Осколки нас… - Ева Риччи

Я молчала, наблюдая за ней, закусив губу. Её драматизм забавлял меня. Ни во время развода, ни после него свекровь не нашла времени мне позвонить. А теперь вдруг столько слов о нашей якобы великой любви с Ромой.

Выходит, уже сравнила меня с Евгешей и поняла, что я была лучшей снохой? Вот ведь как интересно складывается жизнь! Где-то, оказывается, проходили соревнования с моим участием, а я даже не в курсе.

Ощущение складывалось такое, ещё чуть-чуть — и меня выставят виновной в разводе.

Я сжала кулаки, внутри уже закипало от негодования.

«Только попробуй всё вывернуть наизнанку», — мысленно предупредила я, наблюдая за её попытками оправдаться.

— Тебе не повезло, — нарушила напряжённую тишину Людмила. — Ты встретилась с такими проблемами, которые разрушили ваш брак. Но, Настя! — Она обернулась и умоляюще посмотрела на меня. — Скажи откровенно, неужели ты не любишь Рому? Неужели всё то, что было между вами, уже забыто тобой?

Я вздрогнула. Как только наглости хватает спрашивать такое у меня?

— Сказала же, всё в прошлом! — Раздражённо на неё посмотрела.

— Почему я этому не верю? — Хмыкнула мне в ответ.

— Ваше право, — тихо произнесла я, устав от бессмысленного разговора.

— Что⁈ Ты глядя мне в глаза сейчас врёшь! — Она поспешно приблизилась ко мне и попыталась схватить мою руку. — Милая моя! Не ври себе и мне! И поверь, я прощаю тебя и все те глупости, что ты натворила.

На моих глазах выступили слёзы. Последним высказыванием она словно ударила меня, я ощутила, как загорелось моё лицо, будто от пощёчины.

— Прекратите, в том, что мы развелись с вашим сыном, виноват только он! — Повысила я голос и отступила от женщины на несколько шагов. — Не приходите больше в мой магазин, отныне вас здесь не обслужат.

— Какая же ты чёрствая, Настя. — Поджала она губы.

— Справедливая!

В глазах свекрови промелькнул испуг.

— Это ты натравила отца на моего сына? Мстишь, значит! — Зло бросила.

— Мой отец — самостоятельный мужчина, и не нуждается в чьих-либо указках. Да и не любит, когда вмешиваются в его дела. Так что ваши обвинения беспочвенны.

Людмила опустила голову, и уже спокойно проговорила:

— Попроси его прекратить издевательства над Ромой.

— И не подумаю влезать в разборки мужчин. — Припечатала её правдой.

— Угадай, что я тебе привёз, — послышался до боли родной голос Алексея.

И меня окутали объятия с ароматом перечной мяты.

Перед моим лицом появился стаканчик с кофе с трогательной надписью:

«Для моей ранимой лилии», и нарисовано сердечко.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась, делая глоток лавандового капучино.

— Всё для моих девочек, — прошептал мне на ухо.

— Настя! Ты завела мужчину? — Воскликнула Людмила.

— Женщина, заводят котов! — Отозвался Алексей. — А со мной у Насти отношения. — Серьёзно посмотрел на неё.

— Не ожидала от тебя такого, — отрицательно замотала головой свекровь. — Тёть Люд, вам пора.

Отвернулась от неё и улыбнулась Лёше, глазами поблагодарив, что он меня спас от прошлого.

— Прокатимся?

— Да, — согласилась я.

Не обращая больше внимания на Людмилу, скрылась в кабинете, надела плащ и, под неодобрительные взгляды, взяв Алексея под руку, вышла из магазина.

— Прости, что втянула, — тихо произнесла.

— Не переживай, мне понравилось тебя обнимать как свою женщину.

— Я стараюсь… перебороть себя.

— Может, стоит в омут с головой?

— Может…

Немного помолчала.

— Возможно, ты и прав, — произнесла чуть погодя.

