Все изменилось, - рявкаю я и невольно хлопаю себя по карману.

Нащупываю кольцо с голубым топазом, под цвет глаз Яры. Кажется, оно ткань брюк прожигает. И заставляет кровь мгновенно вскипеть.

Выходные нам с Ярой предстоят нервные. Но после серьезного разговора и пары пощечин, которые она мне наверняка зарядит, я планирую сделать ее своей. По-настоящему. Знаю, я опять тороплюсь с предложением. Но почему-то чувствую, что история, как с Миланой, не повторится. Яра другая совсем, чистая и наивная. Настолько, что я начинаю сомневаться, жила ли она вообще в браке с Солнцевым. Впрочем, дети – яркое тому доказательство…

- Только не говори, что ты Солнцевскую бабу… - проследив за моей реакцией, восклицает Толик.

- Заткнись! – бью кулаком по столу. – И прекрати ее так называть. Она не вещь какая-то. И не… баба, - выплевываю зло. – Солнцев на произвол судьбы ее бросил. И на растерзание конкурентам. С детьми вместе.

- Милые бранятся… - начинает коллега, но спотыкается о мой пылающий взгляд. – Эх, Ник, ну что же ты на очередную модельку повелся? На те же грабли? Солнцев как бросил, так и поднимет. Вернется – и она тут же к нему побежит, отбросив все обиды. Деньги творят чудеса. К тому же, Ярослава и не помнит ничего. Это мы тут предположения строим, что между ними произошло…

- Я не отпущу ее, - сжимаю кулаки.

- Ой, дурак, - закатывает глаза Толик.

Отвлекается на сигнал телефона. Слушает долго и внимательно. Отвечает односложно. Мне бы следовало насторожиться, но я опять мыслями улетаю к Яре.

- Пиши завещание, друг, - отключившись, беспокойно говорит Кузнецов, а я смотрю на него скептически. – Ребята из полиции звонили. Со свежими новостями…

Меня сложно напугать, я и так многое повидал за годы службы. И влипал в разные ситуации. Но с недавних пор мне есть, о ком переживать. Поэтому напрягаюсь, пытаюсь считать эмоции Кузнецова, но срываюсь:

- Не тяни кота за хвост, Толик. Говори, как есть!

- Что ж… С крупного бизнесмена, банкира Никиты Солнцева сняты все подозрения. Потерпевшие забрали свои заявления, - на выдохе выдает.

- Невозможно, - рычу я. - Его банковские махинации и мошеннические схемы реальны. Ошибки быть не могло. Я ведь сам против него дело начинал, с потерпевшими общался, только тогда Солнцев откупился, - удивленно тяну я. – А на этот раз он даже из страны сбежал.

- Теперь он опять добропорядочный гражданин, - пожимает плечами. - А бежал он не от нас, сам знаешь.

- Так, допустим, и Ильясов позволил? Мы же выяснили, что Солнцев серьезно этому депутату дорогу перешел. Ильясов в отместку его в долги вогнал. Он же инициировал возбуждение дела против нечистоплотного банкира. Тот случай, когда крысы пожирают друг друга, - задумчиво произношу.

- Видимо, крысы договорились, - парирует Кузнецов, но продолжает серьезнее. - Скорее всего, людям Ильясова удалось отыскать Солнцева за границей. Даже без помощи его жены, которую ты под свое крыло взял. И пришлось Солнцеву хорошую часть бизнеса отвалить взамен за спокойствие. Теперь он больше не так богат и наверняка очень зол.

- Где сейчас Солнцев? - барабаню ручкой по папке с документами.

- Где же ему быть? Наверняка мчится в Россию-матушку. Бизнес восстанавливать, дальше заемщиков облапошивать и трясти, - хмыкает Кузнецов, а я белею от злости и паники. – Избавляйся ты от своей «богатой невесты», пока за ней не приехали.

- Твою ж мать, - подрываюсь с места и, по пути схватив пальто, вылетаю на улицу.

Через час я уже в своем подъезде. В пару скачков преодолеваю лестничный пролет, замираю возле квартиры.

Толкаю дверь – и она поддается. Не заперто.

- Яра? – кричу в никуда, но подсознательно предполагаю худшее. – Коля, Митя?

Одиноко и пусто здесь. Почти как раньше. И только голодный Дин, с диким лаем выскочивший мне навстречу, напоминает, что все случившееся не было сном.

- Тебя тоже бросили? – наклонившись, треплю его по холке. Усмехаюсь с горечью.

Выключаю чувства и активирую режим железного полицейского. Осматриваюсь внимательно: никаких следов борьбы. Вещи на местах, зеркала целы, ящики закрыты.

Забегаю в спальню. Мельком цепляюсь взглядом за растеленную кровать. Которая помнит нас с Ярой… С трудом заставляю себя отвернуться и возвращаю холодный разум.

Распахиваю шкафы и отмечаю, что одежда на месте. Но это еще ни о чем не говорит. Может, не стали заморачиваться – новую купят. Последней коллекции. Ведь если Яра решила вернуться в привычную ей богатую жизнь, то старые тряпки ей явно не нужны.

Убеждаюсь в своих предположениях, когда не нахожу документов. Только мой паспорт валяется, раскрытый на графе с семейным положением. Страница кристально чиста.

Был ли здесь Солнцев? Или все-таки не успел отметиться? Неизвестно.

Но ясно одно: Ярослава ушла. И сделала это по собственной воле. Вот только я ее не отпускал.

Опускаюсь прямо на пол и опираюсь спиной о дверцу шкафа. Прокручиваю в руках телефон, собираясь с мыслями. И уже через секунду вбиваю пароль и запускаю специальное приложение.

Далеко собралась, Яра?