Страстный подарок отшельнику - Рейчел Стюарт

— А-а-а. — Взгляд Доротеи смягчился, а улыбка была полна сочувствия. — Не успеете оглянуться, как она заживет, только соблюдайте режим и больше отдыхайте. — Последнее она добавила в свойственной ей манере матроны, и Кэтрин почувствовала, как вспыхнули ее щеки.

Виновна по всем пунктам обвинения…

Ее уже по меньшей мере дюжину раз ловили на том, что она нарушает режим, и каждый раз она получала строгий выговор от Доротеи или Андреаса. И недовольный взгляд Аларика, когда он однажды застукал ее за занятием йогой на рассвете. Физические занятия для нее были частью жизни, без них она страдала.

— Я пытаюсь, просто ненавижу праздность.

— Я тоже, так что понимаю вас, но все же отдых для вас сейчас главное, да?

— Да, — кивнула Кэтрин.

— Итак, что желаете на ланч?

— Я еще не проголодалась после завтрака.

Экономка окинула ее скептическим взглядом.

— Фруктов и йогурта недостаточно на весь день.

— Я съем что-нибудь попозже, если проголодаюсь.

Доротея недовольно покачала головой, но промолчала.

А Кэтрин беспокоилась, что у нее премьера и красная дорожка не за горами, и наряд готов.

Платье до отъезда сидело как влитое. Она не может рисковать.

— Я в порядке, честно.

Доротея кивнула, но суровость с ее лица не исчезла.

— Звоните, если что-то понадобится. Вы не должны подниматься по этой лестнице, понятно?

У Кэтрин на сердце потеплело. Собственная мать никогда так о ней не заботилась, как эта чужая женщина. Искренняя улыбка тронула ее губы, а на глаза навернулись слезы. Что это с ней? Возможно, эмоциональное потрясение прошлого года сказалось, а может, равнодушие Аларика задевает. А ей не хотелось себе в этом признаваться.

— Понятно, мисс Уайлд?

Она сглотнула, снова сосредоточившись на Доротее.

— Совершенно верно… Спасибо.

— Не за что.

Она смотрела ей вслед и понимала, что на самом деле Аларик здесь не так одинок, как считали его сестра и семья.

Она покачала головой и открыла лэптоп, готовая снова окунуться в приключения главной героини Мейси. Кэтрин писалось легко. Сценарий продвигался быстро. Сейчас ей предстояло вытащить героиню из довольно щекотливой ситуации…

— Кэтрин, что, черт побери, происходит?!

Она подняла взгляд и увидела идущего к ней Аларика. Ее сердце мгновенно пустилось вскачь. Ну почему он все время такой чертовски сексуальный?

— И тебе добрый день, Аларик.

Он покачал головой, остановившись у ее шезлонга: руки сжаты в кулаки и уперты в бока, белая футболка облегает грудь. Интересно, есть ли у него футболки другого цвета? Хорошо бы смотрелся черный, может быть, светло-серый…

— Я немного занята, если тебе есть что сказать, говори, и вернемся к работе. — Она мило улыбнулась.

— Доротея утверждает, что ты неправильно питаешься.

— Она напрасно беспокоится.

Он скрестил руки на груди.

— Значит, ты не пропускала обед и не питалась только фруктами и йогуртом?

— Нет, я даже ужинала.

— По словам Доротеи, ты ешь лишь малую толику того, что она подает.

— Послушай, ты мне не начальник, чтобы меня отчитывать.

— Я и не думал этого делать, Кэтрин. Просто я о тебе беспокоюсь.

— Не стоит. А теперь, если не возражаешь… — Она демонстративно уставилась на экран лэптопа. Она хотела работать, но мешал аромат его одеколона. И это злило Кэтрин еще больше.

— Куда поставить поднос? — раздался голос Доротеи.

— Аларик! — Кэтрин одарила его гневным взглядом. — Я же сказала, что сыта.

— Предлагаю совместный поздний ланч, — невозмутимо произнес он.

— Зачем?

— Хочу провести с тобой время, — ответил он.

Она расхохоталась ему в лицо. Неужто он считает, что ее так легко провести?

— Пожалуйста, Кэтрин. Я такой осел, но я беспокоюсь о тебе. Я не стану заставлять тебя есть, если ты не хочешь, но я соскучился по твоей компании.

Это было честное признание, и Кэтрин сдалась.

— Ладно.

Аларик расплылся в улыбке.

— Спасибо.

Он повернулся к Доротее:

— Стол на веранде у спальни вполне подойдет. Там сейчас тень.

Кэтрин поднялась и пошла, прихрамывая.

— О нет, ты сама не пойдешь. — Аларик моментально оказался рядом.

— Но я могу, — возразила она. — Немного неловко, но я справлюсь.

— Зачем? Если я могу тебя понести?

— Еще чего не хватало. Одно дело — немного помочь, и совсем другое — носить на…

Аларик подхватил ее на руки и понес, прежде чем она закончила фразу.

Она прижалась к его груди, и это было очень приятно. Кэтрин невольно вздрогнула.

— Тебе… холодно? — Он недоверчиво посмотрел на нее.

— Не говори глупостей.

Ее щеки пылали. Ну почему она так загорается в его присутствии?

Она, Китти Уайлд, голливудская знаменитость, не может укротить свои эмоции. Потому что с Алариком она просто Кэтрин. Ни тени игры или притворства. Настоящая Кэтрин.

Может быть, в этом проблема.

Она была самой собой… она не могла спрятаться.

Как бы сильно он ее ни отталкивал.

Аларику оставалось винить только себя. Он сам взял Кэтрин на руки, прижал к себе, чувствуя, как растет их взаимное притяжение. Он сам решил вмешаться, когда Доротея пожаловалась, что Кэтрин не ест как следует.

Он готов был бороться за Кэтрин и защищать ее.

Аларик опустил ее на стул.

— Тебе удобно? Хочешь, я принесу другой стул, чтобы ты положила ногу?

Она покачала головой, не поднимая глаз.

— Нет, со мной все в порядке.

— Когда ты в последний раз прикладывала лед?

— Около часа назад.

— Хочешь, я достану…

— Хватит, Аларик! — Кэтрин метнула на него сердитый взгляд. — Пожалуйста, сядь и перестань суетиться.

Он с хмурым видом подчинился.

— Значит, чтобы привлечь твое внимание, я должна была упасть и травмировать лодыжку?

Он поставил перед ней тарелку и начал накладывать греческий салат, приготовленный Доротеей. Услышав такое предположение, он вымученно улыбнулся.

— Немного экстремально, не находишь?

— Не льсти себе. Я не нарочно.

— Нет? Я в этом не уверен. — Он продолжал поддразнивать ее, отчаянно пытаясь поднять настроение и не зацикливаться на ее взгляде, близости ее привлекательного тела в бикини и кимоно.

— Забавно, Аларик, очень забавно.

Он начал отрезать кусок свежеиспеченного хлеба.

— Мне не нужно хлеба, — выпалила она.

— Но он еще теплый, из духовки, тебе понравится.

— Мне слишком нравится, вот в чем проблема.

Он покачал головой, глядя на нее.

— В этом нет никакого смысла.

Он все равно нарезал хлеб и положил на тарелку рядом с ее салатом.

— На случай, если ты передумаешь.

Он и себе наполнил тарелку, незаметно наблюдая, как она откусила от листика салата и прожевала его, не сводя глаз с моря. Как он мог обсуждать это с ней? Не есть вредно для здоровья, но в то же время, кто он такой, чтобы судить ее, критиковать? Она была права, когда