Притворись нашей мамой - Регина Янтарная

Пулей несусь на выход, выталкиваю мужчину и захлопываю дверь в комнату девочки.

– Ты чего? Пусти, – удивляется Демид.

– Соскучилась. Может, повторим? – не понимаю, что несу. Но обнимаю майора за крепкую шею и вжимаю его в свою пышную грудь, которая, как на зло, сегодня без одёжки, просто спряталась за тонкой блузкой.

***

– Я же говорил, что ещё сама бегать будешь! – втапливается в меня всем корпусом, прижимает к стене.

Горячие губы ложатся поверх блузки и сминают грудь.

– Ах! – зарываюсь пальцами в мягких волосах мужчины.

Крепкие руки бродят по моей попке. И я несказанно радуюсь тому, что сегодня надела джинсы. Настырные пальцы пытаются расстегнуть замок.

С каждой секундой очень тяжело сопротивляться не только мужчине, но и самой себе.

Демид тоже теряется в пространстве. Позабыв, где находится, сдирает с меня блузку. Его жадный взгляд ложится на два полушария.

– Копец! Ты такая красивая! – выдыхает еле слышно и впивается губами.

– Прекрати. Алёна за стенкой! – вразумляю мужчину, крепко вцепившись ему в плечо.

Одной рукой отталкиваю, второй держу за руку.

– Ладно, – отлепляется с трудом. – Жду в душе.

– Хорошо, – поднимаю блузку с пола, надеваю. Возвращаюсь в комнату.

Алёнка по-прежнему болтает с мамой. Улыбашка наша уже расцвела, щебечет.

– Всё! – отключаю телефон.

– Иди сюда, – беру девочку за руку. Веду к кровати. Садимся. – Плаксик мой, давай договоримся, что ты больше не плачешь, не гадаешь на ромашках. Видишь, мама тебя любит очень сильно. Только у неё очень много работы, маленький голодный спиногрызик, через океан не летают самолёты, поэтому она не может прилететь к нам. А ещё мы должны скрывать с тобой от твоего папы, что ты разговариваешь с мамой. Поняла?!

Большие голубые глаза прожигают меня голубым холодным пламенем.

– Это очень важно. Если расскажешь папе, то больше не увидишь маму в телефоне.

Я вся трясусь. Алёнка – болтушка, слишком ненадёжный партнёр для хранения тайн. Если она меня выдаст, то всё.

Полный абзац. Демид не поедет со мной в Сочи.

Демид…он же ждёт меня в ванной.

Боже мой!

Включаю мультики, смотрим, смеёмся.

Дверь открывается. В проёме злой Удальцов в плавках. Манит меня пальцем. Мотаю головой, показываю на улыбающуюся малышку.

Мужчина замирает. Через мгновение расплывается в улыбке. Исчезает. Появляется через пять минут, одетый, как подобает домашнему папе – в трико и футболке.

– Девчонки, может, выйдем на улицу? Покатаемся на великах?

– Да! – кричим синхронно, вскакивая с мест.

Прохожу мимо Демида, пытаясь не задеть его, но он сам ловит моё бедро своим.

– Ты обалденная! – выдыхает мне в затылок.

Зато ты нет! – бурчу про себя. Сегодня поняла, что Демид мне безумно нравится, я трепещу в его руках, хочу быть с ним.

А ещё именно сегодня я решила, что этому никогда не бывать!

Я его боюсь. Любая ошибка с моей стороны, и он меня больно накажет, как Свету.

Ошиблась женщина, вышла замуж за полицейского, не рассчитала свои силы. Не смогла сидеть в бедности и одиночестве. Загуляла баба.

Постой-ка, что это получается. Она изменяла ему всегда? Шесть лет назад, когда они только поженились. Три года назад, когда встретила хоккеиста.

Разве Удальцов заслужил такую женщину?

Как можно изменять любимому?

– Няня! Чего застыла? У тебя ребёнок голый и грязный. Давайте, быстрее. Я пока велосипеды достану.

– Хорошо, – встрепенулась я. – Бусинка, идём в ванную.