Его молодая жена - Рокси Нокс

Укладываю Кита на дневной сон, и мы с няней пьем чай. Она не лезет ко мне в душу, за что ей большое спасибо.

— Я так скучала по Никитке, — признается женщина. — Он славный малыш, а как вырос! Настоящий богатырь!

— Полина Георгиевна, а Вы что-нибудь знаете о ребенке Аллы Пархоменко?

— Не знаю ничего, — пугается женщина, и меня это настораживает.

Знает! — говорит моя интуиция.

— Я сегодня встретила Марину, сестру Аллы, в поликлинике. Значит, Марина воспитывает ребенка сестры?

— Даже с работы уволилась, — почти шепотом произносит няня.

Да, подозрительные жертвы во имя племянника.

— А где она работала?

— В больнице. Медсестрой.

— Это ребенок Марины, правда? — спрашиваю в лоб. — От моего мужа.

— Что Вы такое говорите? — округляет глаза Полина Георгиевна.

— Я в этом уверена. Я хорошо рассмотрела этого мальчика. Он бледный, и выглядит болезненным, но он похож на Клима!

— А Ваша дочка? — несмело спрашивает женщина.

— Не смейте ничего говорить Климу про мою дочь! — и тут же тише добавляю: — Пожалуйста, Полина Георгиевна.

— И мысли не было, — пожимает она плечами. — Не моё это дело. Просто спросила, раз уж у нас такой откровенный разговор получился.

— Вовсе не откровенный, Полина Георгиевна, Вы что-то явно недоговариваете.

Женщина отводит взгляд, и я пристально смотрю на неё.

— Говорите, что знаете. Ведь слышали же что-то такое, правда? Клима обожают обсуждать в этом городе. Он — местная звезда, бизнесмен, меценат. А я — персона нон-грата. Человек, которому отказано в доверии.

— Регина Сергеевна…

Но фразу няни прерывает автомобильный гудок. Выглядываю в окно и вижу, как с машиновоза спускают красный джип, перевязанной бордовой лентой. Какого черта? Расшумелись, детей моих разбудят!

Выскакиваю на улицу, чтобы разобраться с работниками, которые явно ошиблись адресом. Я заказала джип, но не себе, а игрушечный для Кита.

— Регина Колесникова? У нас для Вас подарок, — торжественно говорит парень в комбинезоне.

— Какой еще подарок? Потише, пожалуйста, у меня дети спят!

Парень вручает мне ключи от машины:

— Подарок от Вашего мужа.

— У меня нет мужа, — шиплю на ни в чем не повинного грузчика, и он растерянно смотрит на меня.

— От Клима Колесникова, — уточняет.

— Понятия не имею, кто это такой!

Еще большее удивление в глазах молодого человека.

Вкладываю ему в руку ключи и велю:

— Верните ему обратно.

— Но как же… У нас команда…

— Отставить команду. Я не принимаю подарок. НЕ ПРИНИМАЮ! Увозите отсюда эту груду металлолома. Вы мне цветы испортите.

Парень топчется на месте, потом кому-то звонит по мобильнику. Я захожу в дом и наблюдаю из окна за тем, что будет дальше.

Минут через пятнадцать приезжает Клим и стучит в дом:

— Регина, детка, открой.

Няня выжидающе смотрит на меня, а я не спешу бежать. Пью чай и выжидаю, когда у Клима сдадут нервы.

Муж стучит в кухонное окно, и мы обе вздрагиваем.

— Регина, я вижу тебя, — кричит он. — Выходи, красавица.

Отставляю чашку с допитым чаем в сторону и встаю со стула.

Медленно иду в прихожую. Няня крадется следом за мной, явно не понимая, что происходит.

Отпираю дверь и встречаюсь глазами с мужем. У него в руках букет алых роз, которые он протягивает мне с улыбкой.

Я беру букет и… начинаю хлестать его по щекам розами, приговаривая:

— Вот тебе, получи, козлище! Старый, развратный негодяй. Как ты мог?!

Бью так сильно, что с цветов опадают лепестки и падают к моим ногам.

— Регина, ты чего? Детка! Что случилось?

— Никакая я тебе не детка, сволочь! Убирайся отсюда! И никаких подарков мне не надо от тебя, гад!

— Да, объясни, что случилось? — закрывает лицо руками.

— Ты еще спрашиваешь, что случилось?! — взвываю. — Ребенок у тебя случился от другой женщины! Поэтому проваливай и забудь сюда дорогу! И тачку забери, иначе сожгу ее. И плакали твои миллионы, которые потратил.

— Какой ребенок? Регина, пожалуйста…

Не верю, что он не знал, что обрюхатил эту стерву! Просто прикидывается. Играет. Никому верить нельзя. Вот вообще никому!

Захлопываю дверь перед носом Клима и запираюсь на засов. Хрен ты сюда войдешь!

А если попытается — вызову ментов. Скажу, что угрожает мне расправой и детей моих пугает.

Сажусь на пол и реву. Выплеснула эмоции, называется. Теперь внутри пустота и выжженное поле…

Глава 8

Клим

Мальчик из доставки позвонил мне и сказал, что Регина отказалась брать машину. Это еще что за новости? Почему? Не угодил с цветом? Машинка яркая, на дороге будет смотреться круто. Так в чем проблема?

Я собирался подъехать к жене вечером. С живым настоящим оркестром и шампанским. Еле уломал ребят-музыкантов. Но придется мчаться сейчас.

Хватаю цветы, купленные на вечер, и несусь на фазенду Богачковых.

— Ты еще спрашиваешь, что случилось?! — кричит жена, жестко охаживая мою физиономию цветами. — Ребенок у тебя случился от другой женщины. Поэтому проваливай и забудь сюда дорогу! И тачку забери, иначе сожгу ее. И плакали твои миллионы, которые ты потратил.

О чем она говорит? Какой еще ребенок? Это уже за гранью. Вроде вчера забирал тихую и кроткую женщину, так кто же успел её довести до состояния истерики? Неужели Андрей явился сюда? Мне придется с ним серьезно поговорить и даже поугрожать, если придется.

За поворотом жду няню. Она присутствовала при скандале, и может, расскажет мне, что случилось с моей женой? Какая муха её укусила, черт возьми?

Клянусь, кем угодно, что детей на стороне у меня нет!

Мой единственный сын — это Кит. Я был идиотом, когда пошел делать анализ на родство Андрея и Никитки. Надо было сравнить наши с сыном ДНК! Да, их процент сходства, очень высок, но в виду того, что Милованов приходится мне братом, могли что-то неверно посчитать.

Родной, не родной — не важно. Но я сделаю так, чтобы этот серьезный малыш называл меня папой. Я понял свои ошибки и готов умолять о прощении. Что я снова сделал не так?

Наконец, няня идет в сторону остановки. Подбираю женщину и обещаю довезти её до города.

— Полина Георгиевна, с кем разговаривала сегодня моя жена?

— Она сказала, что видела Марину Пархоменко в поликлинике. С сыном. Регина Сергеевна решила, что он Ваш.

— Спасибо, что не стала ходить вокруг да около, — киваю.

— Да не за что! Я ж всей душой болею за воссоединение вашей семьи, — прикладывает руки к груди няня моего сына.

Так-так, что за секреты таит Марина? Она шифруется с