Прикосновение к красоте - Дина Аллен

В следующее мгновение Коул буквально впился в ее губы. Притянул ее к себе, усадил на колени. Кайра обняла его. Она вложила в этот поцелуй все, что чувствовала, всю себя.

С трудом они оторвались друг от друга. Переводя дыхание, Кайра прошептала:

— Ну, видишь? Я не стараюсь заниматься психоанализом. Между нами нечто большее, чем ты хочешь представить. Я не собираюсь лечить твои раны. Я просто люблю тебя. Вот и все.

Глаза Коула радостно засияли. Но потом он ненадолго задумался.

— Фелисия была моей женой, — сказал он наконец.

— Что с ней произошло?

— Ее убило бомбой. На моей яхте, на которой я перевозил оружие с Кубы в Майами.

В голосе Коула звучала неподдельная боль. Он делал над собой усилие, произнося вслух то, что видел в ночных кошмарах и о чем наяву приказывал себе не думать.

— А ты остался жив! Боже, это ужасно. Ты, наверное, очень любил ее…

— Да не в этом дело! — Коул рассердился. — Ты не совсем верно поняла. Из-за меня, из-за моей работы моя жена и десять детишек взлетели в воздух!

Он резко встал, поставил Кайру на ноги. Взволнованно заходил по комнате, и в какой-то момент Кайре даже показалось, что он сейчас уйдет. Но он остановился.

— Я обязан был знать, Кайра. Обязан был знать, что она не прекратила свои перевозки сирот с Кубы.

Кайра видела, что он ужасно страдает, но не подошла к нему со словами утешения. Пускай сам разберется во всем, все выскажет.

— Меня однажды послали на Кубу внедриться в некую криминальную организацию, занимавшуюся контрабандным ввозом оружия в Штаты. Фелисия была сестрой одного из главарей — Маркоса. Я играл на саксофоне в клубе в окрестностях Гаваны, пытаясь войти в контакт с Маркосом, являвшимся хозяином клуба. Два года я завоевывал его доверие. Там и встретил Фелисию. А она, используя связи брата, нелегально вывозила с Кубы сирот.

— А она знала, чем занимается брат?

— Да. Ей это не нравилось, но что она могла изменить? Маркос ее очень любил. Она делала свое дело осторожно. Никто ничего не знал. Поэтому Маркос закрывал на это глаза.

— Ты помогал ей? Она использовала и твои поездки для своих дел? — догадалась Кайра.

Коул кивнул.

— Да. Наверное. Ведь я существовал в каком-то ирреальном, искаженном мире, а Фелисия представлялась мне воплощением святости и чистоты среди лжи и зла.

— Так как же все случилось? Она знала, кто ты на самом деле?

— Нет, — уверенно ответил Коул. — Она знала, что я американец, и думала, что я работаю на брата.

— И она любила тебя…

Это замечание Коул пропустил мимо ушей.

— Мне не следовало лгать ей. Но тогда добрые отношения брата с сестрой могли бы измениться, и я скорее всего потерял бы ее.

Кайра подумала, что для Фелисии расставание с Коулом явилось бы ударом. Как и для нее самой.

— Обстановка тем временем накалялась, — продолжал Коул. — Мне следовало обезопасить Фелисию. Единственное, что я мог сделать, — это жениться на ней и увезти. Что мы и сделали. Сняли квартиру в Майами. Она оставалась там, пока я находился в рейсах. Вскоре я собирался выйти из игры, приехать к ней навсегда и все рассказать.

Коул умолк. Кайре вдруг захотелось остановить его рассказ. Она видела, какую нестерпимую боль приносят ему воспоминания.

— Ну ладно! — сказала она и подошла к Коулу. Он стоял у стеклянной двери спиной к ней. — Достаточно того, что ты чувствуешь свою ответственность. Я уверена, несмотря ни на что, ты не виноват. Я знаю тебя.

Но Коул словно не слышал ее слов. Повернувшись к ней, продолжил:

— Я оставил ее в Майами, а сам возил оружие. Она нашла работу в маленьком магазине, подружилась с кем-то. Всегда была весела, довольна. Мне и в голову не приходило, что она изыскала возможности возобновить свою деятельность. Можешь представить, в Майами! Она отличалась умом и изобретательностью. И наверняка все организовала так, что не подкопаешься.

— И тебе ничего не сказала?

— Нет…

— Как же ты можешь брать на себя всю вину?

— Потому что я должен был догадаться! — заорал Коул. — Она была моя жена! Она проникла на мою яхту. В ту ночь намечался очередной рейс. Я не имел представления, что она там, на борту. А мои дела пошли плохо. Маркос вычислил меня и подложил бомбу на яхту. Они решили убрать меня. Но я засек этого малого от Маркоса. И как раз тащил его за шиворот. Бомба, которую я видел, не взорвалась. Но с берега начали стрелять. И тут откуда ни возьмись, появился какой-то мальчишка, пронесся мимо меня и прыгнул за борт. А за ним вылетает Фелисия. Я обалдел, а она стала кричать, чтобы я спас ребенка. Мальчишка плыл прочь от яхты в море. Опять начали стрелять. Я оттолкнул Фелисию, крикнул Маркосу, что здесь его сестра, и прыгнул в воду за мальчиком.

Лицо Коула исказилось от мучительных воспоминаний. Кайра прижалась к нему. Провела рукой по щеке. Она понимала, что теперь наяву он переживает свой ночной кошмар, и не могла этому помешать, ибо сама заставила его вспоминать.

— Мальчишка, напуганный выстрелами, греб как бешеный. Я с трудом догнал его. Мы уже повернули обратно, и тут это случилось… Маркос не услышал меня, иначе он бы этого не сделал. Они бросили другую бомбу… И не промахнулись. А я не мог добраться. Я был далеко…

Голос Коула сорвался. Кайра обняла его, и он крепко прижал ее к себе. Она слышала, как отчаянно бьется его сердце. Слезы катились у нее по щекам. Наверное, и он плакал.

— Я люблю тебя, — шептала Кайра. — Я люблю тебя, Коул Синклер.

Они долго стояли так, не замечая времени. Потом Коул зарылся лицом в ее волосы.

— Зря, Кайра. Все зря. Не люби меня.