Во власти мажора - Инна Стужева

В первый раз после ужина в ресторане, мы разговаривали наедине.

— Ну, Яна, — произнес Протасов и развернулся ко мне, — надеюсь ты поумнела, сидя под домашним арестом.

— Надейтесь, если так хочется.

— А между тем, тебе нужно подумать о свадебном платье, — продолжил он, будто не услышал моего высказывания.

Его взгляд блуждал в районе моей груди. Руки чесались схватить бокал и выплеснуть содержимое в физиономию ловеласа.

Но вдруг что-то щелкнуло. Вот оно! И не надо ничего про зуб выдумывать.

Округлила глаза и захлопала ресницами.

— Платье? С этого и надо было начинать. Я обожаю наряды.

— Да?

Лицо Протасова расплылось в его любимой акульей улыбке.

— Да. Всю жизнь мечтала выйти замуж в белоснежном платье, отделанном жемчугами. С таким огромным кринолином, знаете. И с фатой. Оно же будет дорогим, мое платье? Таким, что все подруги обзавидуются?

Тут я даже ухватила его за руку.

— Естественно, — важно кивнул Протасов, — ведь торжество будут снимать на камеры. И фотографов пригласим.

— Фата тоже должна быть белой и очень длинной. Такой воздушной. А еще у платья должен быть шлейф. Обязательно. Так, чтобы, когда я пойду по проходу, он волочился, а маленькая девочка, похожая на ангела, несла. У нас же будет еще венчание? Хочу настоящее венчание.

— Вот это другой разговор, — довольно крякнул жених.

— Да, Денис Альбертович, то есть Денис. Я конечно, не пришла в восторг от такой скорой свадьбы. Но если уж ее не миновать, хочу, чтобы все прошло круто.

— Так и будет, девочка.

Тут я сняла его руку с его и сделала вид, что расстроена.

— Только, все это одни мечты. Отец не пустит меня даже в салон, даже для такого важного дела, как подобрать платье.

— Можно пригласить сотрудников салона и портних сюда.

— Как? Нет, это решительно невозможно.

К сожалению, Протасов так не считал, и вся моя игра пошла насмарку. Я сделала только хуже, потому что они с отцом посовещались, и отец сказал, что завтра же даст задание секретарю уладить этот вопрос. Выбрать салон, договориться о доставке вариантов моделей на дом.

Теперь ко мне будут приезжать на примерки сотрудники салона, только этого еще не хватало.

Всю ночь проворочалась с боку на бок, и утро не принесло облегчения.

Уже около восьми спустилась вниз, чтобы караулить отца и тут же столкнулась с ним самим.

Скривила лицо и схватилась за щеку.

— Что случилось, дочь?

Отец был в костюме и по всему, собирался уже выходить из дома.

— Пап, зуб болит, не могу. Всю ночь промучилась, — и бросилась мимо него к кухне, очень рассчитывая, что отец последует за мной.

Так и произошло.

Под его взглядом схватила стакан, налила туда воды и добавила соды. Начала яростно прополаскивать, не забывая постанывать.

Не хотелось, чтобы он переживал, но другого выхода просто не видела.

— Сильно болит? Яна, обезболивающее выпей.

— Пила уже, всю ночь. Не помогает.

— Лева, ты еще не ушел..

В кухне показалась мама, но оборвала себя на полуслове.

— Что здесь происходит?

— Говорит, зуб болит, — отозвался отец.

— Ой, бедная доченька. Как неожиданно. По себе знаю. Как я мучилась пока не сделала себе все зубы.

— Но у нее никогда не было проблем с зубами.

— Лева, все когда-то происходит в первый раз. Хорошо еще, что просто кариес. Залечат быстро и все. У Чечиных Альбинка давно все на импланты поменяла, а младше нашей Яночки на год. Ой, бедная девочка.

Я все это время с упоением играла роль.

— Да, Лева она еще вчера жаловалась, но потом сказала, ничего страшного, прошло. Может, все же в клинику съездить? Смотри как мучается.

Отец молчал, а я посильнее застонала.

Уселась за стол, плюхнув голову на руки, снова подскочила. Забегала по кухне.

— Ладно, — произнес отец, нехотя, — но ты будешь сопровождать. Как все это не вовремя. У меня еще встреча через час. Иначе я сам бы поехал.

— Да, конечно же, Лева, езжай, а мы тоже съездим. Не волнуйся.

— Яна, — уже мне, — сейчас вы с мамой, Виталием и другой охраной поедете в клинику. И чтобы никаких фокусов, поняла?

Я ничего не ответила, только простонала сильнее и закатила глаза. И без слов понятно, что мне не до фокусов сейчас. Какие фокусы, когда я просто умираю от зубной боли?

Прости отец, но ты сам не оставил мне выбора.

Загрузились в машины и поехали. Отец на повороте завернул к офису, мы продолжили движение по прямой.

Я достала телефон и начала быстро набивать сообщение Марату. «Sos, еду в клинику…»

— Мам, нам далеко ехать? Где эта клиника находится?

— Потерпи, доченька, тут совсем рядом, на Гороховой.

«…в клинику на Гороховой…»

— Я сама не была ни разу, но Любочка говорит, в «Стоденте» отличные врачи.

«…называется «Стодент»».

Отправила. Но увидит ли? Сейчас и девяти нет, парень должно быть дрыхнет без задних ног. Если не увидит, что делать? Звонить при маме и охранниках (один сидит впереди, один рядом со мной), не получится.

А в клинике я тоже неизвестно сколько времени проведу. С учетом, что у меня хорошие зубы и ничего не болит.

Если бы хоть одна дырочка, могли бы еще придраться, а так…

«Ок» получила ответ буквально через несколько секунд и выдохнула с облегчением. Увидел, прочитал.

А дальше все начало происходить словно в кино.

Приторно-вежливый персонал, заполнение и подписание договора на осмотр, который я принялась читать от и до.

— Яна, это стандартный договор, подпиши скорее, и все, ты же так мучаешься, — уговаривала мама.

Но мне было важно потянуть время. Сориентироваться, где тут окна во двор, где на другую часть улицы, второго шанса может и не представиться. К тому же Марату нужно время, чтобы приехать.

— Нет, мам, я так не привыкла. Если я что-то подписываю, я должна четко понимать, что. Отец всегда так учил.

— Но не в этом случае, Яна. И тут такой мелкий шрифт.

Так, длинный коридор, все окна как назло на лицевую сторону. Виталий Петрович маячит за спиной, второй охранник прохаживается по улице. Еще водитель. В машине он не остался, значит, вполне вероятно, решил обойти дом и теперь ошивается где-то с другой стороны.

Ладно, будет видно.

Наконец, подписала и бросила договор на стойку.

— Яна Львовна, вперед по коридору и направо, — широко улыбнулась регистратор, — я