Рубиновое пламя - Илона Эндрюс

— У нас нет доказательств.

— Мне все равно.

— Не все равно. Мы следуем правилам. Это то, что отличает нас от них. Каталина, сейчас не то время и не то место. Я знаю, ты злишься, но если бы я не остановил тебя, ты бы пожалела об этом.

— Нет, не думаю.

— Если бы Линус был здесь, он бы тоже остановил тебя.

— Линуса здесь нет, потому что она почти убила его.

Он наклонил голову, чтобы посмотреть на меня.

— На тебя это не похоже.

Это было не похоже на меня.

Данная мысль закружилась в моей голове, и всплеск магии внутри меня погас.

Я поставила под угрозу расследование. Если бы он не взял меня за руку, мы с Кейли прямо сейчас сцепились бы в мысленной дуэли. Она была необученной, но невероятно сильной.

Я была на волосок от того, чтобы запеть. Я не только чуть не поставила под угрозу поиски напавшего на Линуса, но и подвергла бы опасности жизни всех, кто находился в той комнате. Такого со мной не бывало. Я контролировала свою магию и эмоции с раннего детства, но неподготовленный ментальный маг сумел вывести меня из себя до такой степени, что я чуть не потеряла самообладание.

Такое произошло не из-за Кейли, а из-за Линуса. Он все еще был без сознания, и это серьезно мешало мне соображать. Мне прямо сейчас нужно было взять себя в руки, потому что, если я выйду из-под контроля, я не смогу отменить то, что произойдет.

— Спасибо, что остановил меня, — сказала я ему.

— Обращайся.

Агент Гарсия направлялась к нам, и мы одновременно пошли в ее сторону. Чем больше расстояние было между нами и бдительными глазами внутри дома, тем лучше.

Мы встретились на полпути.

— Она напала на федерального агента, а вы двое просто сидели сложа руки, — прорычала агент Гарсия. — Скажите мне, почему я не должна прямо сейчас вызвать сюда ударную группу и взять ее под стражу. Живой или мертвой, мне все равно.

Это было бы кошмаром. Я повернулась спиной к камере слежения, указала на нее, скрывая жест своим телом, и понизила голос.

— Вы не ошибаетесь, — сказала я. — И ваш гнев понятен. Однако она поступила гораздо хуже, чем это. Я хочу припереть ее к стенке, но она вовлечена в гораздо более масштабную схему, и я точно не знаю, как это сделать. Я не знаю, что произойдет, если мы так поступим. Пожалуйста, дайте мне время.

— Обещайте мне, что вы не будете скрывать расследование, — сказала агент Гарсия. — Я хочу, чтобы вы дали слово, что оно не станет одним из тех секретов внутренней политики.

— Даю вам слово, мы не собираемся скрывать.

— Семьдесят два часа, — выдавила агент Гарсия.

— Управление Смотрителя ценит ваше терпение, — сказал Алессандро.

Агент Гарсия сжала руку в кулак и расслабила его.

— Я скажу вам одну вещь. Эта девушка не халсион. Ее магия на вкус как зазубренное стекло.

Она обошла машину, в которой находился все еще без сознания Уол, села на водительское место, тронулась, и чуть не столкнулась с бронированным «Доджем» серого цвета, сворачивающим на подъездную дорожку. На мгновение две машины оказались в тупике, затем «Додж» дал задний ход, давая агенту Гарсии пространство. Она выехала с подъездной дорожки.

Алессандро нахмурился.

Серый «Додж» затормозил перед нами. Водительское стекло опустилось, открыв загорелого мужчину лет двадцати с короткими, светло-каштановыми волосами и серыми глазами за большими круглыми очками. Я видела его раньше. Он был одним из помощников Леноры Джордан. Мэтт что-то там.

— Нет, — сказал Алессандро.

Мэтт извиняющимся жестом помахал нам рукой.

— Я всего лишь посыльный.

Корнелиус появился в начале подъездной дорожки с Гасом на поводке. Он увидел нас и махнул рукой. Его машины не было видно. Должно быть, он шел пешком от дома Линуса.

Я махнула в ответ.

— Мы потеряли Дага Гандерсона, — сказал Мэтт.

— Как так то, Мэтт? — зарычал Алессандро. — Я оставил его у твоего порога.

— Вопиющая некомпетентность, — весело ответил Мэтт. — Его заметили возле Академии Святой Агнессы. Мы вполне уверены, что он собирается взорвать ее. Я введу тебя в курс дела по дороге.

Тон Алессандро был холоден.

— Я занят.

Настала моя очередь быть благоразумной. Я взяла его за руку и сжала ее. Он бросил на меня возмущенный взгляд.

— Ленора лично спрашивала о тебе, — сказал Мэтт. — Она сказала, что будет считать это одолжением.

В Хьюстоне была горстка людей, которых даже самые сильные Дома не хотели провоцировать. Окружной прокурор Харрис была одной из них. Что еще более важно, сотни детей вот-вот испытают магический метеоритный дождь, который образуется при ударе.

— Все в порядке, — сказала я ему. — Иди.

Он покачал головой.

— Она прислала машину, — сказала я ему. — Я не сделаю ничего опрометчивого без тебя. Я обещаю. Смотри, вон Корнелиус. Я заберу его, проверю, как там Берн с Руной, и мы отправимся домой.

Алессандро снова выругался.

— Все в порядке, — сказала я ему. — В Святой Агнессе сотни детей.

Он выдохнул и сел во внедорожник.

— Езжай быстрее, Мэтт.

— Всегда. — Мэтт улыбнулся мне. — Спасибо за понимание, мисс Бейлор.

Окно снова поднялось. «Додж» развернулся и умчался прочь.

Я забыла рассказать ему о Константине. Ну, и дерьмо. Не то, чтобы это что-то изменило. Ему все равно пришлось бы поехать, чтобы задержать Дага Гандерсона. Я отложу переговоры с царевичем до его возращения домой.

Я села в «Носорог» и подогнала его к началу подъездной дорожки, где стоял Корнелиус.

— Тебя подвезти?

— Да, спасибо.

Он открыл заднюю пассажирскую дверь. Гас запрыгнул на сиденье и лег, тяжело дыша. Мгновение спустя Корнелиус сел на переднее пассажирское сиденье, и мы тронулись.

— Что ты здесь делаешь?

— Мы с Гасом решили пойти по следу Лусианы.

И это привело их прямо к ее дому.

— Вы узнали что-нибудь из разговора с семьей? — спросил Корнелиус.

— Кейли Кабера не халсион. Мы с Алессандро не знаем, кто она. У ФБР есть пожиратель магии, и она тоже не знает, кто такая Кейли.

— Ты думаешь, она и есть наш убийца?

— Да. Я была в пяти футах от нее, и мне пришлось отпустить ее, потому что я не могу этого доказать.

— Пока не можешь, — сказал Корнелиус.

— Да, — согласилась я. — Пока.

— Зачем нынешнему Спикеру использовать свою дочь, чтобы попытаться убить бывшего Спикера?

— Она не пыталась убить бывшего Спикера. Она пыталась убить Смотрителя.

Корнелиус задумчиво потер подбородок.

— Лусиана благоразумна. Была