Измена. Отпуск с мачо - Рокси Нокс

А вот я теперь останусь без машины.

– Ир, тачка – это кусок железа, – говорит Тимофей.

– Я, блин, год пахала на этот кусок железа!

Держусь из последних сил, чтобы не разреветься. Так жалко себя.

– Не надо так убиваться. Будет у тебя другая машина – еще лучше.

– Мне нужна моя, – отчеканиваю. – Мой Пежончик! Французик мой… Ааааа…

Тим прижимает меня к могучей груди и гладит по волосам. Я быстро успокаиваюсь в его руках. Обидно, тяжело, но больше не хочу истерить. Конечно, Егор делает это специально, чтобы меня уязвить еще больше. Хочет наказать меня за разгул.

– Тим! Ира! – слышу противный женский голос за спиной.

Моника, чтоб её!

При её появлении Тимофей не выпустил меня из своих рук, пришлось освобождаться самостоятельно.

– Какая встреча! – радуется американка. – А я сюда туриста привезла, денег хотела немного подзаработать.

Моника смотрит на Тима, как кошка на сметану. Бесит сучка.

– Здравствуй, Моника, – Тим насмешливо её осматривает. Она в короткой юбке и топе – ну вылитая деваха с трассы. Ноги, конечно, длинные у неё, и мне прямо не по себе становится, какие они стройные и загорелые.

– Ты почему от меня прячешься? – спрашивает Мон, ревниво смотря на руку бывшего, которая лежит на моей талии.

– Я не прячусь, я отлично провожу время, – Тим нежно смотрит на меня, давая понять, что это время он проводит со мной.

– Вот как? – поджимает губы американка. – А как же мы?

– Кто мы? Ты и твоё раздутое эго? – смеется Тим.

– Ты и я, – злится Мон.

– Я с Ирой, а ты со своим старым боссом, или с новым туристом. Тебе виднее.

– Ты просто ревнуешь, – заключает Моника, и мне хочется приебать ее кокосом по голове.

– Ты делаешь неправильные выводы, – говорит мужчина. – А теперь нам с Ирой пора.

Тимофей жадно целует меня на глазах у бывшей и потом отводит в сторону.

– Ну и что за спектакль ты устроил? – спрашиваю я.

– Дал ей понять, что всё кончено. Чтобы не надеялась и не выбирала имена нашим детям, – говорит с ухмылкой.

– Ага, и подставил меня. Она же теперь меня достанет.

Оборачиваюсь на американку, и вижу, что она смотрит нам вслед злыми глазами.

– Пусть только попробует помешать твоему отдыху.

– Спасибочки, натравил на меня гадюку.

Всё, настроение моё скатилось к нулю. Тут даже секс не поможет вырулить на прежние эмоции.

– Ир, забей на неё. У Моники не все дома.

– Вот поэтому я не хочу с ней связываться. Она не внимает доводам рассудка, как я успела заметить.

– И где был мой мозг, когда я подцепил её в баре? – бормочет Тим.

– Ах, её ты тоже подцепил в баре?

– А где же еще?

Меня цепляет этот момент, ведь мы тоже познакомились в баре. Какой он неоригинальный, черт возьми.

– Пойдем на катер, – говорит Тим.

– С удовольствием. А лучше всего вообще вернуться в отель.

– Так, что с нашим настроением? – останавливается и заглядывает мне в глаза. – Ира, все живы, здоровы – и это главное. А враги скоро будут повержены, я тебе обещаю.

Да как он может мне это обещать? Тархун здесь, а мой муж в Москве. И когда я вернусь, мне придется схлестнуться с бывшим в неравном бою. Для меня не секрет, какой подленький характер у Егора. Меня всё устраивало, потому что он никогда не обращал на меня свой гнев и месть. Я считала, что у нас любовь. Какая же я дура! Дальше своего носа не видела.

Но теперь Оля поймет, какая сволочь её отец. Перейдет ли она на мою сторону? Неплохо было бы заручиться поддержкой старшей дочери в войне с этим идиотом.

– Шампанского? – спрашивает Тим, подняв бутылку.

– Да, наливай.

Старый добрый алкоголь поможет мне справиться с негативными эмоциями.

Выпиваю залпом, ощущая на себе ироничный взгляд Тимофея:

– Ира, это шипучка, а не водка.

– Жажда напала, – вяло оправдываюсь. – Слушай, а где твой водитель катера? Я вдруг поняла, что он незаметный, как дух. Ни разу его не видела.

– Он просто слишком старый, поэтому спит каждую свободную минуту.

Тим придвигается ближе и гладит меня по бедру.

– Что ты делаешь? – спрашиваю.

– А на что это похоже?

– На приставания.

– Точно. Они и есть, – белозубо улыбается.

– А как же водитель?

– Он дрыхнет, накрыв лицо шляпой.

– Не, не, не… Тим… У меня настроение не то. Как представлю, что мне теперь на работу придется на самокате ездить, так плакать охота.

– На самокате? – его разбирает смех.

– Да, на электросамокате, – отвечаю на полном серьезе.

И шпильки теперь не наденешь, придется брать их с собой в сумке. Роберт предпочитает велосипед. Оля пока на метро ездит, ждет, когда папа купит ей тачку. Ага, купит он, как же! Признаться честно, что я отложила денежки на машину для нее, но теперь не знаю, заслужила ли она такого подарка?

– Ира! Хочешь, я подарю тебе вертолет? На нем будешь добираться на работу.

– А то. У тебя в ангаре, наверное, их несколько стоит? – язвлю.

– Нет, всего один. Но так и быть: готов с ним расстаться, чтобы только ты не печалилась.

– Ой, болтун, – мои губы растягиваются в улыбке.

Вертолет, ну надо же.

Не сопротивляюсь, когда его губы соприкасаются с моими. Гладкий, сладкий, хваткий – вот он какой, мистер Трахун!

– А давай ночью сексом на пляже займемся? – предлагает Тим. – Прямо на песке.

– Как представляю, что песок забьется во всем немыслимые места, так сразу романтический флер исчезает, – смеюсь в ответ.

– Ты будешь сверху, так никуда не забьется.

– Ладно, уговорил, – даю отмашку рукой. – Только налей мне ещё шампанского для храбрости.

– Это легко, у нас его ещё четыре бутылки.

– И ты тоже со мной выпей, – провожу ноготками по его твердому прессу. – За компанию.

Глава 23

Егор

– Оля, зачем ты звонила матери? – спрашиваю строго.

– А зачем ты собрался отдать её машину? – отвечает дочь, скрестив руки на груди.

– Ты же знаешь, какая у меня сложная ситуация. Лиза внепланово забеременела…

– Папа! Ты спал с другой за спиной у мамы! – повышает на меня голос.

– Оля, я мужчина, – говорю жёстко. – Мне было трудно устоять перед молодой красивой девушкой, которая к тому же сама лезла ко мне в штаны.

– Фу, слушать противно, – кривится дочь.

– Если ты будешь на моей стороне, я куплю тебе тачку, – говорю то, зачем её вообще позвал.

– А деньги откуда?

– Мне должны хорошо заплатить за один проект. Робу скажи, что он