Радуга в тумане - Таша Робес

— Вернулась без предупреждения, вся в слезах, значит, есть о чем поговорить. — Мелодично протянула Наташа.

— И ничего-то от вас не утаить. — Маша многозначительно посмотрела на Ивана, пришедшего за минералкой. — Инициатива наказуема, придется Ване мыть посуду.

— Ну вот, сделал для мамы приятное, пригласил подруг, а в ответ такая несправедливость. Вывод напрашивается сам по себе — не делай добро…

— Иди уже, философ.

— Ладно, не томи! Рассказывай! — Таша разлила вино в бокалы и устроилась удобней.

— Рассказывать особо нечего. Просто встретила свою первую любовь, играла в рулетку, проиграла все деньги, потом меня взяли в заложники бандиты, потом отбили вооруженные люди, позже обвинили в связи с наркодилерами. Мой бывший муж допрашивал моего бывшего друга. Обидно только, что все — бывшие, а где настоящие? Потом я рассказала про Ваню и они захотели его увидеть, но даже не перезвонили. — Маша выдохнула, выпила вино до дна и протянула руку. — Еще налей!

— Не поняла, — Тая удивленно смотрела на подругу, — кто именно хотел увидеть Ваню?

— Оба.

— Почему оба?

— А спроси у них. Хотя, какая разница. Где они? Нет ни одного. — От усталости и переживаний Маша быстро захмелела, и на ее глазах выступили слезы.

— Таиска, не наливай ей больше. Я ничего не поняла, а если она еще выпьет, то мы так и не узнаем, у кого больше шансов претендовать на Ваню. Маша, ты что, любила двоих мужчин, — Наташа пыталась быть тактичной, но любопытство перевесило, и она добавила, — одновременно?

— Не совсем одновременно, и не совсем любила, вернее, любила, но только одного, или по очереди. Ты меня запутала, Таша, я уже не пойму кого любила. Теперь мне кажется, что любила обоих, но точно, не одновременно. — Маша подперла хмельную голову рукой и прикрыла глаза.

— Ты что-нибудь поняла? — Спросила Наташа у Таи.

— Я поняла, что сейчас наша Маруська правильная и добропорядочная, а в молодости была…

— Ничего, что я все слышу?

— Слушай, слушай, вольная девка. И это мягко сказано. Голову морочила парням, сердца разбивала, вот теперь плач!

— Добрая Тая, — съязвила Наташа, — ей как раз сейчас нужна наша поддержка. Маня, не обращай внимания, Таиска с Димкой в ссоре, вот и вымещает на тебе.

— Почему в ссоре?

— Об этом позже. А ты давай подробно все с самого начала.

— Это будет долго.

— Мы не торопимся, правда, Тая?

— Правда! — Ответила Тая и принесла оставленную в прихожей вторую бутылку вина. — Говорила, одной мало будет.

— Плесни и мне, начинающая алкоголичка.

— Ты же за рулем.

— Такси возьмем, здесь без бокала хорошего вина даже я не разберусь.

— Ну и кто из нас теперь алкоголичка?

Маша рассказывала о своем «спокойном» отпуске. Наташа, молча улыбаясь, подливала в бокалы вино. Тая качала головой и через каждые пять минут вставляла реплику: «Распутная девка», за что получала пинок под столом. На исходе второй бутылки Маша разрыдалась, не замечая, что постоянно сморкается в Таискину шифоновую косынку, которую та тщетно пыталась вырвать у нее из рук.

— Хорошо Филя вовремя приехал, выручил, хотя перед этим весь мозг выел.

— Маруська, ну ты даешь, да мы тебя совсем не знаем. Расскажу Диме, не поверит. Нет, не расскажу, мы не разговариваем.

— А я, как будто в кино сходила, но только на первую серию. Что-то мне подсказывает — это еще не конец.

— Конец был на вечере встречи выпускников, когда Филипп поддался искушению и рассказал нашему общему другу Юре Кутепову эту историю, слегка добавив пикантности.

— И что?

— Да ничего, только их в это время снимала на камеру противная Элка Чайкина, потом рассказала каждому по отдельности, и всем вместе показала. Так что я была звездой вечера, затмила даже выскочку Ленку, которая живет в Америке и имеет собственное ранчо. В ближайшие пять лет я с ними больше не встречаюсь. — Маша заглянула в свой пустой бокал. — А еще выпить есть?

— Вина больше нет. — Захмелевшая Наташа убрала пустые бутылки со стола. — Теперь чай с коньяком.

— Тоже хорошо. — Маша перевернула бокал, вытрусив несколько капель на язык. — А что у вас с Димкой?

— Та, — Тая отмахнулась и скривила лицо.

— Наша идеальная мать семейства, кажется, завела роман на стороне, Дима прочел сообщение в телефоне и учинил допрос. — Ответила за нее Наташа.

— Тайка, так что ты там про вольную девку говорила? — парировала Маша, пытаясь изобразить осуждающую гримасу.

— Ну, какой роман? — протянула Тая. — Так пару раз по городу погуляли, в кафе посидели, поцеловались на прощанье, а Димка вынес приговор — виновна.

— А не ты ли две недели назад его в измене подозревала, и, как я предполагаю, без всяких оснований. И нас с Ташей слушать не хотела. Не могу поверить, ты так трепетно относишься к своей семье, для тебя Дима и мальчики всегда были смыслом жизни. И вдруг…

— Маруська, ты не понимаешь! Моя семья и есть моя жизнь, я их очень люблю и я порву любого, кто причинит им вред. Я состоялась и как мать, и как жена. Но это отдача в одну сторону. Дима в последнее время живет в своем виртуальном мире, Санька вырос и больше общается с друзьями, один Данька еще во мне нуждается. Но есть еще другие чувства, и меня в них затягивает! — Тая поднялась со стула и стала ходить по кухне. — Хочется любви, страсти, безумства, наконец! Девочки, вы меня понимаете? — Она раскинула руки в разные стороны. — Летать хочется!

— Так, безумная ты моя, сядь на место. — Наташин голос стал непривычно резким, а слова короткими. — Хочешь сказать, что с Димкой ты не летала, ползала.

— Тебе легко говорить, у вас с Сашей всегда такие отношения, как будто вы еще находитесь в стадии цветочно-шоколадного ухаживания. У нас с Димой был красивый роман, но это было давно, любовь осталась, влюбленности нет. А так хочется восхищения и обожания.

— Знаешь, дорогая моя, романтику в отношениях поддерживать надо и беречь, а не устраивать мужу сцены ревности. Или ты все это в отместку затеяла? И убери мечтательное выражение со своего нахального лица. — Наташа не выдержала, и опять пнула подругу.

— Тайка, даже боюсь спросить, как далеко ты зашла в этих отношениях. — Маша как-то быстро начала трезветь. — Это тот самый Андрей?

— Да, Андрюша, он такой эстет, влюблен в Питер, знает историю почти каждой старой улочки. Начитан, эрудирован, а какой красавчик…

— Так ты, значит, семью на красавчика меняешь? — Таша была безжалостна.

— И долго ты собираешься с ним крутить? — Не унималась Маша.

— Девчонки, хватит вам, — взмолилась