Настоящая леди - Кристина Додд

– Он был слишком занят, пялясь на леди Валери и размышляя, насколько верны слухи о ее шашнях, – Раделла ехидно захихикала, и Друзилла к ней с готовностью присоединилась.

Мать остановила их со свойственным ей спокойствием.

Лесли немного заколебался.

– Они правы. Но это неважно. Я просто пытался вспомнить, какое у нее состояние.

Рука Йена, сжимавшая стакан, ослабела. Он ожидал, что Лесли отвергнет этот план, так как любой поступок сына приводил его в бешенство, и он оказывал противодействие из одной только злобы. Но все остальные так легко согласились с его планом, и теперь Лесли, кажется, тоже уступил. Впервые в его жизни судьба улыбнулась Йену.

Конечно, свои права на Мэри громогласно и решительно заявил Уитфилд. Но уж с этим Йен совершенно не собирался считаться. Он повертел на пальце кольцо с лунным камнем. Жизнь с Фэрчайлдами научила его подкрадываться незаметно, нападать внезапно и исчезать прежде, чем его настигнет мщение. Пусть Уитфилд сам о себе позаботится.

– Я помню, – Освальд, который всегда отличался хорошей памятью на числа, самодовольно ухмыльнулся. – Четырнадцать тысяч четыреста фунтов в год – это у нее осталось после Гальдена. Что касается Валери, я не уверен – он ведь был француз – но, по слухам, там вдвое больше. Хотя, может быть, этот доход у нее и прекратился, с тех пор как эти чертовы лягушатники принялись уничтожать у себя тех, кто почище.

Заговорил молчавший до сих пор Кэлвин.

– Жаль, что так получилось с ее французским доходом, но как я тебя понял, леди Валери и без того богата. – Он шумно вздохнул. – И чего я здесь с вами рассиживаюсь? Мне пора переодеваться к ужину!

Братья силой вернули его на место.

– Не стоит ссориться из-за того, кому на ней жениться, – сказал Лесли. – Поступим по справедливости.

– Почему вы воображаете, что она вами вообще заинтересуется? – презрительным тоном спросила Лилит.

Трое дядей взглянули на нее с изумлением, а Берджес что-то в негодовании залопотал.

Освальд первым пришел в себя. Как можно быть такой дерзкой и одновременно бестолковой.

– Но ведь она же женщина? – воскликнул он, как бы объясняя все.

– И женщина, в молодости вдоволь насладившаяся плодами любви, – продолжил Лесли, обнажив в крокодиловом оскале вставные зубы.

– Всем известно, что женщины, пожившие всласть, жаждут удовольствий и тогда, когда они уже давно перестали привлекать мужчин.

Освальд сделал кислую мину.

– Леди Валери сейчас уже никого не соблазнить. Она располнела и вся в морщинах.

– Ну, прямо, как вы, – сказала Дэйзи.

– Мужчины – другое дело, – высокомерно отозвался Лесли.

Йен громко рассмеялся. Лесли бросил на него взгляд, полный ненависти.

– Мужчины еще сохраняют свою силу и привлекательность, когда женщины уже усыхают и становятся отвратительными. Это – закон природы. Ну уж так и быть, я готов пожертвовать собой и спать с леди Валери.

«Теперь понятно, почему он так легко уступил мне Мэри, – подумал Йен. – У него была на уме приманка покрупнее».

– И все денежки, значит, приберешь к рукам? – хихикнул Освальд. – Не выйдет!

Лесли принял оскорбленный вид.

– Я бы поделился с братьями.

В ответ ему раздался дружный общий смех. В чем в чем, а в ненависти друг к другу Фэрчайлды были едины.

– Ну, ладно, мне вы можете не доверять, – огрызнулся раздраженный Лесли. – Но все-то мы не можем на нее навалиться. Так что же, станем соломинки тянуть, кому обхаживать эту ведьму?!

– Если только держать их будет Бэбби, – сказал Берджес. – Он здесь единственный, кому можно хоть сколько-нибудь верить.

Бэб позвонил и приказал явившемуся на звонок лакею достать соломы. Когда ее принесли, он подозвал дядей к столу. Но подошли только трое.

Освальд подозрительно обвел взглядом братьев, потом – каждый угол.

– Давно ушел Кэлвин?

– Он нас опередил! – топнул ногой Лесли. – Я этого не допущу!

– Не знаю, как ты теперь остановишь его, – Берджес ринулся к двери, – или меня.

Освальд как сумасшедший бросился за ним и, оттолкнув, выскочил в коридор. За ним, потрясая пышными бедрами, помчался Лесли. Дочери Бэба откровенно захихикали.

В дверях появился лакей.

– Гости прибывают, милорд.

Девицы вспорхнули разом и, болтая как сороки, выскочили из кабинета. Каждая была намерена завладеть наилучшей добычей среди простофиль, рискнувших посетить Фэрчайлд-Мэнор.

Не обращая внимания на Йена, Бэб и Нора встали, поправляя наряды и всячески прихорашиваясь. Им не было необходимости ловить себе спутников жизни, но и им предстояло сыграть свою роль. Они должны были приветствовать и развлекать гостей, отвлекая холостяков от мысли об опасности, грозившей им в обществе знаменитых красавиц из рода Фэрчайлдов.

Бедняги. Лучше бы и не трепыхались. Все равно им никуда не деться.

Йен по опыту знал, что Фэрчайлды – это племя людоедов, пожиравших друг друга.

Вот и ему предстояло теперь проявить себя подлинным Фэрчайлдом во всей своей красе.