Принцесса и отверженный - Лали Аморале

Горло сдавило, но я схватила кружку с остатками чая и сделала большой глоток. Даже думать не хотелось о том, что мужчины напротив могло не быть.

– Но почему папа решил сохранить тебе жизнь? Во времена моего деда колдунов преследовали гораздо яростнее.

– Еще будучи принцем, твой отец умел думать наперёд. – Кристоф постучал пальцем по виску. – Он понимал, что колдун может стать тузом в рукаве.

– Он просто использовал тебя!

– Не будь так строга к нему. Наш союз всегда был взаимовыгодным. Я не умер от голода, получил хорошее образование – в поместье приезжали лучшие учителя. Имел возможность бывать во дворце во время важных для королевства событий.

Кристоф внимательно посмотрел на меня.

– Помню день, когда ты родилась. Свой первый защитный артефакт я сделал для тебя.

Я изумленно ахнула, а он продолжил:

– При дворе тогда было неспокойно. Я еще толком ничего не умел, но король сказал, что ему будет не так тревожно, если я буду рядом.

Мы оба замолчали. Я пыталась сопоставить свои воспоминания детства с тем, что рассказал Кристоф. Мы с сестрами всегда ревновали отца к советнику. В его отношении к нему чувствовалась отеческая забота, которой мы не понимали. Теперь же для меня было очевидно: своим первенцем папа считал даже не Марлу, а Кристофа. Ребенка, которого он когда-то спас от смерти.

– Я пригласила Лурику с сыном к нам в гости на праздник лета, – сказала я после нескольких минут молчания.

Пальцы Кристофа, продолжавшие отстукивать неспешный ритм, замерли.

– Разве Илиас не собирается уезжать?

– Он решил остаться здесь на лето. Вы знакомы?

– Да.

Я вздохнула. Это было то самое «да», которое знаменует собой окончание беседы.

– Почему ты решил рассказать про свое детство?

– Потому что ты начала кружить вокруг Лурики как голодный волчонок. Рано или поздно она бы рассказала какую-нибудь свою, жалостливую, версию истории.

Мне стало обидно за швею. Она так искренне переживала за этого чурбана!

– Ты путаешь жалость и сочувствие.

Бросив на меня острый взгляд, Кристоф взял трость и поднялся со стула.

– Мне не нужно ни то ни другое, Алия.

Я удержалась, чтобы не закатить глаза. Можно подумать, кто-то будет настолько глуп, что посчитает Кристофа Грауди слабым.

– Так ты не будешь против гостей? – я посмотрела на него снизу вверх, совсем по-девичьи хлопая ресницами.

Секунда. Другая. Третья. Кристоф закрыл глаза. Снова открыл их.

– Не буду.

С радостным визгом я вскочила со стула и бросилась ему на шею. Обняв мужа, прижалась губами к щеке и почувствовала, как он окаменел. Только тогда я осознала, что это щека со шрамами. Кристоф попытался отстраниться, но я буквально повисла на нем. Как же давно я мечтала это сделать: стоять вот так, уткнувшись носом в теплую шею, и вдыхать знакомый запах. Ворот сюртука щекотал кожу, но мне было всё равно. Почувствовав, как на поясницу несмело ложится ладонь, я довольно улыбнулась. Вот так, господин советник, люди иногда просто обнимаются.

– Спасибо, – я еще раз чмокнула его в щеку. – Пойду проверю, как там поживает наша земля.

Оставив оглушенного Кристофа на кухне, я вышла из дома. Во дворе было всё так же серо и уныло, но у меня появилась идея. Пусть местные жители и не хотели работать в Брохе. Наверняка в королевстве найдется пара смельчаков, готовых трудится у изгнанной принцессы и колдуна. Решив завтра же разослать весть, я пошла к реке.

Сначала я даже не поверила своим глазам: сквозь пожухлую траву пробивались тоненькие ростки. Я опустилась на колени, разгребая её руками. Губы расплылись в улыбке, когда моему взору открылось ярко-зеленое покрывало. Любование сочной зеленью прервал знакомый голос за спиной.

– Добрый вечер, Ваше Высочество.

Глава 26

Я взглянула через плечо на подошедшего мужчину.

– Илиас! Что вы здесь делаете?

Я начала подниматься, и он тут же протянул мне руку, помогая встать.

– Извините, – я торопливо вытерла ладони, перепачканные травой и землей. – Не очень-то я похожа на принцессу.

Он низко поклонился, как будто мы стояли не в сухой траве, а на начищенном до блеска паркете дворца. Откуда вообще у сына швеи были такие изысканные манеры?

– Вы прекрасны в любом виде и способны оживить даже самое мрачное место. – Илиас обвел рукой унылый пейзаж. – Я решил прогуляться. Матушка рассказала о реке.

– Вы не знали? Только не говорите, что тоже думали, будто это всё из-за колдовства!

Он посмотрел на меня сверху вниз, обворожительно улыбаясь.

– Я назову тот ответ, который вас не разочарует, Ваше Высочество.

Не удержавшись, я весело рассмеялась. Илиас словно возвращал меня в те времена, когда моей главной заботой было подобрать заколку в цвет платья. Он был обходительным, как все молодые люди при дворе, и с ним я ощущала давно забытую легкость. Я повернулась к реке, рассматривая воду с высокого берега.

– Я нашла молодую траву. – я взглянула на Илиаса, который встал рядом. – Земля очищается. Возможно, нам повезет и к празднику лета начнут оживать деревья.

– Жду с нетерпением.

От его искренней улыбки снова захотелось смеяться. Я махнула небрежно рукой.

– Илиас, на многое не рассчитывайте. Всё будет скромно: просто обед в узком кругу.

– Вашего присутствия будет достаточно.

Он смотрел вперед, но я видела, как сверкают его глаза. Комплименты Илиаса были приятны – все девушки любят, когда им говорят подобные вещи. Но в то же время хотелось повести плечами, чтобы избавиться от странного ощущения неправильности. Я улыбнулась Илиасу и в ту же секунду почувствовала человека за спиной. От легкости не осталось и следа: сердце забилось быстрее, а в животе снова начали лопаться шарики.

– Возможно, тебе стоит жениться, чтобы иметь возможность обхаживать свою жену, а не чужую.

Мы с Илиасом повернулись одновременно.

– Кристоф, – он сдержанно кивнул.

– Илиас.

Советник не удостоил своего собеседника даже кивка. Мои брови удивленно поползли на лоб.

– О, так вы настолько знакомы.

Никто из мужчин на мои слова не обратил внимания. Они молча сверлили друг друга взглядами. От беспечной улыбки Илиаса не осталось и следа, а тяжелый взгляд Кристофа словно пытался вдавить в землю. Этих двоих точно что-то связывало. Идея столкнуть их лбами и заставить Кристофа ревновать неожиданно показалась более опасной, чем виделась сначала.

– Я бы последовал твоему совету, но свободных принцесс в королевстве больше не осталось, – Илиас заговорил первым.

– На самом деле есть еще две, но тебе всегда не хватало смелости.

– Зато было достаточно благоразумия.

– И далеко твое