Прощенный: КОН - Слоан Кеннеди

он направился обратно к бару. Я не хотел поднимать глаз, потому что боялся того, что мог увидеть. Мужчина уже выпил несколько бокалов. Что, если еще один был тем, что выведет его из себя? Что, если он превратится в человека, выбившего дерьмо из моего брата так легко, как будто делал это всю свою жизнь?

Ответа на мой вопрос не последовало, и когда в моем направлении снова послышались шаги, я едва сдержался, чтобы не вскочить с дивана и не спрятаться от приближающегося ко мне мужчины за каким-нибудь предметом мебели.

- Вот, - все, что сказал Кон, затем подтолкнул бутылку воды в поле моего зрения.

Мне удалось заставить руки взять ее, хотя тело сильно дрожало. Я был уверен, что Кон схватит меня или, по крайней мере, сядет рядом, прижавшись ко мне своим большим телом. Но вместо этого он ушел, и когда я осмелился поднять глаза, то увидел, что он снова сидит на противоположной стороне секции с бутылкой воды в руках.

- Тебе нужно попить, - пробормотал Кон, затем отпил из своей бутылки.

Я знал, что он не приказывал, но все равно выпил, и когда почувствовал на себе его взгляд, ощутил странное облегчение. Как будто я, каким-то образом, доставил ему удовольствие.

Какого х уя , Мика?

- Ты не мой пленник, Мика, - сказал Кон.

Его заявление заставило меня поднять голову.

- Ты можешь уйти в любое время, когда захочешь.

Он, должно быть, лжет. Так и было. Такие парни, как он, ни черта не делают бесплатно.

Я открыл рот, чтобы сказать ему именно это, когда он внезапно взялся за подлокотник секции и подтянул мой рюкзак к себе. При виде потрепанного рюкзака у меня вырвался вздох облегчения, который я просто не смог сдержать. Я был абсолютно уверен, что Кон играет со мной и не отдаст рюкзак, но он в очередной раз удивил меня, когда левой рукой поднес рюкзак как можно ближе к моей стороне секции.

- В чем подвох? - Сердито спросил я, хотя и не был уверен, почему так разозлился, ведь знал, что он захочет что-нибудь взамен рюкзака. Может, он подумал, что я настолько глуп, что просто встану и возьму его, оказавшись в пределах легкой досягаемости.

- Никакого подвоха, - сказал Кон, поднимаясь на ноги. Но он не подошел ко мне и не придвинулся поближе к рюкзаку. Вместо этого он встал и вышел обратно на балкон.

Я подождал несколько долгих секунд, легкие с трудом втягивали необходимое количество кислорода, прежде чем, пошатываясь, подняться на ноги и подойти к рюкзаку. Вместо того чтобы сбросить одеяло Кона с плеч, я поймал себя на том, что плотнее закутываюсь в него, и, может, просто попытаюсь вдохнуть то немногое, что еще оставалось от запаха Кона на ткани.

Я сел на диван и неуклюже открыл рюкзак, ожидая, что часть, если не все, содержимое исчезло. Но все было на месте. Смена одежды для каждого ребенка, горсть протеиновых батончиков и несколько бутылок воды, а также наличные, свернутые и закрепленные одной из резинок для волос Рори.

Он, и правда, собирался нас отпустить.

Поднимаясь на ноги, я чувствовал себя неуверенно. Несмотря на поздний час, мне нужно было разбудить Кристофера и Рори и увести их отсюда к чертовой матери. Но ноги отказывались повиноваться приказу. На самом деле, мозг, казалось, отключился, потому что все, что я мог, это стоять, сжимая здоровой рукой ручку рюкзака, а сломанной пытаясь удержать на себе одеяло.

Иди , Мика. Съебывайся !

Но приказ остался без внимания.

Что, черт возьми, со мной не так?

Я повернулся посмотреть на балкон, ожидая, что Кон наблюдает за мной, но это было не так. Он стоял спиной ко мне и ни разу не оглянулся в мою сторону.

Это было больно.

Это было действительно, блядь, больно.

Какого черта?

Я покачал головой и уронил рюкзак. Не может быть, чтобы все было так просто. Я протопал к балкону. Мой взгляд упал на дверной замок, и внезапно я осознал, что мог бы легко запереть этого человека на его собственном балконе, дав себе достаточно времени, чтобы сбежать. Но я не остановился. Вместо этого я вышел на улицу, и меня встретил порыв прохладного воздуха, от которого по всей открытой коже побежали мурашки.

Я проигнорировал их и выпалил:

- Твой брат ждет внизу, чтобы остановить нас, да? Или последовать за нами.

Кон даже не взглянул на меня.

- Нет, Кинга вызвали на работу. Остались только мы. - Он сделал глоток воды из бутылки, и я поймал себя на том, как зачарованно наблюдаю за движением его горла.

- Тогда почему? - Крикнул я, не заботясь о том, что кто-то может быть в пределах слышимости. Я хотел получить ответы на некоторые вопросы, и хотел получить их сейчас, черт возьми.

Кон сначала не ответил. Когда он это сделал, я тут же пожалел о своем вопросе, потому что, когда он посмотрел на меня, в его глазах не было ничего, кроме боли и сожаления.

- Почему я был возле твоего дома сегодня вечером? - спросил он. - Или почему я сделал то, что сделал с Брэйди?

Второй вопрос был как удар под дых, но мне удалось подавить стон боли, вырвавшийся из горла.

- Почему я привез тебя сюда? - пробормотал он. - Почему не проявил мужества и не убедился, что с тобой все в порядке все прошедшие годы...

- Нет! - огрызнулся я. - Почему... почему... - Я пытался выдавить из себя слова, но они застревали в горле. Не помогло и когда Кон, наконец, повернулся ко мне лицом, и уж точно не помогло, когда он подошел ко мне так близко, что нас разделяло всего несколько дюймов. И уж точно не помогло, когда он приподнял мой подбородок, чтобы я был вынужден встретиться с ним взглядом.

- Почему я не могу прекратить прикасаться к тебе? - тихо спросил он, хотя этот вопрос он явно задавал себе.

Я отчаянно хотел получить ответ на этот самый вопрос, но был слишком захвачен тем, как его прикосновение околдовывало меня. Почему я не могу сказать тебе прекратить?

К счастью, усилием воли мне удалось не задать этот конкретный вопрос вслух.

- Почему тебе так легко нас отпустить? - Выпалил я, прежде чем смог себя остановить.

Как только эти слова прозвучали, мне захотелось взять их обратно. Этот вопрос