Отражение моей души - Ксения Вебер

***

Ковыряя вилкой свой обед, мы обсуждали с родителями сложившуюся ситуацию:

— Я пока не принял решение о разводе, — меланхолично ответил я родителям.

Отец задумчиво разглядывал меня, а мать побагровела от злости и стала верещать о том, что я подставлю все королевство перед «соседями», что наш договор будет расторгнут и враги первыми нападут на нас, желая отобрать кусок земли послаще. Дальше она пыталась призвать меня к совести, говоря о том, что я не хочу разводиться с самозванкой, что она никогда не даст нам быть вместе. Я ударил кулаком по столу и рявкнул:

— Мама, хватит! Ты достаточно вмешалась в нашу с Линой жизнь! Больше я тебе не позволю этого! И я сказал, что не принял решение, потому что не думал еще об этом. Я сейчас занят тем, что расследую это дело. Если это заговор и Лина как-то причастна к этому, то поверь, она первой понесет наказание, а развод станет обязательным событием!

Я уже порывался встать и уйти, но тут двери в столовую распахнулись, и вплыла она.

«Святые небеса, до чего же она похожа на Лину! Но такая тихая и скромная, аж зубы сводит!»

— Прошу простить меня, Ваше Величество, Ваше Высочество, за опоздание, — она присела в глубоком реверансе. А я не заметил, как закатил глаза.

— Присаживайся Амелина, — растянув улыбку, отмерла королева.

Я смотрел на нее и не чувствовал ровным счетом ничего! Ни симпатии, ни интереса, мне, даже показалось, что она и не красивая вовсе!

Почему Лина с точно таким же лицом вызвала во мне с первых секунд, как ее увидел под фатой, такие дикие эмоции и чувства, которые не отпускают и сейчас?!

Я встал из-за стола, больше не желая, анализировать свои чувства, извинился и удалился, сославшись на большое количество нерешенных дел.

А сам отправился к себе, запретив пускать в покои кого-либо, взял очередную бутылку и отправился на балкон.

Никогда не пил столько, сколько выпил за эти несколько дней. Я признался сам себе, что раскис, что не могу перестать думать о ней, что веду себя, как тряпка. Меня внутренне мотает, как качели. От «хочу обнять ее», до «задушил бы собственными руками».

Когда закончилась вторая бутылка, я открыл третью, а в голове четко сформировалась мысль:

«Я хочу увидеть ее!»

***

И вот я сижу возле ее кровати.

«Как она божественна!»

Даже истощение и болезненная бледность, которая под светом луны, казалось почти мертвенной, не портила красоты ее лица. Я немного наклонился к ней, в нос ударил ее запах, диких цветов и сладких лесных ягод. Я зажмурился, глубоко вдыхая, и не мог надышаться до головокружения.

Рука сама потянулась к ее лицу, невесомо очерчивая контур скул, бровей, губ. Эти сладкие губы, на вкус, как спелые ягодки корлины. Как хочется вновь почувствовать их.

Ее дыхание изменилось, и она открыла глаза. Я замер, держа руку над ее лицом. Цвет весенней зелени на утреннем солнце, но сейчас в темноте и от истощения, свет в них потух, но они не стали менее завораживающими.

«Рейган, очнись! Она предатель! Она тебя обманула!»

Я одернул руку, а сердце сжалось до дикой боли, я невольно скривился.

В ее глазах отразилась боль, а в моей голове возник вопрос:

— Как твое настоящее имя?

Она чуть кашлянула и ответила:

— Ангелина

Своим ответом она в очередной раз подтвердила свою ложь и предательство. Я сжал руку в кулак, так что она хрустнула, и заскрипел зубами. Затем резко поднялся и вышел из ее комнаты. А если точнее сказать, то я убежал от нее, я хотел бы убежать еще и от себя, но это невозможно.

Ночью уснуть я так и не смог.

Глава 11. Страсть, слезы, Бог, боль… Часть 1

«Утренний рассвет — это потрясающее явление природы!»

Укутавшись в одеяло, я просидела полночи в плетеном кресле на балконе.

Стоило только увидеть его и мне захотелось жить! Я поверила сама себе, что он вернется ко мне, что он выслушает, что поймет и, если я в чем-то виновата, то простит меня!

Может меня вдохновил именно рассвет, или Рейган и его ночной визит, но я решила, что сегодня поговорю с ним, даже если мне придется его заставить меня выслушать!

Эни я ждала с огромным нетерпением, как и завтрак, который она мне приносила ежедневно вместе с обедом и ужином.

— Ваше Высочество! — воскликнула она, когда увидела меня в гостиной, стоящей на ногах.

Она быстро поставила поднос на столик и кинулась ко мне с объятиями. Потом резко отпрянула, видимо смутившись за свой порыв.

— Эни, не смущайся! Все в порядке, — я шагнула к ней и уже обняла ее сама.

— Спасибо тебе за заботу, — мягко держа ее за плечи, я посмотрела ей в глаза, отчего у нее скатилась слеза. Она ее быстренько стерла тыльной стороной ладони и улыбнулась.

— Что вы! Я очень рада, что вы сегодня чувствуете себя лучше! Будете завтракать? — она как-то виновато нерешительно посмотрела на меня, а я кивнула и подмигнула ей.

Эни тут же засуетилась, усадила меня, расставила тарелки, налила ароматный напиток, что-то среднее между кофе и какао. А я зажмурилась от удовольствия, поглощая хрустящий тост с маслом и джемом. Эни от радости трещала без умолку, я толком не слушала ее, но одна фраза зацепила мое внимание.

— …на вчерашнем обеде она сидела вся такая святая невинность, королева прям сияла, а принц даже не посмотрел на нее!

Сердце больно кольнуло, и я приложила ладонь к груди.

— Вам плохо? Что-то болит? — тут же спохватилась Эни.

— Нет, нет, все хорошо, — поторопилась ее успокоить.

«Конечно, дорогая свекровь, теперь тебе невестка по душе! А вот хрен вам!»

— Эни, пожалуйста, передай Рейгану, что мне нужно с ним поговорить! — сложив ладони в умоляющем жесте, я уставилась на нее щенячьими глазами. Она осторожно кивнула, собрала посуду и вышла.

А я, хлопнув в ладоши, побежала в гардероб. Мне же надо предстать во всей красе, чтобы он, так скажем, был более расположен к общению со мной.

«А зачем мне тогда вообще одежда?»

Хихикнув своим мыслям, я все-таки задумалась, даже замерла на секунду:

«А может тогда в белье?»

Хлопнув себя ладошкой по лбу, я двинулась дальше.

«Совсем крыша съехала!»

Я перебрала кучу платьев и кучу белья. Пышные, без подъюбников, с разрезами, яркие, темные. Примерно столько же я и перемерила.

В итоге надела скромное белье, но с кружевами. А платье выбрала