Твоя родословная - Кей Си Кин

Пока она переводит дыхание, я, наконец, вытаскиваю свой ноющий член из обтягивающих задницу джинсов. Я не собираюсь тратить время на попытки раздеться прямо сейчас, мне просто нужно быть внутри нее, как мы оба хотим.

Как раз перед тем, как я натягиваю презерватив, она выбивает его у меня из рук. От ошеломленного взгляда ее глаз и мягкой улыбки на лице у меня перехватывает дыхание.

— Если ты заявляешь на меня права, я бы предпочла, чтобы между нами ничего не было, — шепчет она, и я жалею, что у меня нет времени запечатлеть ее лицо прямо сейчас. Мое сердце учащенно колотится в груди только от мысли о том, что я впервые войду в свою Сакуру.

Она все еще не совсем оправилась от своего кайфа, но я устал ждать. Схватив ее за лодыжки, я подтягиваю ее к изножью кушетки и ставлю свое колено рядом с ней.

Взглянув еще раз, чтобы убедиться, она кивает мне, и я вонзаюсь в нее до упора.

О боже.

Мне нужна минутка.

Ее киска такая тугая и такая горячая, что мне приходится заставлять себя продержаться дольше, чем пять чертовых секунд. Ее голова откидывается назад от удовольствия, и я не могу удержаться, но крепче сжимаю ее талию. Тяжело дыша, я беру себя в руки и начинаю двигаться. Медленно, растягивая каждое прикосновение. Между нами мы — куча ворчаний и стонов, и я потерян во всем этом.

— Пожалуйста, Кай, еще. Мне нужно еще, — умоляет она подо мной.

Поднимаю ее ноги вверх, ее икры упираются мне в плечи. Я двигаюсь жестче и быстрее, давая моей Сакуре именно то, чего она хочет. Ее стоны усиливаются, когда я протягиваю руку и сжимаю ее левую грудь, захватывая сосок большим пальцем.

Ее руки ищут над головой, за что бы ухватиться. Я толкаюсь так сильно, что мы приподнимаемся на кушетке. Поскольку ничто не мешает нам двигаться, ее голова ударяется о ротанговую спинку сиденья.

Не убирая свой член, я опускаю ее ноги и приподнимаю, чтобы она оседлала меня, пока я стою на коленях. В тот момент, когда она опускается на меня, я достигаю совершенно нового уровня возбуждения. Как это возможно, чтобы она так сильно сжимала мой член?

Она прижимается ко мне, когда я прижимаюсь своим ртом к ее, пожирая ее губы. Мои руки царапают ее спину, мне нужно чувствовать ее везде. Я вижу момент, когда она достигает экстаза и кончает вокруг моего члена. Напряженность, ее стоны, удовольствие, запечатленное в каждой клеточке ее существа, доводят меня до крайности. Врезаюсь в волну за волной моего собственного освобождения.

Когда мы оба приходим в себя, она обхватывает мое лицо ладонями, заставляя мой взгляд встретиться с ее. Наклонившись, она нежно целует меня в губы. Моя Сакура — крутая сучка, и она только что показала мне свою нежную сторону. У меня такое чувство, что мое сердце вот-вот выскочит из груди.

Зная, как она на меня действует, она дерзко подмигивает, прежде чем медленно встать. Я не могу удержаться от смешка, когда она пытается встать, и ее ноги подгибаются под ней. Фальшивый взгляд, который она бросает в мою сторону, только заставляет меня смеяться громче.

Поймав взгляд друг друга, мы подпрыгиваем от звука какого-то шарканья.

— Что это было? — спрашивает Луна, пытаясь натянуть юбку.

— Что ж, я буду первым, кто скажет, что я полностью за порно в аудио формате. Мне даже не нужна была видеозапись, — доносится голос Оскара из моего телефона, который уютно устроился среди подушек.

Я смотрю на Луну, и на ее лице ясно читается удивление, но она смеется над ситуацией.

— Отвали, Оскар, — бормочет она, поднимая телефонную трубку.

— Привет, детка. Дело не только во мне. У нас только что был перепихон в комнате Романа, и я не стыжусь этого. Скажи ей, Паркер.

Глаза Луны расширились от осознания того, что другие все еще были на другом конце провода, разговаривая с нами, трахающимися.

— Мне очень жаль, что я пропустила это, — говорит она в трубку, стоя у меня между ног. Ее пальцы перебирают мои волосы на затылке. Так хорошо.

— Не так грустно, как мне, детка, — мурлычет он в ответ. — Отвали, Роман, прекрати пытаться меня ударить.

Суматоха на другом конце провода усиливается, прежде чем звонок внезапно обрывается.

— Мы им не перезваниваем, — ворчу я, выбивая телефон из ее рук, отчего он отскакивает от кушетки.

— Как скажешь, мистер «Тайный Альфа», — говорит она с ухмылкой, и я кусаю ее сосок в ответ, заставляя ее взвизгнуть и схватиться за топ, чтобы прикрыться.

— Со всей серьезностью, Луна, ты нужна мне. Ты нужна нам. Мы должны быть командой, хорошо? — поглаживая меня по щеке, она смотрит мне прямо в глаза.

— Я постараюсь, Кай, просто это сложно.

— Я знаю, Сакура, но таково наше предназначение. Так что привыкай к этому. — говорю я, похлопывая ее по упругой заднице, прежде чем тоже встать. — Откровенно говоря, это всегда было нашим планом на игру. Роман должен был вывести тебя из себя, и я всегда собирался быть тем, кто убедит тебя вернуться к нам. Это просто не должно было произойти специально сегодня вечером или быть связано с насилием. Роман просто немного сошел с ума, и я за то, чтобы воспользоваться моментом.

Она изумленно смотрит на меня, пока я наблюдаю, как ее мозг пытается сложить то, что я говорю, но она просто продолжает выдавать неверную цифру. Она прочищает горло и пытается пристально посмотреть на меня, жаль, что легкое подергивание губ выдает ее.

— Когда именно был разработан этот план?

— Раньше, и да, Рыжая была в курсе. Мы отправили ей сообщение перед отъездом из "Туза", — говорю я, одаривая ее своей лучезарной улыбкой.

— Вы, блядь, «Тузовые задницы», — говорит она, качая головой, когда я притягиваю ее к себе.

Как она меня только что назвала?

Я не могу удержаться от легкого смешка над ней.

— Давай отвезем тебя домой, Сакура. — шепчу я ей в губы, и она кивает в ответ.

Убедившись, что ее топ на месте, я обнимаю ее за плечи, а другой рукой поднимаю сброшенные туфли на каблуках. Она смотрит на меня снизу вверх с улыбкой, украшающей ее губы.

Я целую ее в макушку, пока мы возвращаемся на вечеринку, чтобы взять внедорожник. Сегодняшний вечер не мог пройти лучше.

Я вернул свою девушку, мою Сакуру.

Теперь мне просто нужно придумать, как ее удержать.