Грех и другие рассказы - Агриппина Касьянова

– Мы бы повстречались пару недель и потом бы умерли в один день, как в сказке. Я б тебя придушила, – со смехом ответила она, когда я озвучил свою больную фантазию.

С тех времен у нас появился свой ритуал. Я всегда приносил ей мороженное, клубничный «Extreme».

– Костя, ну, почему ты такой? Принцы вымерли, один ты остался. Разведись! Мой бывший муж Катю год не видел, и никто не переживает, это же норма…

– Прекрати!, – перебил я Машу. – Сколько можно???!!! Я сказал, нет! Кристина ни в чем не виновата, это я идиот.

– Она тебя приворожила. А теперь срок приворота кончился…

– Слушай, хватит меня мистикой пичкать! Я уже устал. Мне хватает кристининой квартиры. Там постоянно что-то падает, шумит, говорит…

– Вот и я говорю, она – ведьма!

– МАША!!!! Ладно, хватит. Ты-то будешь работать на реке?

– Не особо, – прикусив губу, сказала она. – Только по выходным и ночью, я же теперь серьезная взрослая женщина. Работаю в ооо-фии-сее, – пропела Маня.

– Бросай? – с надеждой

– Ага, и стой с мегафоном посреди улицы, как последняя проститутка. Нет, мерси. Даже ради тебя я не хочу больше терпеть людское быдло.

– С кем же я буду шампанское халявное по утрам пить?

– Найдешь компанию, ты же принц,– съязвила она. Кстати, ваше высочество, вы на занятия опаздываете…

Глава 4. Вода

– Костя, вставай!

Время – интересная вещь. За пару минут ты можешь заново прожить несколько лет, но не можешь оказаться на другом конце города. Надо вставать.

– Кристина, сколько времени?

– Пять У-Т-Р-А! Вечно меня будит твой будильник, а если мой пупсеночек глазки раньше времени откроет?

Что за идиотская привычка! Говорить об этом существе так слащаво? Просто нельзя что ли: «ребенок проснется»??? Я подавил раздражение и начал собираться. Темные волосы торчали в разные стороны. Почему я не девочка, заплел бы пару косичек. Кто вообще придумал рейсы в 7 утра? Бедные иностранные гости нашего города! Я бы на их месте этот самый город возненавидел. Стадо гостей сгоняют в автобус, везут в центр, сажают на корабль, выдают по 45 грамм шампанского (чтоб осталась халява), и катают кругами. Хотя, что я их жалею, еще до выхода в Неву большинство десятый сон видит под тихое мурлыканье гида.

Черт с ними, с туриками, на работу бы не опоздать!

– Картина Репина «Не ждали!», – Маша сияла, – ты, что забыл? Я же сегодня весь день с тобой!

– Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты… привет, – улыбнулся я.

Мы сидели в просторной рубке, было сумрачно. Ну, конечно, лето в Питере отличается от зимы только тем, что столбик термометра находится выше нуля. Стадо иностранного турья уже медленно заползало на теплоход. Судно опасно кренилось. Их откормили что ли специально? Девочка в белой рубашке и черных брюках, совсем еще ребенок бегала из рубки в салон с бутылками дешевого советского шампанского и пластмассовыми стаканами. Проспала дуреха, Аня, кажется.

– Ладно, пойду. – Со вздохом пробормотала Маша и погасила сигарету.

Как я люблю все это. Вода, отражение солнца, корабли… надо было идти в Нахимовское училище, мама когда-то не пустила своего зайчика. Теперь зайчик как последний лох возил туристов по кругу. Вообще вся эта водная кутерьма напоминает парк аттракционов. Во время посадки предупреждают, что нельзя вставать, высовывать руки-ноги во время движения транспортного средства, потом закрывают всякие цепочки-дверцы…

Так не отвлекаться, я чуть не забыл объявиться перед Малым Конюшенным мостом. Вдруг в рубку постучали, ворвалась Маня.

– Смотри! – тыкала она куда-то вправо, – видишь этот желтый дом!

– Что совсем сдурела? – я хотел сказать что-то еще, но забыл.

Справа на набережной Мойки стоял только фасад, самого дома не было! Маша побежала обратно просвещать массы, а я как зачарованный смотрел на странное сооружение… Фасад был желтого цвета, обшарпанный, короче, типичный для Петербурга. Только боковой стены не было. Корабль прошел еще немного, и я вздохнул с облегчением. Просто оптический обман, здание было построено под странным углом к набережной, таким образом с определенного ракурса казалось, будто нет стен. Я продолжал изучать постройку, с другой стороны был дворик. Колодец. Как трубка, срезанная с одной стороны. Окна, расположенные друг напротив друга должны, наверное, соприкасаться подоконниками. Как в Венеции, да, видимо, слишком много экскурсий я в своей жизни прослушал, если сравниваю ее со своим городом, вопреки расхожему мнению, я не видел между ними ничего общего.

Дом заворожил меня, интересно, кто его так криво – косо построил? Все оставшееся время я строил догадки и с нетерпением ждал, когда Маня прольет свет на желтые стены одинокого фасада.

– Я и сама ничего не знаю, – допивая шампанское, промямлил мой гид, – кучу литры перерыла, ничего, даже в Публичку зашла. – Вот это реальный подвиг после трех дней проведенных в стенах этой мрачной библиотеки с целью написать курсовик по фонетике, Маня близко боялась к ней подходить.

– Давай домой собираться, а-то твоя прекрасная колдунья и на меня порчу наведет.

– Ну, ХВАТИТ!!! И так тошно.

Но она была права, Кристина звонила уже пять раз.

Глава 5. Дом

Мне снился какой-то бред, все грязно-желтый Дом. Я посмотрел на часы, ого, 3:00. Ну, и хорошо, почитаю подольше. Я прислушался. Квартира жила своей жизнью. Кто-то невидимый опять спорил, в углу промелькнула тень. Может, к доктору сходить?

Все как обычно. В еженочном или ежеутренном порядке: страх, сигарета, кофе, книжка (сколько там сигарет в процессе, зависит от книжки), смесь, Ребенок, сон.

Сегодня все застряло на предпоследнем пункте. Красный комок крика не желал успокаиваться. Чует, что я его не люблю. Мне было как-то страшно его держать, все равно толку никакого, я опустился на диван в детской. Как Ребенку не плакать, если на стенах розовые слоны и зайцы с маньячными глазами, на занавесках оранжевые жирафы и тигры, на одеяле вообще рыбки и еще фигня какая-то прикручена сверху с музыкой и звездочками. Мне стало его жалко, я бы в такой комнате а-ля зоосад тоже бы орал. И был бы весь красный. Представив себя, метр 80, в детской кровати и Кристину пихающую в рот пустышку с пивом, я расхохотался. Ребенок тут же замолчал. Удачно. Насмеявшись мы с Ребенком уснули. Нет, я не полюбил СВОЕГО, СВОЕГО, СВОЕГО ребенка (если повторять, повторять, повторять, должно помочь, помочь, помочь). Но пожалел, я вдруг понял как ему плохо в зоосаде.

Утром я проспал. Когда я прибежал на причал, гости нашего города уже сидели со скучающим видом