На светофоре Лёша, остановившись, наклонился и поцеловал меня. Я почувствовала, как тело стало невесомым, возносясь вверх, словно пушинка, подхваченная озорником-ветром.

Всё вдруг потеряло смысл.

Только этот поцелуй имел значение.

Он словно яркий солнечный луч ворвался в мою жизнь, осветив всё вокруг, перекинув радужный мостик, соединяющий нас с Алексеем…

Я трепетала от прикосновений и эмоции, которые, подобно разорвавшейся бомбе, развеяли последние остатки разума, сопротивляющегося тому, что происходило.

Обняла его за шею, мои губы раскрылись, впуская его. Как же он целуется. Его язык, деликатный и нежный, не врывался, словно завоеватель. Я растворилась в этом мираже. Как измученный путешественник, припала к источнику и никак не могла утолить жажду.

Не хотелось ни о чём думать. Только этот момент был важен. Момент, когда никакие обстоятельства не играют роли, лишь ощущения, которые невозможно усмирить.

Я чувствовала его желание, трепетала из-за дрожи, от предвкушения того, что должно было произойти.

Алексей на мгновение отстранился.

— Поехали ко мне, — страстно прошептал он.

Кивнула и, тряхнув головой, спряталась за каскадом волос, которые упали на лицо. Он мой жест никак не прокомментировал, вернул внимание на дорогу.

Приехав к нему домой, меня охватило волнение, Лёша, тихо засмеявшись, приблизился ко мне и увлёк в страстный поцелуй, выбив все мысли из моей головы горячими губами.

Он расстегнул застёжку моего бюстгальтера, и в следующее мгновение его рука ласково сжала возбуждённый сосок.

Я застонала, неготовая к этой ласке и силе наслаждения. Она настолько велика, что я не смогла сдержаться и застонала вновь.

Вскоре мы уже лежали на большой кровати. Страсть сжигала нас изнутри. Страсть, которая требовала немедленного выхода. Страсть, которая правила нами. Страсть, которой никто не собирался противостоять.

Я была напряжёна до предела. Моё возбуждение, сконцентрировавшись где-то внизу живота, грозило взорваться в любое мгновение. Я безумно хотела Алексея. И хотела немедленно. Алексей вознёс нас на звёзды. Лёжа в его объятиях, я медленно приходила в себя. И когда способность мыслить вернулась, ужаснулась от своего поступка.

Что же я наделала?

Выпуталась из его коварных рук и поднялась, застегнула бюстгальтер, трясущимися руками натянула платье-тунику, сердито посмотрела на себя в отражении окна.

— Жалеешь? — Устало спросил Лёша.

— Я… ммм… не могу, — почувствовала, как по щеке покатилась слеза.

— Насть, ты не была против.

Он непонимающе смотрел в мои глаза. Ещё мгновение назад между нами полыхала страсть, и я занималась с ним любовью. А сейчас мечусь по его спальне со слезами на глазах.

— Пойми, дело во мне… Всё очень быстро… Дай мне время! — Всхлипнула.

— Не плачь, я пытаюсь себя тормозить. Но рядом с тобой у меня едет крыша… — Грустно усмехаясь, поднялся с кровати и сделал шаг ко мне.

— Прости. — Сжалась я.

— Настя! Посмотри на меня. — Требовательно произнёс.

Несмело подняла свои глаза и встретилась с нежным, полным смирения взглядом.

— Хочешь со мной остаться друзьями, я согласен. Уступлю тебе, потому что хочу быть с тобой рядом. — Сердито хмыкнул. — Но попытки соблазнить тебя не оставлю. У тебя теперь появился озабоченный друг! И поверь, лучше бы мы спали. Неудовлетворённый мужчина, хуже того, у которого температура 37.2!

Взял меня за руку, притянул к себе, вгляделся в мои распахнутые глаза.

— Спасибо…

— Моя глупышка.