Сдавайся, колючка! - Кристина Майер

Ромул

Я смотрел в глаза Жанны и видел, как там умирают чувства. Она вновь превращалась в красивую ледышку, которая за остротами прячет доброе  ранимое сердце. Зверь внутри, скручиваясь от боли, медленно дох.

Хотелось подойти, но я стоял на месте и наблюдал, как между нами растет стена.

Ленка орала, плакала, но к ней никто даже не повернулся. Упав на колени, она ждала, что друзья смягчатся, но они молча собирали палатки. Единственный, к кому она решилась подойти, был Денис, но и он не стал слушать Лену.

Анамнез сегодня собирали гиды.

Горы… Окажись мы в Москве, разошлись бы по своим домам, а через неделю все забылось бы. Здесь же не спрячешься. Чувства острыми клыками вгрызлись в душу. Я желал Жанну. До безумия желал, но с ней впервые мне хотелось разговаривать, обниматься, целоваться...

Днем мы дошли до небольшого родника. Пришлось задержаться, потому что все решили немного освежиться. В команде чувствовалась напряженность. Лена продолжала плестись в конце группы. В обед она подсела ко мне. Я до сих пор был на нее зол, но не встал и не ушел. Слишком ребяческим выглядел бы мой поступок.  Все, кроме Жанны, уставились на нас. Колючка смотрела в свою тарелку и разглядывала горизонт.

– Зачем подсела? – грубо поинтересовался.

– Извиниться хотела, – по щекам ее текли слезы. Она после утренней истерики так и не успокоилась.

– Оставь свои извинения при себе, – вновь  ощутил дикую злость. Какие, нахрен, извинения? Будто ими можно что-то исправить.

– Я поговорю с Жанной, все ей расскажу. Вечером. Сейчас она не захочет меня слушать.

– Это ничего не даст, если только совесть очистишь и с друзьями помиришься, – поднявшись с камня, вылил остатки супа в костер.

Бараса подошел и сообщил, что у Жанны высокое давление, уровень кислорода в крови все так же ниже нормы.   

– Держи, – протянул ей таблетку от давления.

– Что это?

– Таблетка. Выпей, у тебя высокое давление. Нужно отслеживать твое состояние. Пойдешь рядом со мной, – в приказном тоне.

Не хотелось рисковать ее здоровьем. У Жанны переутомление, а восхождение – это не отдых. Будь моя воля, вызвал бы вертолет, чтобы отправить ее в отель.

– Вокруг тебя целебная зона? – вроде и сострила, но без запала. – Ирина пойдет с нами, – бросила она.

Я не стал спорить.

Наши взгляды встречались, но я не видел искр в глазах колючки. Я помогал ей взбираться на крутые склоны, мерил давление, кислород в крови, но она тут же убирала руку. Жанна ведь не поверила Ленке, тогда почему она так себя ведет?

Вечер был прохладным. Чем выше в горы поднимаемся, тем теплее приходится одеваться. Постелив на камень жилетку, Жанна села спиной к лагерю и принялась любоваться закатом. К ней подошла Лена, которая весь день провела в раздумьях и слезах. Они о чем-то коротко поговорили, и, склонив голову, Ленка отошла, оставив Жанну одну.

Я весь день пытался проанализировать и понять ее отношение. Почему такие резкие перемены? Даже при первом знакомстве между нами летали искры, а тут она отгородилась.  Ира к ней не подходила, все смотрела на меня, ждала, когда это сделаю я. Хотел поговорить с колючкой, понять, в чем дело, но также возникало желание послать все к лешему.

Ребята расходились по палаткам. Ленка сидела на камне где-то в стороне. Ребята так и держались от нее особняком. Она продолжала крепиться и пока не сбежала.

– Поговорим? – подошел к колючке и присел рядом.

– О чем, Азамат? – не глядя на меня.

– Ты ведь ей не поверила, тогда почему отвернулась? – задал самый интересующий меня вопрос.

– Я не отворачивалась. Наверное, хорошо, что так произошло. Неизвестно, чем бы закончился наш курортный роман, а мне бы не хотелось портить с тобой отношения. Скоро Маша возвращается, мы часто будем пересекаться в общей компании, пусть лучше все на этом завершится, чем мы станем избегать друг друга.

– Жанна, ты так говоришь, будто влюблена, а я могу причинить тебе боль…