Призрачные сердца - Ариана Кейн

— Ты прав.

— В чем? — в его голосе появился интерес.

— Я не могу здесь оставаться.

Я порылась в шкафчике над раковиной в поисках стакана, затем наполнила его водой и выпила двумя глотками.

— Я уеду утром.

Затем подошла к дивану, легла, натягивая на себя его одеяло, повернулась на бок и закрыла глаза. Я не слышала движений Алекса, но желание подглядеть, что он делал, велико. Но просто назло ему я сопротивлялась. В конце концов, он тяжело вздохнул и неуклюже побрел в свою комнату.

Моя жажда признания продолжала ставить меня в странные положения на протяжении всей моей жизни, и мне не нужно, чтобы случайный парень на случайной горе в случайном городке в штате Мэн пополнил список людей, которые не хотели, чтобы я была рядом.

Несмотря на тысячи мыслей, проносящихся в моей голове, и мои слегка задетые чувства, я заснула очень быстро, как будто спешила на встречу с демонами моего прошлого (с одним в частности), которые ожидали моего прибытия в страну Морфея каждый раз, когда я закрывала глаза.

Я открыла дверь в нашу квартиру, боясь встретить его там. Я задержалась на работе дольше, чем ожидала. На шоссе образовалась огромная пробка, и все больницы были переполнены пациентами со всевозможными травмами. Все работали во вторую или даже третью смену. Но что бы я ни сказала дома, он мне не поверит.

Я уже некоторое время подумывала о том, чтобы прекратить это. Остановить все это. Но я не уверена, хватило бы у меня мужества. Это единственное, что я когда-либо знала, и для меня это обычное дело. Я даже не уверена, что могла отделить хорошие отношения от токсичных. Токсичность — это моя норма, и я не знала, как себя вести, когда человек рядом со мной не мой хулиган, а мой сторонник. Что вы с этим делаете? Как мне принять их помощь и быть благодарным за нее?

Я открыла входную дверь так тихо, как только могла, и услышала его голос из гостиной. Он разговаривал по телефону. Я молча оставила туфли в сторону, отмечая с мысленным приступом паники от предчувствия этого, что на левом носке размазано пятно крови от окровавленной смены, которую я только что пережила. Я едва дышала, надеясь проскользнуть в ванную и запереть за собой дверь. Возможно, мне удалось бы убедить его, что я была там какое-то время, и он просто не заметил, что я вернулась домой некоторое время назад. Верно. Как будто он не заметил бы, что меня не было несколько часов. Я написала ему, что задерживаюсь, но он не ответил, и это даже хуже, чем если бы он накричал на меня. Жара взрывоопасна, но холод смертельен.

Пока я на цыпочках пробиралась в ванную, я услышала несколько отрывистых фраз тут и там, и одна конкретная цепочка устрашающих слов заставила меня замереть.

— Да, она мне тоже надоела. Надо было избавиться от нее, когда у меня был шанс, но теперь, с этими гребаными деньгами…

Затем он замолк, слушая все, что хотел сказать человек на другом конце провода.

— Я знаю, детка. Я знаю. Это было глупо, но мы все равно это сделали. Теперь мне нужны деньги обратно, и это немного сложнее.

Он снова замолк.

— Да, может быть, тебе стоит позвонить своему контакту. Нам срочно нужно это сделать.

После этого он долго молчал, а потом сказал голосом, который, я знала, он приберегал для спальни:

— Да, детка. Все это.

Затем он слушал, как его — детка разговаривала на другом конце провода, и, наконец, сказал:

— Да, мы это уже знаем. Все на флешке, — он тихо напевал, когда услышал ответ, как будто обдумывает его. — Ты думаешь? Это единственное место, где я храню информацию… Нет, детка, даже о тебе.

Он смеется над чем-то, что говорил другой человек.

— Это моя страховка, ты это знаешь, — он хихикнул. — Мне нужно перевести активы на свой счет, а затем я просто добавлю несколько фрагментов информации о том, что она знает их имена здесь и там, и все будет в порядке, можно считать, что она ушла. Мне платят за то, чтобы я держал рот на замке, что я могу поделать, если она любопытствует, верно?

Он снова засмеялся, как будто ему только что рассказали самую смешную шутку во вселенной.

Я споткнулась обо что-то на полу и уронила статуэтку кошки с кофейного столика позади меня. Она разлетелась на мелкие кусочки — всегда ненавидела эту уродливую штуковину. Он резко повернул ко мне голову и рявкнул в трубку:

— Я тебе перезвоню.

— Привет, — пробормотала я.

Его лицо меняется, маска ярости стерла все человеческие черты, которые еще остались в нем.

— Я вижу, ты дома, — он многозначительно посмотрел на свой Rolex. — Как раз вовремя.

— К чему?

— Знаешь к чему, — сказал он, закатывая рукава своей белой рубашки на пуговицах.

Черт.

Я отступила в сторону ванной, но он быстрее. Он всегда быстрее. Он прижал меня к стене, и я ударилась затылком. Вы не видите звезд, когда вас ударяют, вы видите повсюду черные точки и размытые объекты в постоянном движении, которые невозможно собрать в одно целое, как бы сильно вы ни пытались сфокусироваться.

Он снова прижал мое тело к стене.

— Как много ты услышала? — прошипел он мне в ухо после того, как облизнул его, и меня вот-вот стошнило бы.

Я должна молчать. Сейчас тот момент, когда ты молчишь и остаешься в живых. Ты сбегаешь и совершаешь все остальные безумные поступки позже, но сегодня я решила совершить безумие раньше, поэтому я прошептала ему на ухо:

— Все.

— Что, черт возьми, ты только что сказала? — он отстранился, чтобы посмотреть мне в лицо.

— Я сказала, что слышал все, что ты только что сказал.

Я улыбнулась сквозь уже расцветающую головную боль.

Его лицо стало диким. Схватив меня за шею, он сильнее ударил меня головой о стену. Я пыталась бороться. Я всегда боролась, но на этот раз все по-другому. На этот раз он другой. На этот раз я боролась за свою жизнь.

Итак, я сражалась как адская кошка. Он сильнее, но я полна решимости. Наконец-то с меня хватит.

Пытаясь освободиться от его хватки, я протянула руку к керамической лампе на столике у стены. Моя любимая лампа весила тонну и стоила целое состояние. Я пропустила еще два удара по щеке, чтобы дотянуться до неё, но когда мне это наконец