Выжить нельзя умереть - Елена Милютина

в глухих деревнях до сих пор коммфона в глаза не видели, хорошо, если видеовизор сигнал принимает, и как в такой обстановке выборы устраивать? Этих крестьян любой прохиндей с хорошо подвешенным языком, на что хочешь сагитирует. Я не считаю правильным такое положение, но сразу все не выправишь, революция никому не нужна, от нее одни беды всем, были тому примеры. У нас большая работа сейчас идет по обучению населения умению пользоваться современными благами цивилизации, постепенно втягиваемся в прогресс, а то, что власть в одних руках, так главное, что бы руки были нормальные. У нас сейчас именно такие.

— И сколько палачей поддерживают эту власть?

— У нас мораторий на смертную казнь принят еще до вступления в Унию, между прочим, и снимают его только при введении военного положения, которое не вводилось уже 300 лет! А для преступников, заслуживших ее, на планете есть рудники, а сейчас и на другие планеты с особым режимом ссылаем. И предупреждаю, продолжишь голословно оскорблять правителей, я не посмотрю, что друзья, вызову.

Новые знакомые, поняв, что становятся свидетелями нелицеприятного разговора, поспешили откланяться.

— А знаешь, вызывай, только я на рапирах фехтовать не обучен, а выбор оружия мой, так что давай по-простому, как Наджар предлагал, на кулаках, не испугаешься, что подпорчу личико!?

Наджар вдруг схватил Ната за подбородок, повернул его лицо к свету, всмотрелся в глаза.

— Ты! — рявкнул он, — ты все-таки выкурил ту папироску, что тебе Юстиниан предложил!? Посмотри на его зрачки, Ри!

Зрачки Ната были явно сужены. Что-то было не так в его поведении, совершенно ему не свойственная агрессия…

— Пойдем в парк, — предложил Эльриан, — нечего разборки у всех на виду устраивать.

Как ни странно, Нат протестовать не стал. Втроем они вышли в парк, окружающий строения студенческого городка, сели на лавочку у пруда.

— Наджар, объясни, что за папироска и почему у Ната зрачки, как булавочные головки?

— Потому, что он меня не послушал и выкурил папироску, которыми нас угостил Юстиниан. А в папироске была травка!

— Наркотик? — ужаснулся слегка пришедший в себя на свежем воздухе Нат, — она же запрещена на большинстве планет, за нее не только исключат, но и сесть в тюрьму можно! Как он мог, куратор! Надо жалобу подать.

— Кому, дурачок, — просчитав ситуацию, высказал свое мнение Эльриан, — жалобу надо было подавать, если бы вы его за руку поймали, на месте. Он-то сам курил?

— Не помню…

— Я помню, — уверенно сказал Наджар, — Не курил. Ри, он раздал папироски перед отъездом в Жуковский, у мобивен-бусов, сказал, они тонизирующие, помогут не заснуть по дороге, я как нюхнул, сразу выбросил, я этот запах с 14 лет помню, не могу забыть. Нам тогда в закрытую школу как-то дилер пробрался, уговорил ребят попробовать, ну мы и попробовали. Только у некоторых мальчишек агрессия проявилась, вот как у Ната, драка, скандал, преподаватели запах «дури» унюхали, до дяди дошло, он тогда меня первый и последний раз в жизни собственноручно выпорол, две недели сесть не мог, на всю жизнь запомнил. Дилера поймали, его хозяев тоже, да и обезглавили на площади. А ты, Нат лучше молчи об этой папироске, а то тебя же и обвинят, да и ребят тоже. Юстиниан от всего отопрется, подлый он, одну девушку невестой называет, а с другой ночь проводит.

— Как это? — удивился Эльриан.

— А вот так, я сам видел, мы из мобивен-бусов вышли, пошли в общежитие, а он Лолу с Инженерного под локоток и к своему корпусу, где выпускники живут, повел, в щечку целует, на ушко что-то шепчет. Соблазнитель.

Эльриан задумался. В свете последних новостей все представало в другом свете. Незачем было переживать, что он разрушает давнюю любовь, нет там ее, и не было, по крайней мере, со стороны Юстиниана. Так что его совесть чиста, можно спокойно продолжать встречаться с Анни, добиваясь взаимности

Глава 9

Терра, Кейптаун.

В Кейптауне Аннабель задержалась дольше, чем планировала. С университетом все было в порядке, собеседование прошло гладко, тем более что она поступала под сокращенным именем Анна Ланс, и каверзного вопроса типа «что наследница одного из богатейших кланов Галактики забыла в медицине» избежать удалось. На общежитие она не претендовала, сразу решив, что они с Валентиной снимут квартиру на двоих. Это было одним из решающих аргументов для небогатых родителей подруги. Плата за обучение в Кейптауне была ниже, а возможность жить вне соблазнов общежития успокоила ее родителей, опасавшихся за нравственность дочери.

С поиском квартиры, однако, возникли проблемы. Все приличные места в пешей доступности от Университета были сняты студентами на весь срок обучения. Оставались квартиры в относительно неблагополучных районах, или очень далеко от Университета. Вставать ни свет, ни заря и тащиться на занятия на мобивене совершенно не хотелось. Они с Валентиной от безвыходности уже было согласились на один, наиболее приемлемый вариант, но тут им улыбнулась удача. В кофейне, в центре города они случайно познакомились со старушкой, которая в прошлые годы сдавала флигелек рядом с основным домом на своем участке земли через квартал от Медицинского факультета. Старушка выронила электронную карточку и не заметила, Аннабель подняла и вернула ее владелице. Разговорились. Старушка пожаловалась на одиночество — дети и внуки разъехались, навещают, но редко, скучно одной, сдавала флигелек студентам, но последняя параперед отъездом на каникулы устроила шумную вечеринку, соседи вызвали полицию, старушку оштрафовали, студентам она отказала и теперь боится брать новых. Кроме того, после отъезда жильцов обнаружилось, что они ужасные грязнули, к кухоньке вообще подойти страшно, а у нее сейчас нет денег, чтобы все привести в порядок, понадеялась на оплату от жильцов в следующем году, потратилась на поездку и подарок на свадьбу любимому внуку, а просить у детей не хочет, те давно уговаривали ее не позорить их, не сдавать жилье, но она же не ради денег, хоть они и не лишние, а ради компании молодых людей, рядом с которыми сама молодеет. Тут Аннабель и обрисовала старушке, представившейся как миссис Мартина Ван Бренен, их с подругой проблему, предложив отмыть и подремонтировать жилье в счет платы за месяц проживания и снять флигель уже с первого августа. Миссис Ван Бренен согласилась.

Аннабель обрадовалась, они подвезли старушку до дома на взятом напрокат на год миниатюрном мобивене, осмотрели флигель. Конечно, работы было много, но в результате они получали жилье, о котором можно было только мечтать — отдельный флигель на две спальни, каждая со своей ванной, гостиную — столовую с кухонным отсеком,