Сказ о снегах - Ксения Лисица

– Его долго не было, – гусляр кивнул на Венцеслава, – так что я решил походить и поискать его. Завернул за угол как раз вовремя, чтобы увидеть, как он вылезает из окна третьего этажа.

Княжич пожал плечами.

– Я чуть не столкнулся с человеком, который точно бы меня узнал и обязательно доложил бы отцу, где меня видел. Он лизоблюд, только и ждёт возможности выслужиться. Мне нужно было сбежать. Клянусь, я бы не стал это делать, будь у меня другой путь.

Горецвет покачал головой.

– Спасибо хоть сразу из окна не выпрыгнул. Тогда бы сломал не только руку.

– Она не сломана, – Венцеслав взмахнул рукой и тут же скривился от боли, – это просто ушиб.

– Будем надеяться, – нахмурилась Ружена. – Так что тебе удалось выяснить?

– Ну, это точно не обычный праздник. Меня ободрали как липку: пришлось заплатить баснословную цену за вход и ещё более баснословную за проход в башню. При этом говоря о ней, хозяин не переставал подмигивать, я уж испугался, что у него припадок.

– Башня, – задумчиво произнёс Крив, – та самая, которую мы видели по пути сюда?

– Скорее всего, – пробормотал Горецвет, – вот только нужно ли нам туда или мы идём по ложному следу…

– А что твои видения? – Спросил Венцеслав, доставая из волос травинку. – Ничего не говорят?

Гусляр покачал головой.

– Нет. С тех пор как последнее направило нас сюда – ничего.

– Но если бы мы нашли того, кого искали, то поняли бы это, – заметила Ружена, – пусть и не так, как когда впервые встретила Крива, но и в вас с Венцеславом я чувствовала какое-то… душевное родство.

Горецвет согласно кивнул.

– Верно, мы почувствуем. Но что если нас выкинут из города раньше, чем мы сможем встретить того, кто нам нужен?

– Ты имеешь в виду, за проникновение на их праздник и в башню? – Спросил Крив. – Но пока мы делаем всё, как надо. Венцеслав – богатый путник, честно купивший себе проход и туда, и туда.

– Но они не обрадуются, если и мы там появимся.

Княжич кивнул.

– Я заплатил только за себя и слуг туда брать нельзя. Можно, конечно, было бы вас приодеть и выдать за моих друзей… Вряд ли хозяин запомнил лица слуг. Но боюсь, у меня просто не хватит денег ещё на троих.

– Ладно, – сказала Ружена, – мы что-нибудь придумаем. Раз уж мы уже потратили деньги, то стоит хотя бы попытаться.

– А может, – осторожно предложил Венцеслав, – вы просто подождёте меня здесь? И никакого риска.

– Никакого риска? – Язвительно переспросил Горецвет. – Нет уж, один ты точно никуда не пойдёшь. Не после того, что я только что видел.

– Твоё недоверие меня ранит. Ты думаешь, я решу спрыгнуть с башни?

Гусляр промолчал, и это уже само по себе было ответом.

К месту празднования им пришлось пробираться тайком, как ворам. Они следовали за экипажем, везущим Венцеслава, прячась среди густых кустов и высокой травы.

Когда Ружена увидела, что гостей собираются везти в каких-то кибитках на мощных колёсах, запряжённых самыми большими и спокойными лошадьми, которых она когда-либо видела, она подумала, что хозяева здешних мест сошли с ума. Неужели не понимают, что через короткое время и кибитки и лошади застрянут в болоте и им всё равно придётся продолжать путь пешком? Но, похоже, она их недооценила. Эти люди жили среди болот и знали, как с ними совладать. Должно быть, у кибиток была какая-то особая конструкция.

А вот им с Кривом и Горецветом приходилось тяжело. Нужно было держать темп и не отставать, но болото хватало их за ноги, тянуло обратно. Наконец, впереди, между кривых елей, Ружена разглядела забор из высоких брёвен. Подойдя ближе, они увидели ворота, через которые проехала кибитка с Венцеславом, и двух привратников, которые их за ней закрыли. Похоже, княжич прибыл последним.

– Надеюсь, он не встретит там человека, из-за которого выпрыгнул из окна, – пробормотал Горецвет, – а то нам придётся собирать его по кусочкам.

Они обошли забор целиком, пытаясь понять, смогут ли проникнуть внутрь и каким путём. И довольно быстро сдались.

– Бесполезно, нам туда не попасть, – покачал головой Крив.

– Но, может нам туда и не надо, – сказала Ружена, кивая на то, рядом с чем они стояли.

Крытый проход, из тех же брёвен, что и забор, уходил вглубь болот.

– Думаю, по нему они ведут гостей до башни и обратно. Не будем дожидаться Венцеслава, идёмте.

На секунду задумавшись, Горецвет согласно кивнул.

– Кто же знал, что они вот так вот укажут нам путь.

– Хорошо бы мы добрались до башни раньше гостей, – заметил Крив.

Ружена покачала головой.

– Они, наверное, с самого начала праздника ведут их туда по очереди, так что вряд ли нам это удастся.

– В любом случае, пойдёмте, – подытожил гусляр.

Они двинулись вдоль этого странного коридора. Ружена чувствовала, как в обуви хлюпает вода, а ноги от земли приходилось отрывать со значительным усилием. Ей казалось, что идут они целый час, но башня, время от времени мелькающая вдалеке, как будто не приближалась. Внезапно Крив остановился.

– Вы это слышите?

Ружена прислушалась, но единственным звуком, который она смогла различить, были крики какой-то болотной птицы. Она покачала головой, Горецвет тоже. Кузнец неуверенно обернулся.

– Может, показалось. Как будто что-то тяжёлое тащат по грязи.

Они снова прислушались и ничего не услышали. Но Ружена ему поверила – ничего Криву не послышалось, она знала. Потому что чувствовала взгляд, чей-то пристальный взгляд, настолько тяжёлый, что ощущался почти физически.

– Вы не чувствуете? – Спросила она.

Горецвет поёжился.

– Если ты о внезапном приступе страха, который я только что ощутил, то да, чувствую.

Крив кивнул.

– Холод в руках и ногах, слабость и страх.

– Да, – сказала Ружена, ощущавшая то же самое, – что-то не так.

Они принялись оглядываться по сторонам, но снова – ничего.

– Идёмте дальше, – предложил гусляр, – но будем начеку. Стоять здесь всё равно не имеет смысла.

Он был прав, и они снова двинулись в путь, увязая в