Бабочка и огонь - Хельга Нортон

— А я хочу, чтобы он отвечал за все, что натворил в этом городе с тех пор, как сюда вернулся. Я вижу, вас не очень волнует, что разговаривает он только при помощи своих кулаков, и что порядочные женщины обходят его стороной.

— Если вы думаете, что я шокирована его участием в нескольких драках, то глубоко ошибаетесь. Собственно говоря, что в этом ужасного? — Ада улыбнулась. — Мой муж — прирожденный боец. Это, кстати, одна из причин, почему я вышла за него замуж.

— Вы шутите?

— Вовсе нет. А что касается женщин… Пусть они обходят его стороной, я возражать не стану…

— Ха-ха! — Эд словно поперхнулся смехом. — А что вы скажете, если узнаете, что ваш муженек соблазнил не одну невинную душу, а целый десяток? Вы считаете это порядочным?

— Пожалуйста, не говори больше ничего, — взмолилась Роза, пытаясь остановить мужа. — Ты сделаешь только хуже…

Но Ада тоже не хотела отступать. Эд оскорблял ее мужа, — этого она не могла оставить безнаказанно. Она бросила на стол свою салфетку, словно перчатку.

— Женщины могут уверять, что на любовную связь их склонили силой, — изрекла она бесстрастным голосом, — но это только оттого, что у них не хватает духа признать правду.

— И в чем же, скажите, заключается эта правда?

— В том, что они сами позволили себя соблазнить.

Ее слова попали прямо в точку.

— Ах, так в этом виноваты женщины, а не Питер Стил!? — выкрикнул Эд, и его лицо побагровело.

— Ну, почему виноваты. Может быть, им это доставляло истинное удовольствие. И какая разница, сколько их было — пять, десять или пятнадцать. Разве дело в количестве? Днем эти женщины изображали из себя примерных жен и послушных дочерей, а по ночам лазили к Питеру в окошко. Ну не выталкивать же их обратно, честное слово…

Ада усмехнулась.

— Все это в прошлом, — произнес Питер с некоторым смущением. — Я надеюсь, ты не в обиде? Ну, кто из нас безгрешен…

— Мне не на что обижаться. Ведь это они потеряли, а не я.

— Когда будет следующий Бал Золушки? — спросил Джейк, пытаясь разрядить накалившуюся атмосферу. — Я тоже хочу такую жену.

Он налил себе в бокал вина.

— Они словно сговорились! — выкрикнул Эд, охваченный беспомощным бешенством. — Она так влюблена в Стила, что готова придумать любую историю, лишь бы его защитить. Может быть, она и легко досталась ему, но моя жена никогда бы не поступила так!

— Эд, прекрати! — крикнула Роза, не знающая, куда глаза девать от стыда за мужа.

Ада сделала отчаянное усилие, чтобы погасить пламя гнева, бушующее в ее груди. Терпение Питера тоже иссякло, — он, сжимая кулаки, сделал шаг по направлению к Эду. Ада схватила его за рукав, пытаясь погасить разгорающийся конфликт. Питер жестом отстранил ее. И только слезы, выступившие на глазах Розы, остановили его.

— Питер, я прошу тебя, не трогай Эда, — прошептала Роза, — он не соображает, что говорит.

— Убирайся из моего дома. Быстро! — прорычал Питер, обращаясь к Эду. — И не приближайся ко мне и моей семье ближе, чем на милю. Иначе горько пожалеешь потом.

Эду не потребовалось повторять дважды. Прихватив вконец расстроившуюся жену, он покинул комнату.

— А теперь, — обратился Питер к судье Джексону, — когда вы узнали все, ради чего приехали, я вас больше не задерживаю. Ни я, ни моя жена больше не можем вести подобные разговоры. Поймите, это просто выше наших сил!

— Успокойся, сынок. Ты и твоя жена выполнили условия завещания. Собственность отныне по закону ваша, — твердо сказал судья и встал. — Я надеюсь, во имя вашего собственного блага, что Эд ошибался.

— Ошибался в чем?

Судья улыбнулся.

— У тебя замечательная жена, Питер. И я на сто процентов уверен, что вас связывает настоящее большое чувство, а не простое притворство из-за наживы. Конечно, Эду не хочется в это верить…

— Вы правы, — Питер недобро прищурился. — Но мне наплевать, верит он или нет. Вот перед вами моя законная жена, которой я дал клятву верности перед Богом и людьми. Я выполнил условие деда, хотя думаю, что он поступил со мной, в каком-то смысле, жестоко.

— Он вставил в завещание данное условие о браке для твоего спасения, мой мальчик.

— Проклятье! Я же не подопытное животное. Дед сделал это только для того, чтобы его род не угас. Вот чего он боялся больше всего на свете!

— Возможно, — согласился Джексон. — Но это — главное. Он хотел дать тебе то, чего у тебя никогда не было.

— Что именно? — Питер презрительно усмехнулся.

— Извини, мой милый. Я не собираюсь говорить намеками, — судья перевел взгляд на Аду. — Но мой ответ не столь уж важен, если ты сам вскоре не поймешь, чего хотел твой дед.

— Он решил женить меня как можно скорее? Сделать меня счастливым помимо моей воли? — в раздражении Питер стал нервно покусывать губы. — Чтобы у меня были именно законные дети? Я и сам смог бы позаботиться о себе. Все это несложно организовать. Или он считал меня полным кретином?

— Питер, — прошептала Ада, — ты ведь не можешь просто купить все это.

— Думаешь? — Он цинично рассмеялся. — Мой дед всю свою жизнь демонстрировал как раз обратное. Ему доставляло огромное удовольствие доказывать, что можно купить все что угодно и кого угодно.

— Но, в конце концов, он понял, что это не так, — спокойно возразила Ада, хотя видела, что спорить сейчас с Питером бессмысленно. Поэтому она повернулась к судье и протянула руку. — Спасибо за то, что пришли. Извините нас, если вечер получился не очень веселый.

— Иначе и не могло быть, — ответил он, пожимая ее руку. — Я был рад повстречаться с вами, моя дорогая. И надеюсь, что в будущем наши встречи станут регулярными.

— Время покажет, — неопределенная улыбка скользнула по губам Ады.

Проводив гостей, Питер закрыл за ними дверь и вернулся к жене.

— Ну, и вечерок мы с тобой провели, миссис Стил.

— Зато теперь все в порядке, — сказала она. — Хотя, я думаю, наша застольная беседа послужит пищей для разговоров еще очень длительное время.

— Боюсь, что да… Уж чего-чего, а посплетничать у нас любят. Все кости перемоют. — Он пригладил волосы и вздохнул. — Хочешь выпить?

— Я не против.

— Тогда пойдем в библиотеку, там уютнее.

Войдя в библиотеку, Ада хозяйским взглядом окинула комнату: до самого потолка высились шкафы, тесно заставленные книгами, посередине стоял массивный письменный стол с деревянным резным креслом. У огромного камина уютно расположились глубокие кожаные кресла.

— Ты часто им пользуешься? — спросила Ада, указывая на камин.

— Начиная с Рождества, камин горел постоянно. Дед очень ревностно следил за этим. — Питер протянул ей бокал с бренди и, указав на горку дров, сложенных внутри камина, спросил: — Хочешь, зажжем огонь? На улице еще тепло, но настроение у меня самое подходящее.