Из могилы - Кресли Коул

Мой отчаянный взгляд нашёл его губы…

И в следующую секунду мы уже целовались.

Боже, как мне этого не хватало! Каждое прикосновение вызывало взрыв чувств, и я застонала, как голодающий, получивший кусок хлеба.

Трепетными движениями, не прекращая поцелуи ни на миг, он снял с меня одежду. Его губы прошлись по всем моим сияющим глифам и округлившемуся животу, когда я легла спиной на кровать.

Он пробовал меня на вкус, блаженно закатывая глаза. Пребывая в не меньшем трансе, я извивалась под ним.

Его пальцы до боли сжимали мои бёдра, но мне это безумно нравилось.

Запрокинув голову, я простонала:

— Ещё!

— Всегда.

Он выругался на латышском, приподнявшись надо мной и входя в моё тело. Татуированная грудь поднималась и опускалась при каждом чувственном толчке бёдер.

Я стояла на краю пропасти, выкрикивая его имя…

Телефон зазвонил.

— Нет. Нет. — Арик потёрся носом о мою шею. — Я перезвоню ему позже.

Я попыталась стряхнуть наваждение — страсть, накрывшую меня с головой.

— А… А вдруг это срочно…

Арик чуть отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Да пусть этот мир сгорит ко всем чертям. Ничто нам не помешает. — Жёстко вбиваясь, он шептал моё имя. Наконец-то моё имя. — Эви. — Страсть. Желание обладать. Сильнее. Глубже. — Эви…

А дальше мой разум окончательно затуманился.

Глава 13

Охотник

— Что значит «не отвечает»? — возмутился Джоуль, когда я сообщил ребятам, что Смерть не берёт трубку. — Чем он там занят? Сидит на приёме у стоматолога? Господи…

Прежде он отвечал на звонки и сообщения в любое время дня и ночи.

Мой взгляд был устремлён в костёр, а в голове прокручивались всевозможные сценарии, и от каждого нового желудок сворачивался всё в более тугой узел.

Сегодня мы выяснили, что местонахождение замка Рихтеру неизвестно, да и Доминия с Эви могут справиться с любой угрозой. Кроме разве что Ларк.

Я только открыл рот, чтобы попросить Кентарха сгонять на разведку, как раздался звонок. Я тут же ответил.

— Почему ты не брал трубку?

— Что-то срочное? — Доминия не ответил на вопрос. И его голос звучал хрипло, словно он много кричал на поле боя или типа того. — Эви тоже на связи.

— Привет, peekôn.

Я люблю тебя, чёрт подери. Чуть было не погиб вчера, боялся, что больше никогда тебя не увижу. Не стоило мне уезжать от тебя.

— Привет, кайджан.

Первый наш разговор за несколько недель. Её голос прозвучал с хрипотцой. Меня бросило в жар. Так было после того, как она кричала в мою ладонь в нашей постели в Джубили.

Осознание накрыло меня. Доминия и Эви только что были вместе. Боль пронзила сердце, хоть я и знал, что так будет.

С телефоном в руке я, пошатываясь, подошёл к деревянному ящику и достал бутылку виски «Джек Дэниэлс». Я не пил с момента возвращения Кентарха из Африки, и горло резко обожгло.

— Ça va, Jack? — спросила она меня.

— Bien. Toujours bien.

По голосу было понятно, что дела у меня как угодно, но только не «как всегда, отлично».

— Джек, я… — Что? Скучает? Любит меня? Хочет, чтобы я вернулся? — Я рада, что ты в порядке.

Я вывернут наизнанку.

— Ouais. Как ты? — поинтересовался в ответ, пытаясь вернуть душевное равновесие.

— Да вот… Читала сообщения на досуге.

Merde. Кусочки пазла начали складываться. Она прочитала нашу переписку и выяснила, что Доминия намерен пожертвовать собой. Когда её близким что-то угрожает, она сходит с ума и цепляется за них, ценит как никогда, старается держать их ближе. Я успел прочувствовать это на себе в Джубили.

Теперь же, похоже, всю её заботу ощутил на себе Смерть.

— Ответь, — вмешался Доминия. — Что случилось?

— Я как раз собирался рассказать…

Игнорируя ноющую боль в груди и косые взгляды ребят, я пересказал события прошлой ночи.

Сказал, что Сол вместе с нами в убежище, что он знает про замок и Ти, что Лазарет был отмечен на карте, что мы нашли хроники Каланте (комментарий Джоуля на заднем плане, думаю, слышали все).

Доминия волновало только одно:

— Вы ворвались в логово Императора, не поставив в известность меня?

Я сощурил глаза.

— А с каких пор я обязан перед тобой отчитываться, Жнец?

— Ох ты ж! — хмыкнул Джоуль рядом со мной.

— Ты рисковал жизнью Кентарха, смертный? Он наше главное орудие против Рихтера.

— Его жизни ничего не угрожало.

Ну, почти. Ничего не угрожало, если бы он не застыл как вкопанный в самый неподходящий момент.

Нет, «застыл» — не то слово. Парень был чертовски смел. Кентарх смотрел на ту огненную реку как на некий портал, что приведёт его к Иссе. В какой-то мере так оно и было.

Он всегда теперь будет так колебаться, когда его жизнь висит на волоске?

Доминия громко вздохнул.

— Нам нужно задать несколько вопросов Солу.

Я включил громкую связь и махнул Солу.

— Эви и Смерть хотят поговорить с тобой.

— ¡Pequeña!

Сол заулыбался, и солнечный свет озарил пещеру.

Это было потрясающее чувство. Я грелся в его лучах и представлял, как мы с Эви сидим под голубым небом.

— Бог Солнца! Как ты?

— Рад слышать твой голос.

А я нет. Ещё глоток. Ревность терзала меня изнутри.

— Я так счастлива, что тебе удалось сбежать от Рихтера и Зары, — сказала Эви.

— Спасибо моим новым друзьям и союзникам.

Союзникам, да? После всего, что я пережил из-за Бэгменов, смогу ли я сотрудничать с человеком, тесно связанным с ними? С королём Бэгменов?

Peut-être. Может быть. В конце концов, его свет исцеляет и заряжает Эви. А мне теперь придётся работать в команде с четырьмя Арканами — в чём есть как свои преимущества, так и сложности.

Вот сейчас, например, Джоуль сверкал глазами.

— Какие, в жопу, союзники?! Он нужен нам ради информации. Кто-нибудь слышал от него что-нибудь полезное за это время?

— Задавайте вопросы, — серьёзно предложил Сол. — Я отвечу на все.

— Ты говорил об их слабостях, — начал я. — Расскажи всё, что знаешь о слабых местах Рихтера и Зары.

— Захтера. Зара плюс Рихтер равно Захтер.

Естественно, Джоуль не мог промолчать:

— Ну уж нет! Рихтра.

Господи, дай мне сил.

— Давайте мы не будем зацикливаться на этом. Их слабые места, Сол.

— Sí, sí. Я много за ними наблюдал. Заметил, что Зара почти не способна причинить вреда, даже когда заряжена полностью.

Вскинув брови, Кентарх поднял свою правую руку, намекая на отсутствующую кисть.

— Да, Тарху есть чем возразить. — Джоуль сел у костра и начал полировать