Самая темная нота - Нелия Аларкон

Я делаю жест, поднимая подбородок.

Он резко поднимается с табурета и идет к нам. Растянувшись на диване, он поднимает руку. Финн бросает ему бутылку с водой, и он ловит ее в воздухе.

— Не хочешь объяснить, что происходит? — Спрашиваю я.

— Нет? — Зейн отставляет стакан и отпивает из него. Когда он заканчивает, то смотрит на меня. — Есть прогресс с КК?

— КК? — Я сразу же вздрагиваю. — Ты даешь ей прозвища?

— Это ты начал. Ты назвал ее «Брамс» в коридоре. — Замечает Зейн.

— Потому что эта песня играла на ее телефоне. — Огрызаюсь я.

Wiegenlied Брамса.

Она не показалась мне поклонницей классической музыки. Может, дело в обтягивающей рубашки, из которой практически выпирала грудь, или в короткой юбке, или в молниях в глазах, но мне она показалась больше похожей на рокершу.

Не то чтобы меня волновало, что она слушает.

— Брамс. — Финн обхватил гриф своей бас-гитары и заиграл мелодию на высоких струнах. — Величайший представитель музыкального романтического направления. Подходит.

— Почему, черт возьми, подходит?

Финн делает эту раздражающую вещь, когда он ухмыляется, как будто знает что-то, чего не знаю я.

Я бросаю на него взгляд.

— Ты переписывался с Джинкс?

— С этим парнем. — Зейн тычет пальцем в Финна. — Он обращается с ней так, будто она его девушка.

— Информация — это мощно. И именно через Джинкс я получил наводку на Сола. — Говорит Финн.

Это заставляет нас с Зейном замолчать.

Я смотрю в темные глаза брата.

— Что она сказала?

— Что школа отправила его стенограммы за границу. Где бы он ни был, это не здесь. — Финн хмурится.

Зейн ругается и откидывается назад.

— Сколько ты заплатил Джинкс за это? Это не слишком большая зацепка.

— Это говорит нам о том, что поход к нему домой и попытки убедить его мать пустить нас в его комнату ничего не решат. — Спокойно говорю я. Сложив руки вместе, я положил их между бедер и уставился в землю. — Это значит, что мы должны расширить нашу сеть.

— Было бы намного проще, если бы он просто взял чертов телефон и дал нам знать. — Хмыкает Зейн. — Проклятье.

— Это может помочь сузить круг поисков. — Предлагает Финн. — Где бы он ни был, телефона у него нет.

— Ты же не думаешь, что он, например, мертв? — Зейн садится, его глаза расширены.

Я хмуро смотрю на него.

— Прекрати нести чушь.

— Я просто говорю. Неважно, где он, Сол бы улизнул, или украл телефон, или нашел бы способ связаться с нами.

Мое колено подпрыгивает на стуле.

— Такое ощущение, что мы что-то упускаем.

— Я могу попробовать еще раз поговорить с мамой Сола. — Зейн шевелит бровями. — Попробуй старый амулет Кросса. Хотя это может оказаться слишком сильным оружием. Она может влюбиться в меня.

— Скорее она ударит тебя сковородкой по голове. — Говорит Финн.

Зейн хмурится на него.

Я кручу в руках кожаный ремешок, размышляя. Это был подарок от Сола. Он сделал его сам и подарил каждому из нас. Нам тогда было около тринадцати. Он сказал, что это символ братства. С того дня мы заключили договор, что всегда будем прикрывать друг друга.

— Мы можем хотя бы сказать ей, что школа не собирается обвинять его в том, что произошло этим летом. Мы убрали Маллиза с дороги. — Говорю я. — И он был единственным, кто протестовал против этого. Когда мы найдем Сола, на нашем пути не должно быть никого.

— Вот тут ты ошибаешься. — Говорит Финн, его губы кривятся.

Я хмурюсь. — Она не проблема.

— Она все еще здесь. — Зейн замечает. — Даже после твоей блестящей идеи.

Финн исполняет очередной рифф на своей гитаре. Я никогда не видел, чтобы кто-то двигался так быстро, как он. Как будто его пальцы не связаны ни временем, ни физикой.

Мой брат подпрыгивает на струнах.

— Не похоже, что мы сможем вернуть Сола туда, где ему место, даже если найдем его сейчас.

— Ты сомневаешься во мне?

— Я указываю на очевидное.

— Это ты настоял на том, чтобы дать ей шанс уйти самой. — Рычу я. — Если бы мы сломали ее без объяснений, было бы лучше. Но теперь она знает, чего мы хотим. Она будет упрямиться.

— Надежда еще не потеряна. Криста уже нацелилась на ее спину. — Размышляет Зейн. — Она была не в восторге от того, что ты отмахнулся от нее сегодня.

Оба брата бросают на меня пытливые взгляды.

Я сжимаю зубы. — У меня было задание.

— У тебя была Криста, готовая делать с тобой самые странные вещи, а ты отказался от нее, чтобы бежать за КК.

Я злюсь на Зейна за это прозвище.

Он самодовольно улыбается в ответ.

— Ни одна миссия не является настолько важной. Представь, насколько улучшилась игра Кристы теперь, когда ее губы стали больше.

— Ты же не собираешься стать мягким, правда, Датч? — Спрашивает Финн.

— Вот увидишь. — Я достаю гитару и играю мелодию в такт басовой партии Финна. — Каденс даже не представляет, во что она ввязалась. Я ее так испорчу, что она никогда не забудет мое имя.

Это не угроза.

Это обещание.

Джинкс: Обменяй секрет на секрет, Датч. Я получаю всевозможные запросы о твоих отношениях с Новенькой девочкой. Доступ в твою личную игровую комнату. Парные разборки в коридоре. Похищения в стиле Тарзана. Есть что-то, что я должна знать?

10.КАДЕНС

Я скучала по тем дням в Redwood Prep, когда я была совершенно незаметна. Теперь я не могу пройти по коридору без того, чтобы люди не таращились на меня, ожидая очередного уродливого сюрприза от Датча и его приспешников.

Короли столь же изобретательны, сколь и жестоки. Только на этой неделе — помимо того, что меня перекинули через плечо Датча, как обед пещерного человека, — мой шкафчик облили из шланга и испортили мои книги, мои тренировочные клавиши вымазали медом, а меня заперли в ванной. Дважды.

Это все шалости уровня средней школы, но они чертовски расстраивают.

На данный