Гадкие, лживые фейри - Сабрина Блэкберри

— И тебя это устраивает? — спросила я.

— Как ни странно, да. Это даже не самое худшее выдёргивание из старой жизни, через которое я прошла.

Эти слова напомнили мне о её пребывании в приёмной семье, и я поморщилась.

— Уф.

— Так и есть. Но хватит обо мне, почему ты не выглядишь иначе?

— Она ещё не изменилась, — сказала Хизер. — Но перемена произойдёт сегодня вечером. Ты уже чувствуешь это?

— Да, мне кажется, — я потерла руки. — У меня по коже мурашки, которых там нет, и я чувствую… электричество?

— Что нам теперь делать? — спросила Кэндис.

— Вы двое, развлекайтесь, — Хизер обняла нас обеих. — Сегодняшний вечер так же важен для вас, как и всё остальное. Ешьте, пейте, танцуйте.

— Думаю, с этим я справлюсь, — знакомый блеск овладел Кэндис, и она протянула руку. — Потанцуешь со мной?

Если бы я не была так ошеломлена, я бы рассмеялась. Кэндис восприняла это спокойно, а я всё ещё была погружена в свои мысли по этому поводу.

— А я должна это делать?

— Да.

Она посмотрела на меня таким взглядом, который означал, что она собирается проявить упрямство в этом, но на грани её уверенности я узнала частичку более мягкой Кэнди. Той самой Кэнди, которой нужен был кто-то, кто поддерживал бы её, когда всё было трудно или ново. Может быть, я была не единственной, кто всё ещё приспосабливался.

— Хорошо, — я едва успела ответить, как она заключила меня в ещё одно крепкое объятие.

Она отстранилась от меня и сцепила наши руки, чтобы она могла вытащить меня на открытое пространство, где уже танцевали другие фейри.

Устроившись в незанятом пространстве, мы начали двигаться, и я осмыслила все изменения. Её движения были более плавными, а черты её лица были знакомыми, но в то же время какими-то чужими.

— Ты такая другая.

Она отвела взгляд, её губы задумчиво скривились в сторону.

— Я знаю.

— Я не имела в виду это в плохом смысле. Если тебе нужно превратиться в волшебное существо, ты можешь быть такой же яркой снаружи, как и внутри.

Мы постояли на танцполе мгновение, пока оркестр менял песни.

Я передернула плечами от дискомфорта, ощущение покалывания становилось всё сильнее ближе к ночи.

— Мы можем поговорить завтра. Сегодня вечером позволь мне просто танцевать до упаду, — сказала Кэндис с обновленной силой в голосе.

— Хорошо.

Я сжала её руки, и она потащила меня глубже в толпу фейри.

ГЛАВА 15

ДЕВИН

После ухода Теи я подождал несколько минут и только потом покинул свой офис.

Спускаясь по лестнице, я мог видеть главную галерею и всю активность. Зимние фейри, которых я разместил в определенных местах, чтобы гарантировать, что ничто не выйдет из-под контроля, были на своих местах. Сегодня вечером Дворы смешались. Для них было в новинку находиться вместе, а не только с себе подобными. Празднование подменыша раз в год также было временем, когда большинство фейри Дворов, находящихся в Сиэтле, собирались в одном месте, и это всегда приводило к столкновению сил.

Я отметил, где в помещении находились остальные три правителя фейри.

Всегда помня о нашем равновесии, они так же остро ощущали бы моё присутствие, как и я их. Особенно сегодня вечером, когда власть моего Двора вышла на первый план перед всеми нами.

У подножия лестницы я начал высматривать кое-кого конкретного. Заметив Хизер на краю главной галереи, я проследил за её взглядом на танцующих подменышей.

— Ты всерьёз облажался с ней, — пробормотала Хизер, когда я подошёл к ней.

— Она переживёт это. Они все смирились.

Я вдохнул свежий сосновый воздух — она только что была здесь.

— Верно, я забыла, Лорд Девин не совершает ошибок.

— Вижу, твоё беспокойство рассеялось теперь, когда ты понимаешь, насколько безопасным будет её изменение, — я поднял бровь.

— Ты ничего ей не сказал!

— Никто не мог знать, что она начнёт видеть истинный вид фейри так рано. Это в высшей степени необычно. Кроме того, у неё была ты и, в конце концов, всё получилось, — возразил я.

— Думаю, лучше, чем то, как Джорджина обошлась с Кэндис.

— Верно.

— Я хочу сказать, какой же отвратительный способ выяснить это, — в голосе Хизер проскользнула горечь.

Глядя на неё, у меня в мозгу щёлкнуло.

— Это из-за Кэндис или из-за тебя и Артура?

— Я говорю не о нём.

— Это было десятилетия назад, и вы оба ввели друг друга в заблуждение.

— Я же сказала, что говорю не о нём, — закипела она.

Мы стояли в тишине, что было для меня предпочтительно. Я уже и так был раздражён из-за двухдневных встреч с Джорджиной, Никола и Артемис, не говоря уже об украшении галереи. Когда всё это закончится, я собирался взять длительный отпуск.

— Она хорошо это переносит, — Хизер нарушила молчание, теперь её слова были мягче.

Пара ушла с танцпола, оставив достаточно места, чтобы мы могли чётко видеть Кэндис и Тею. Моё сердце ёкнуло при виде её.

— Великолепна, — прошептал я.

Хизер посмотрела на меня краем глаза.

— Что это значит? — спросила она.

— Она излучает это, — я махнул рукой в сторону танцпола. — Так или иначе, ей было предначертано стать частью нашего мира. Чудо, что никто из нас не уловил намека на неё раньше. Не могу поверить, что ты ещё этого не чувствуешь.

— А я не могу поверить, что тебя это волнует настолько, чтобы комментировать.

— Конечно, меня это волнует. Могущественный фейри при твоём Дворе это всегда то, за что стоит бороться, — я направился в дальний конец галереи, оставив Хизер позади. — Не спускай с неё глаз, — бросил я через плечо. — Меньше всего мы хотим, чтобы дикие фейри добрались до неё.

Я рассеянно направился к четырём тронам, установленным у задней стены. Толпа расступилась, предоставляя мне щедрое количество пространства. Я удержал себя от того, чтобы не посмотреть на Тею, и вместо этого продолжил движение к своему месту. Артемис уже сидела на своём троне, ей прислуживали её люди, в то время как Джорджина и Никола находились поблизости, горячо споря о чём-то, без сомнения, неважном.

Артемис отметила моё присутствие лёгким кивком.

— Оставь нас, — она отмахнулась от ухаживавшего за ней фейри.

Леди Осени была самой импозантной из нас, хотя другие Дворы, вероятно, думали, что я этот титул числится за мной. Но из нас четверых она была самой старшей и могущественной.

— Чудесного солнцестояния, Девин.

— Могу только надеяться частично достичь уровня того экстравагантного осеннего равноденствия, которое ты устроила несколько