Деспот - Наталья Евгеньевна Шагаева

Юсупов приводит меня в кухню, совмещенную со столовой. Поражает то, что стол уже накрыт. Какая-то фея незаметно поработала здесь. Красивая посуда, бокалы, салфетки, как будто это не просто ужин, а церемониальный прием. Все как я просила: тигровые креветки в соусе, салат из хрустящих баклажанов и феты, десерт с ягодами. Стейк из лосося со спаржей – для Юсупова.

— Присаживайся, — он отодвигает для меня стул и отходит, только когда я располагаюсь. Галантность всегда кружит женщинам голову, в этом мужчине уживается много противоречий. Только меня это все пугает.

Юсупов садится напротив и берет приборы.

— Приятного аппетита, Диана, — принимается за еду.

С минуту просто смотрю на мужчину. Я в полной фрустрации.

Что вообще происходит?

Зачем ему эти церемонии?

Зачем уделять столько времени любовнице, которую купил?

Это все ненормально.

Отключаю голову, принимаясь есть, наслаждаясь креветками. Юсупов прав в одном – должно же быть в этот вечер что-то приятное. Пусть то будет еда.

— Как ты предпочитаешь отдыхать? — буднично спрашивает он у меня.

— Не понимаю вопроса.

Все я понимаю, просто не хочется этих бесед. Он требует от меня больше, чем тело. Не знаю, что хуже.

— Девочка моя, давай ты не будешь строить из себя дурочку. Мы просто беседуем. Мне приятно с тобой общаться.

— Не знаю… — пожимаю плечами, съедая кусочек баклажана. — Природу люблю, море, спа, бассейн, иногда хочется просто валяться на диване и смотреть дурацкий сериал – все зависит от настроения.

— Спасибо за искренний ответ. Будь открытой со мной, я очень ценю это качество. Какие машины тебе нравятся? Седан, универсал, кроссовер, внедорожник?

Не понимаю, зачем мы вообще ведем эту беседу, но послушно отвечаю:

— Кроссовер.

— Цвет?

— Ну пусть будет бордовый или вишнёвый, — доедаю салат. А Юсупов улыбается, наблюдая, как я облизываю губы от соуса.

— Ты очень сексуально ешь, — вдруг выдает он мне. И кушать уже резко не хочется. — Ты вообще все делаешь очень изящно. И мне нравится, что это не наигранное жеманство, а настоящая женственность. Она у тебя в крови. Это первое, на что я обратил внимание, когда тебя увидел.

Ах вот оно что. Меня подвела женственность.

— Не старайтесь, господин Юсупов, — снова начинаю язвить из-за нарастающей злости на этого деспота. — Наши отношения не предусматривают обольщения. И на меня не производят впечатления ваши комплименты, порадуйте ими свою супругу, — выдаю, отодвигаю от себя тарелку.

Глаза Юсупова начинают давить холодом и чёрной бездной. Но реагируют только глаза. Он молча доедает свой стейк, промокает губы салфеткой и поднимается с места.

— Я вижу, ты наелась, — голос уже холодный, стальной. Дура. Если хищник априори сильнее, то нельзя с ним играть на равных.

Немного сжимаюсь, когда он идёт на меня. Мужчина протягивает мне руку, и я покорно ее принимаю. Он ведёт меня в гостиную, отпускает и отходит на пару шагов назад, снова рассматривает, а у меня мурашки по коже разбегаются.

— Иди к стене, — указывает направление. В его голосе появляются приказные ноты, словно ему надоело со мной играть. Иду, сглатывая. — Встань спиной ко мне, руки на стену.

Разворачиваюсь, упираясь руками в стену. Дышу глубже, прикрывая глаза. Проходит минута, две, но ничего не происходит. Пытаюсь оглянуться.

— Стой так!

Стою, прикрывая глаза. Слышу шаги, он совсем рядом. Терпкий аромат мужского парфюма врывается в легкие, вызывая панику. Его ладони ложатся на мои, сильнее прижимая к стене. Юсупов глубоко вдыхает запах моих волос. Голой спиной чувствую ткань его джемпера, дыхание спирает.

— Давай сразу здесь и сейчас, — вкрадчиво проговаривает мне на ухо, — исключим твоё отторжение и неприятие. Ненавидишь меня?

— Да, — чётко отвечаю. Я вообще сегодня максимально с ним искренняя, не вижу смысла притворяться.

— Это хорошо, — холодно усмехается, снова втягивает воздух. — Ненависть – сильное чувство, — он отпускает мои руки. — Развернись ко мне лицом. — Разворачиваюсь, но воздуха не хватает. Он слишком близко. — Хочешь дать мне пощёчину?

— Очень, — вздергиваю подбородок, пытаясь выдержать черный взгляд.

— Не сдерживайся, выплесни эту ненависть. Дай сдачи, — хрипло предлагает он мне. На секунды теряюсь.

Он сейчас серьёзно?

— Давай, Диана. Такого шанса больше не будет. Ты же хочешь. Выплесни весь яд. Или страшно? — провоцирует меня. В его тоне и глазах что-то меняется. Там что-то новое. Не холодное и циничное. Там что-то животное, темное, алчное.

И я на истерике и злости отвожу руку и даю ему хлесткую, звонкую пощёчину, вкладывая в нее всю силу, отбивая ладонь. Сама пугаюсь своей смелости. Юсупов даже не дергается, продолжая смотреть мне в глаза, там появляется нездоровый азарт.

— Еще! Тебе же мало.

Да, мне мало. Мне очень мало.

Размахиваюсь и оставляю пощёчину на другой его щеке, начиная глотать воздух. И я уже не пустая, во мне просыпается жажда бить этого гада в ответ. Еще и еще – так же, как он морально бил меня своим давлением. Окатывает волной жара. Размахиваюсь еще, но Юсупов уже перехватывает мою ладонь, не позволяя.

— Стало легче? — хрипло интересуется. Не отвечаю, пытаясь вырвать свою ладонь. — Спокойно! — неожиданно перехватывает меня за шею, немного сжимая большую ладонь. Замираю. Теперь меня окатывает холодом по спине. Это ловушка. Он разрешил мне себя ударить, чтобы потом за это наказать. Тянет меня за шею к себе, вжимая в своё тело. — Удовлетворена? – спрашивает в губы, не отпуская. Нет, не душит, просто фиксирует, демонстрируя мне свою власть. Молчу, упрямо сжимая губы. — Сколько эмоций, девочка моя. Возбуждает, не правда ли?

Правда. Он прав. Мое дыхание рвется. Но я не