Восьмой Артефакт - Tomok0

и вернул ей поцелуй. Гермиона повернулась и случайно столкнулась с холодным взглядом Малфоя. Он сидел не на обычном месте, а в стороне, поэтому она его не заметила. Конечно же, его секретарь была с ним, положив ногу на ногу в лаковых чёрных туфлях на огромной шпильке. Она гипнотизировала его взглядом. Видимо, Малфой видел, как они с Блэром прощались, и поэтому так пристально смотрел на Гермиону.

Она пронеслась мимо и поспешила к себе в отдел, слишком многое нужно было сделать до отъезда, не время раздумывать над этими взглядами.

Около четырех часов она оставила помощницу разбираться с бумагами и не спеша направилась в бухгалтерию. Миссис Хоуп выдала ей командировочные деньги.

— Мисс Грейнджер, вы же увидите мистера Малфоя? Передайте ему, чтобы он зашёл ко мне за командировочными, пожалуйста! Вечно он забывает!

Гермиона кивнула и нарочито медленно пошла по коридорам Министерства. Она задержится на пару минут — и сделает это умышленно. Пусть не думает, что у него есть над ней власть, он не министр, чтобы она торопилась на эту встречу. К тому же Малфой ничего не сможет ей предъявить — ему поручили провести с ней беседу, значит, он проведёт, даже если она немного опоздает.

Она очень давно была в отделе международных отношений. Тут был строгий, сдержанный интерьер, можно даже сказать, весьма и весьма прогрессивный. Обычно чистокровные волшебники не любят подобного, подумала Гермиона. Секретарь Малфоя встретила её доброжелательным взглядом:

— Добрый день, мисс Грейнджер. Проходите, пожалуйста, мистер Малфой вас уже ждёт, — сказала она певучим голосом, откидывая иссиня-черные волосы за спину одним изящным движением.

— Благодарю вас. — Гермиона не стала присматриваться, и так ясно, что она идеальна от кончиков своих длинных острых ногтей до кончиков густых чёрных ресниц. С ней можно было почувствовать себя серой мышью рядом с холёной пантерой. Гермиона направилась к двери с серебряной табличкой и вошла в кабинет.

Она сразу же попала под прицел гневного взгляда Малфоя. Он был зол. Гермиона огляделась — его кабинет тоже был выдержан в светло-серых тонах, с чёрными кожаными диванами, с массивным столом, за которым он и сидел, небрежно откинувшись на спинку кожаного кресла. Он кивнул ей на стул, чтобы она присела.

— Ты опять опоздала, — процедил он сквозь зубы.

— Ничего страшного. На три минуты, — спокойно, глядя ему в глаза, ответила Гермиона.

— Я ценю своё время. И ты должна тоже его ценить, Грейнджер, — отстраненно проговорил он. — У меня слишком много дел, чтобы я терял его в ожидании, пока ты там закончишь со своими лобызаниями.

Гермиона усмехнулась. Ревнует? Или вредничает? Нет, сегодня ему не вывести её из себя.

— Брось, Малфой, и переходи уже к делу. Ты теряешь своё драгоценное время, распекая меня, давай по существу, — сказала она, расслабленно откинувшись на спинку стула, скопировав его позу.

Малфой задержал на ней взгляд. Затем, положив сцепленные в замок руки на стол, начал говорить:

— Итак, Кингсли поручил мне серьёзное задание, и я не могу его подвести. И я не подведу, если ты не будешь мешать.

— Одну минутку, Малфой! — Вскинулась Гермиона. — Поручили нам обоим, а не лично тебе!

— Не понимаю, зачем Кингсли вообще навязал мне тебя в качестве сопровождения, я бы справился и сам, — высокомерно изрёк он. — Но правила таковы, что ты как представитель отдела тайн должна тоже участвовать в этом. Между прочим, это осложняет мне задачу.

— О, ради Мерлина, Малфой! — Схватилась за голову Гермиона. — Я тоже не в восторге от твоей компании.

Он посмотрел на неё каким-то странным взглядом.

— Как угодно, — равнодушно произнёс он, — но я должен проинструктировать тебя относительно твоего поведения и внешнего вида во время переговоров.

— Не много ли ты на себя берёшь? — прищурилась Гермиона. — Министр говорил, что ты проинформируешь меня относительно менталитета арабов!

— О, на этот раз ты внимательно его слушала, даже удивительно, — холодно процедил он. — Поверь мне, Кингсли хотел, чтобы я поговорил именно о том, что я озвучил.

Гермиона скрипнула зубами, яростно уставившись на него. Малфой насладился её молчаливым гневом и начал разговор:

— Итак, первое. Никакой открытой одежды, пока мы находимся на переговорах.

Гермиона не поверила своим ушам.

— Малфой, у меня есть понятие уместности. Я не одеваюсь как твоя… твоя… — она хотела сказать «твоя секретарша», но вовремя осадила себя, это выглядело бы слишком некрасиво. — Я знаю, что такое дресс-код и бывала в арабских странах!

Малфой цокнул языком и с деланным сожалением покачал головой, как будто разговаривал с несмышлёным ребенком.

— Имей в виду, в октябре в Эмиратах жара. Несмотря на это, я требую, чтобы ты надевала на встречи закрытую одежду. Без коротких юбок, обтягивающих футболок и прочего.

— О, может, сразу паранджу на меня наденешь? — иронично поинтересовалась Гермиона.

— Между прочим, это было бы весьма и весьма неплохо, жаль, что ты этого не понимаешь, — отреагировал Малфой. — Нет, паранджа ни к чему. Гораздо больше я бы оценил, если бы ты держала рот на замке.

Гермиона потеряла дар речи. Что он себе позволяет?

— Это наша общая миссия, и я не собираюсь молчать. Я не пустое приложение к тебе, я полноценный участник делегации!

Малфой пристально смотрел на неё и барабанил пальцами по массивной столешнице, что-то прикидывая в уме. Наконец он проговорил:

— Я не требую, чтобы ты молчала всё время. Я лишь хочу, чтобы ты отвечала тогда, когда тебя спросят, либо когда я сам попрошу тебя уточнить какие-то моменты. Я говорю о деловых встречах. Ясное дело, что в свободное от работы время твой язык мелет всё подряд.

— Малфой, я уже готова идти к Кингсли и жаловаться на всё, что услышала здесь! — раздраженно проговорила Гермиона.

Тот посмотрел в сторону и ухмыльнулся. Затем снова метнул свой стальной взгляд на неё:

— А ты думаешь, почему Бруствер не сам тебе об этом говорит, а делегировал эту задачу мне? Он прекрасно знаком с арабским миром и только поддержит меня. Он хочет, чтобы я поговорил с тобой, так как нам ещё придётся контактировать три дня в командировке. Лучше будет, чтобы я тебя подготовил и проследил за тем, как выполняются эти рекомендации.

Он смерил её внимательным взглядом и продолжил:

— Подытожим. Рекомендация первая. Никакой обтягивающей и открытой одежды. Вне рабочего времени — тут я не могу тебе запретить, ходи в чём хочешь, но знай, я не собираюсь отбивать тебя от приставучих арабов.

Гермиона молчала, зло глядя на него.

— Рекомендация вторая. — Он снова побарабанил пальцами по столу. — Не вылезать вперёд меня. Я, как дипломат, говорю первым, а ты ждёшь,