Забудь о любви - Анастасия Соловьева

На самом деле я хотела записать на курсы маникюра из-за Серёжи. Он настаивал на том, чтобы я никуда не уезжала и не получала бесполезное высшее образование. Приводил в пример свою знакомую, которая зарабатывает приличные деньги, работая бровистом в салоне красоты. Серёжа был настолько убедительным, что я без сомнений приняла его точку зрения.

Но действительно ли высшее образование никому не нужно?

После кофейни я возвращаюсь в дом Аркадия и Анны Викторовны. Заметив на кухне Юлиану, подхожу к ней и предлагаю свою помощь. Домработница удивляется, но не возражает. Я впервые за прошедшие дни чувствую себя полезной и нужной, когда вместе с Юлианой занимаюсь приготовлением ужина.

Анна Викторовна удивлённо приподнимает брови, когда заходит на кухню и видит, как я перемешиваю тесто. У меня волосы и ладони в муке, я впервые в жизни готовлю мучное. Юлиана — хороший учитель, она подробно объяснила, что и как нужно делать, чтобы получилась мягкая выпечка.

— Добрый вечер, — здороваюсь с Анной Викторовной. Она хмурится, бросает недовольный взгляд на Юлиану. Я сразу же спешу выгородить домработницу: — Готовка помогает мне отвлечься. Хотя раньше я не особо любила куховарить. Странно, да?

— Я, наоборот, раньше обожала выпечку и первые блюда, могла на выходных часами у плиты стоять. Но с возрастом мне это надоело, — поддерживает разговор Анна Викторовна.

Я улыбаюсь. Юлиана машет, мол, иди, отдыхай, твоя помощь больше не нужна, и я согласно киваю. Не хватало ещё, чтобы этой милой женщине влетело за то, что она выполняет мои капризы.

— Анна Викторовна, скажите, а когда можно посмотреть ваш университет? — спрашиваю, отбросив сомнения.

— В четверг я буду присутствовать на защите дипломных работ. Освобожусь в двенадцать и смогу уделить тебе немного времени, — медленно произносит Анна Викторовна.

— Прекрасно, — восклицаю я радостно и мчусь в свою комнату, чтобы смыть с тела муку и вообще привести себя в порядок.

Обернувшись полотенцем, выхожу из ванной и проверяю телефон. Один пропущенный от Богдана. Сердце начинает стучать быстрее, внутри пузырится волнение. Сажусь на кровать, сомневаюсь несколько мучительных мгновений, а затем перезваниваю Богдану.

— Привет, — говорит он бодро. — Как ты?

— Хорошо. Была у папы, он в хорошем настроении, радуется, что в его палате есть огромный телевизор. А ты как? — решаю ответить ему взаимностью.

— Весь в работе.

— Ясно, — вздыхаю я. На часах почти семь, а Богдан ещё занят. Видимо, не только его отец трудоголик.

— Встретимся завтра? — предлагает он.

Я корю себя за то, что несколько секунд варюсь в глупых сомнениях. Но потом всё же отвечаю как можно радостнее:

— Да, да, конечно! Я буду ждать.

С самого утра я нервничаю перед свиданием. Думаю о том, как всё пройдёт: захочет ли Богдан снова меня поцеловать, пригласит ли к себе домой или отвезёт к своим родителям, вспомнит ли о моём неразумном поведении. Я морально готовлюсь ко всему. Напоминаю, что должна быть нормальной, вежливой и, самое главное, за всё благодарной.

А мой скромный опыт подсказывает, что отблагодарить мужчину можно только одним способом…

Сегодня папа выглядит лучше, чем вчера. Шутит больше, снова хвалит больничную еду и рассказывает про какое-то глупое шоу на телевидении. Я слушаю вполуха, в мыслях один Богдан. На этой неделе мы распишемся и станем другу другу мужем и женой. Мне придётся жить в его квартире и спать с ним в одной кровати. Вряд ли он удовлетворится обычным сном, он же мужчина. Тот единственный поцелуй показал, что Богдана ко мне тянет, от его напора и решимости мне даже страшно стало, но лишь на мгновение. Как только он отстранился — всё прошло. Смогу ли я не отпрянуть в следующий раз? Сегодня? Решусь ли на большее, чем обычный поцелуй?

— Ты меня слушаешь, милая? — спрашивает папа.

— Да-да, — поспешно отвечаю.

— О чём задумалась?

Тяжело вздыхаю, понимая, что врать бесполезно.

— Сегодня мы с Богданом идём на свидание. Будем ужинать в ресторане, насколько я понимаю.

— Это хорошая новость, — улыбается отец. — Видишь, какой замечательный у тебя будет муж!

— Чем же он замечательный? — не выдерживаю я.

— Пытается найти к тебе подход, на свидания зовёт, поддерживает. Разве этого мало? — хмурится папа. — Твой Сергей был на это способен? Он часто приглашал тебя в приличное заведение?

— У него не было столько денег, чтобы по дорогим местам расхаживать, — кривлюсь я. Не хочу вспоминать бывшего, мне больно от его предательства.

— Лия, дело совсем не в деньгах, а в том, хочет ли мужчина доставить своей женщине радость. В нашем городе есть недорогие кафе, ты ведь сама туда с подружками ходила, — отец вглядывается в моё лицо, растерянно качает головой. — Ты что, скучаешь по Сергею?

— Боже, нет! — я начинаю расхаживать по довольно просторной палате. — Сергей поступил ужасно, не защитив меня перед Асмановым. Я просто… наверное, по инерции его оправдываю, не знаю. И ты прав, Богдан обо мне заботится и хочет доставить мне радость. Это самое главное.

Специально перевожу тему в безопасное русло. Отец снова начинает хвалить Богдана, потом Аркадия и Анну Викторовну. Я всё это уже слышала. Достало! Сколько можно повторять одно и то же? Я в долгу перед этими людьми, и с каждой минутой груз ответственности тяжелее давит на плечи. Нельзя всё испортить, иначе мы с отцом окажемся на улице. Кому мы нужны в этой столице? Я даже маникюр делать не умею, а у папы вообще рука сломана.

— Мне нужно идти. Хочу подготовиться к свиданию, — выдавливаю из себя, желая прекратить нравоучения отца.

— Конечно, иди, милая.

Целую папу в щёку, жму его шершавую ладонь и выхожу из палаты. На улице снова жара, голова кружится и к горлу подступает тошнота. Захожу в первый попавшийся ресторан, спрашиваю у официанта, где находится уборная. Смочив руки холодной водой и прижав их к щекам, я постепенно прихожу в себя. Я очень бледная, глаза какие-то растерянные, губы дрожат. Смотрю на себя в зеркало и не узнаю. За прошедшие дни я сильно изменилась, кажется, даже похудела немного.

Нельзя идти на свидание в таком виде! Я должна