Может извинишься? - Нэкси Сайбет

Когда они увидели Сьюзи, то тут же залились смехом. И я, и она тоже.

— Тебя как угораздило, солнце? — спросил Артём, и достал салфетку с кармана. — Иди сюда.

Оу… Они такие милые! Артём так бережно вытирает её замазанное лицо… Такими нежными движениями дотрагивается… Приятно смотреть!

— От Катьки бежала, и в грязь упала.

— Ну вы даёте.

Ваня расхохотался.

— Ванька, не смей! — кулаком пригрозил Артём, но тот ещё больше заржал.

— А что такое? — спрашиваю.

— Ничего. — ответил Артём, но Ваня был уже красным от смеха.

— Да они точно два сапога — пара. — сказал наконец Ваня. — Артём тоже в грязь упал.

— Не правда, я удержался.

— Ага. Ты упал на руки, и когда увидел что я смотрю, начал отжиматься. Будто я не понял ничего.

— Я правда отжимался. Люблю спорт.

Мы засмеялись. В лесу послышалось наше эхо.

А уже к вечеру, мы возвращались обратно на остановку. Погода снова менялась, и становилось холодно. Мы собирались ехать ко мне, дабы пожарить грибов с картошкой! Представляю как это вкусно, аж слюни собираются.

— А вы знали, что мухоморы есть нельзя? Даже маленький кусочек может привести к отравлению? — спросил Артём, когда мы шли по длинной тропинке.

— По моему, это самый очевидный вопрос. — отвечаю.

— Нет. В моём окружении находились придурки, которые на спор съедали мухоморы.

— Почему "придурки"? — спросил Ваня. — Я тоже могу съесть.

— Спорим на пять тысяч? Съешь хотя бы один, и не отравишься, деньги твои? А если отравишься, даёшь пятёрку мне.

— Мальчики, вы совсем? — спрашиваем одновременно.

— Пять тысяч? Давай десять.

— Хм, да вы азартный человек, Иван. Давай! Только жарить будешь отдельно от нормальных грибов.

— Хорошо, без проблем.

— Вань, ты отравишься. — говорю ему на ухо. — Не надо.

— Всё нормально будет!

— А где вы мухомор возьмёте? — спросила Сьюзи.

— Обижаешь. Я знал что сегодня начнётся этот разговор, и решил заработать денег! Сорвал пару штук. — ответил Артём.

Глава 15

Иван:

Поспорили, твою мать! Лежу теперь в больнице, под капельницей. Сделали уже более четырёх промываний. Медсёстры постоянно в палате находятся, никакого покоя. Уже вторые сутки лежу, а они не отлипают.

Ну хоть, Катюшка заглядывает. Это радует. Приносит мне всякие вкусности. Йогурты, сырки, фрукты. Я действительно рад нашей дружбе, никогда бы не подумал что так всё обернется, и мы начнём общаться. Я всегда считал её — настоящей коброй. Думал что она та ещё, сука. Ну если в целом анализировать, так оно и получается, но… Это лишь её обложка. На самом деле, она очень открытая, дружелюбная, и весёлая личность. Она олицетворяет комфорт, и уют. С ней бывает трудно порой, но ведь эти трудности — решаемы. Катя как человек, очень приятная. Она поддержит, поможет высказаться, выслушает. С ней можно говорить на любые темы, но в пределах разумного конечно. У неё присутствуют объемные травмы, поэтому множество личных тем, особо не затронешь. Она сразу начнет плакать, и дрожать. А я не хочу делать ей больно, и напоминать о обидах из прошлого. Я наоборот стремлюсь к тому, чтобы она увидела во мне человека. Чтобы перестала зацикливаться на мысли, что я опасен. Я мужчина, а не чудовище. Я хочу защищать женщин, а не причинять им вреда. Хочу чтобы она это понимала, и доверяла мне. Конечно это будет трудно, ведь у неё большие проблемы с доверием к моему полу. Но по крайней мере, я постараюсь это исправить. Катя хорошая. И она заслуживает счастья, и внимания. Я бы хотел занимать какое то место в её жизни. Хочу чтобы она знала, что ей есть куда идти, дабы попросить помощи, или же банальной поддержки в плохую минуту. Мы же друзья.

Сев на койку, я начал читать книжку. Скучно однако, но что поделать? В принципе, я понимал на что иду, спорив с Артёмом. Сожрать три мухомора, и не отравиться? Если бы такое случилось, меня бы тогда надо было записывать в красную книгу. Хех.

В палате открылась дверь. Я взглянул туда, и услышал голос Кати. Она накидывала халат на плечи, и о чем то беседовала с медсестрой.

— Привет! — говорю, аккуратно поднимаясь. Надоело валяться, пора пройтись.

— Привет, ты как тут? — спрашивает Катя, и кладёт пакет на тумбочку. — Я купила тебе лёгкое печенье, сырок, пол литра сока, и фруктов. Ты сам разберёшь потом? Мне просто нужно в школу бежать, скоро урок.

— Уже уходишь? Эх..

— Извини, Ванька… Мне правда нужно бежать. Там ещё какая то информация поступила, насчёт нового завуча.

— Да? Какая?

— Прежний уволился. Пока не знаю почему, вот поеду выяснять. Сегодня будет внеплановое собрание, где познакомят с новым завучем. Потом приеду к тебе, расскажу.

— Хорошо. — я улыбнулся.

— А ты вообще как? Всё нормально? Может хочешь чего нибудь?

— Нет, что ты. Ты и так много делаешь, для меня.

— Разве это много? Раз в сутки принесу пакет фруктов, и убегаю.

Конечно много. Дело не в количестве пакетов с фруктами. Дело во внимании. Катя относится ко мне со всем уважением, и проявляет огромную заботу. Столько приятности мне никто не делал. Даже родители не ухаживали за мной, так сильно как Катя. Хотя в детстве, я болел ещё хуже чем это обычное отравление.

— Я благодарен тебе. Ты делаешь намного больше, чем можешь себе представить.

Оу… Я застал её в красивом положении. Катя стала около окна, и лучи солнца попали на её лицо. Зелёный оттенок её глаз напоминает мне… Летние, Вечерние посиделки у костра… Искры летят во все стороны, жарятся шашлыки… А где то на простынях, сидят дети, и уплетают шоколад. Ассоциация с её глазами, у меня появилась сама собой. А её каштановые волосы, очень нежно улеглись на плечах. Взгляд Кати, тёплый. Вот сейчас, я это правда обнаружил. Её улыбка заставляет меня, окунуться в мир свободы. Я тут же оказываюсь где то в дремучем лесу, среди осенней листвы. Вокруг меня никого нет. Но душа поёт. Я расставляю руки, и бегу вдаль. Такой свободный, лёгкий, и взбудораженный.

Я замечаю каждую деталь её лица. На солнечном фоне, она выглядит более естественной чем в тени. И это не шутка. Видимо, солнце даёт нам возможность увидеть друг друга в совершенно другом измерении.

Между нами появилась некая пауза. Мы стоим в десяти сантиметрах друг от друга, и улыбаемся. И с чего бы? Никакого повода для улыбок не было, но мы улыбаемся. В этот момент, я что то ощутил. Что то приятное, доброе, и сладкое.