Неучтенная - Мэри Дар

Зеркало в углу испуганно треснуло ( шучу конечно)!

- Прекрасно! - воскликнула продавщица! - я же говорила, что оно вам подойдёт! Это платье подчёркивает вашу индивидуальность.

- Кажется моя индивидуальность не просто подчеркнулась. Она сжалась в комочек и умоляет о пощаде!

- Это ослепительно - не слышала меня правщица.

- Да! Ослепительно плохо. Лиса! Пойдём отсюда скорее!

Я быстро сняла это великолепие,схватила подругу за руку и потащила вон из лавки.

- Может зря ты так?Такой фасон!Какой блеск! Надо было брать! Не лавка, а чудо! - издевалась подруга.

- Эта лавка - кладбище хорошего вкуса. Хочется выколоть себе глаза десертной ложечкой чтобы забыть это великолепие.

Поэтому закупилась я всевозможными тканями постельных тонов, шнурками, пуговицами и умоляла подругу остановиться. Но куда там! Ещё ведь столько всего необходимо молодой девице!

В общем, кроме свёртков с тканями тащила я ещё несколько пакетов с нижним бельём и ночными платьями (что тоже, конечно, не айс), приобрела несколько пар обуви, платье, шубку и шерстяную накидку.

- Ну зачем мне столько? Ведь в столице выбор больше!

- А ты в столицу в чем собралась ехать? В своей ночной рубашке?

- Ну ты же мне одолжила своё платье.

- А ничего что оно на тебя короткое? Не спорь, Рина, сейчас вернёмся домой и вызовем портниху. Думаю до отъезда она успеет сшить несколько нарядов. Каких ты захочешь! Не переживай!

*

Следующие несколько дней проходили в спешке. Неожиданно через Ларго запустили новый вид транспорта – дилижанс, который работал на магии. Путешествие обещали быстрым, комфортным и безопасным. Единственный минус для нас, возвращается он в столицу уже через три дня.

Естественно такое событие никто из нас не хотел упускать, поэтому билеты куплены, платья шьются (бедная портниха), сумки собираются, я нервничаю.

До конца жизни буду молиться всем богам, за то, что Лиса вообще решила провести их дома. За то что решила сделать мне сюрприз, в виде себя, у Роянны на пороге дома, с самого утра. А нашла меня на острове…

Так что зимние каникулы Лисы, в родных краях, стремительно подходили к концу, а моё путешествие, в новую жизнь, неожиданно начинается через несколько дней.

Глава 14

Глава 14

Путешествие проходило под лозунгом непривычно, интересно и немного страшно. Почему-то мне казалось, что дилижанс — это что-то на подобии наших маршруток, а на деле оказалось неудобно и больно. Моему заднему месту.

Дилижанс трясло так, будто создатель, неведомого ранее магического двигателя, забыл о том, что кроме самого двигателя, можно было подумать о рессорах и об удобных сидушках.

Вместе с дилижансом меня трясло так будто целью всей жизни, того великого мага, было выбить из дорог не только скорость вместе с пылью, но и мои зубы.

Про филейную часть вообще молчу. Она многострадалица, которая и так пережила приключения в огне, теперь проходила ускоренный курс превращения в отбивную. Сиденье было набито чем угодно - камнями, невыполненными обещаниями, костями врагов владельца этого дилижанса - но только не пухом.

Через несколько часов пути ещё и моя спина пришла к выводу, что позвоночник - это лишняя деталь, и пыталась самоликвидироваться.

Но и к этому привыкаешь.

Лиса от «восторга» заснула, а я смотрела в окно. Вначале было очень даже интересно, не каждый же день оказываешься в другом мире.

Внутри дилижанса пахло кожей, дорожной пылью и человеческим раздражением. От нечего делать, через небольшое мутноватое стекло, как просмотр старого черно - белого фильма я разглядывала быт и жизнь людей.

Деревушки сменялись небольшими городками, но декорации оставались неизменными: приземистые домишки с покосившимися крышами, серые заборы и бесконечное липкая грязь тракта.

Мой взгляд скользил по лицам прохожих. Приветливость, в этих местах, похоже, была дефицитным товаром, который выдавали строго по карточкам и только по большим праздникам.

Люди попадавшиеся на глаза, несли на себе отпечаток тяжёлого, беспросветного быта. Их лица были покрыты морщинами не от частых улыбок, а от вечного прищура против ветра и солнца.

Они провожали наш дилижанс взглядами, в которых читалось не любопытство, а враждебность. Особенно не понравились мне взгляды женщин. Глядя на дилижанс, они не скрывали своей зависти.

В одной деревеньке, у колодца, стайка баб в грязных чепцах, увидев мой интерес, даже прервала разговор, чтобы проводить меня долгим и неприятным прищуром. Я прямо физически ощущала, как они перемывают мне косточки.

Но я не осуждаю. Тяжелая жизнь у них.

После обеда наш транспорт выехал на тракт который огибал города и деревни. И когда за окном ничего не менялось кроме вида полей, и я чувствовала себя набором «Собери скелет сам», я обнаглела, прижалась к Лисе и не заметила, как задремала.

Путь, не смотря на скорость «нового» транспорта, предстоял длинный, четыре дня (а сколько тогда надо ехать по старинке? Месяц?), остановки были не частые, только на ночь. Обедали в дилижансе своей провизией.

В первый день путешествия к таверне мы подъехали поздно вечером. Я так мечтала о мягком матрасе, что не могла ни о чем думать, кроме как, что завалюсь и растянусь на нем.

Ужин мы заказали в номер, который сняли на двоих, и досыта наевшись мясной похлёбкой, и свежеиспечёнными лепёшками, освежившись легли спать.

Сил на помыться попросту не хватило ни у меня, ни у Лисы. Да и лоханка, которая стояла тут же в комнате, за ширмой, не приносила чувства безопасности: сколы, пятна неизвестного происхождения и грязная тряпка, с которой стекала вонючая жижа, накинутая на бортик, приводила в ужас. В голове проносились уроки биологии о всяких там бактериях и микробах.

А утром я проснулась не от нежного шёпота ветра и не от аромата свежезаваренного кофе. Я проснулась от звука, который мог бы служить саундтреком к пыткам инквизиции.

Прямо под моим окном, какой -то пернатый камикадзе, решил, что миру жизненно необходимо услышать его дребезжащие кукареку.

В голове всплыла кристально чистая, почти святая мысль, если я сейчас найду топор, то на завтрак у всей деревни будет суп из этого великого певца.

Этот петух определённо был садистом. Он не просто кукарекал, (в четыре утра, на минуточку!), он делал паузы. И как только я засыпала обратно, он начинал по новой.

Да я сейчас мечтала о топоре с такой нежностью, с какой другие мечтают о первом поцелуе!

Я лежала, глядя в серый потолок, и в деталях представляла, как этот петух будет смотреться