Скандальный брак - Тара Пэмми

Повернувшись к ней, он притянул ее к себе и обнял:

– Лив, пожалуйста, посмотри на меня.

Оливия открыла глаза, в его взгляде читалось беспокойство.

– С тобой все в порядке? Прости, если…

Она улыбнулась через силу:

– Да, все хорошо.

Он поцеловал ее и уткнулся ей в волосы:

– Видишь, что ты делаешь со мной. Я никогда так не брал женщину, без прелюдий, грубо, словно ничего больше не имеет значения.

Оливия выводила узоры на его груди.

– Ты не сделал ничего такого, чего бы я не хотела.

Слова замерли на ее губах. Оливия внезапно осознала, что скоро Алекс вновь станет человеком без чувств, вернет свой контроль. На глаза набежали слезы, но Оливия сдержала их и поцеловала его. Она обдумает все завтра, не сегодня, не сейчас.

– Пожалуйста…

Его рука проскользнула между их телами, и он начал ласкать ее клитор:

– Пожалуйста, что?..

Она застонала и выгнулась, лаская его тело. Она прижалась к нему крепче:

– Я не хочу говорить, не хочу думать. Делай со мной все, что хочешь.

Ему не нужно было повторять дважды. Алекс страстно поцеловал ее. Оливия гладила его тело, впитывая в себя его запах, запустив ему руки в волосы и путая их.

– В этот раз я возьму тебя медленно, – выдохнул он. – Как ты хочешь?

Она потянула его за волосы, он откинул голову и посмотрел ей в глаза.

– Поласкай мою грудь, я умру, если ты этого не сделаешь.

Убеждать Александра не было необходимости. Обхватив ее грудь, он начал лизать ее соски. Оливия сдавленно застонала.

– У тебя такие сексуальные соски, так и хочется их пососать. Тебе бы хотелось этого?

Она кивнула, и Александр улыбнулся. Обняв ее за талию, он наклонился и начал ласкать языком ее соски. Оливия едва не задохнулась, когда он прикусил один, и впилась ногтями ему в спину.

– Повернись, – приказал он.

Она повиновалась. Алекс поцеловал ее плечи и стал спускаться к пояснице, оставляя дорожку из поцелуев. Внезапно он остановился, и через секунду Оливия поняла, что он рассматривает ее татуировку.

По мере возможности повернув голову набок, она постаралась понять, о чем он думает.

Его щеки покраснели, в комнате стало тихо. Он повторил пальцем узор бабочки. Облизнув губы, Оливия спросила:

– Тебе не нравятся татуировки?

Александр поднял на нее взгляд, пытаясь справиться с эмоциями, обуревавшими его.

– Это очень привлекательно. И она подходит тебе. – В его тоне сквозили нотки суровости.

Внутри поселилось чувство собственности, и он не мог представить, что кто-то уже видел эту татуировку и целовал ее. Алекс не имел права спрашивать о том, что так беспокоило его. Все женщины, с которыми он встречался, имели незапятнанную репутацию, и не было никаких сомнений, что они всегда тщательно выбирали партнера. Да и он никогда не интересовался их прошлым в этой области. Сейчас же Алекс желал узнать все, ему это было необходимо как воздух. Эта женщина изменила его до неузнаваемости.

Оливия не могла понять, что произошло.

– Если тебе не нравится… – неуверенно начала она.

Алекс не дал ей договорить, накрыв ее губы поцелуем. Она яростно ответила ему. Он играл с ее языком, и она стонала от удовольствия. Его рука скользнула вниз по ее животу, но на этот раз ей хотелось контролировать ситуацию. Оливия поймала его руку и отвела в сторону. Со смехом Алекс закинул руки за голову, делая вид, что сдался. Играючи, она достигла своей цели. Коснувшись его мужского достоинства, она мягко поласкала его. Алекс застонал.

– Скажи мне, о чем ты сейчас думаешь? – прошептала она, скользя вниз по его телу. Не дождавшись ответа, она провела по нему языком, он весь напрягся. – Ты против татуировок?

Алекс покачал головой, и она улыбнулась, довольная его ответом. Все так же улыбаясь, Оливия медленно взяла в рот его член. Алекс хрипло застонал и схватил ее за волосы. Она медленно облизывала каждый дюйм.

– Ты имеешь что-то против бабочек? – оторвавшись, продолжала она.

Он проклял все на свете, когда она прикоснулась языком к головке.

– Нет, ничего… – прохрипел он.

Оливия взяла его член в руку и сделала несколько быстрых движений, их взгляды встретились, в его глазах читалась неприкрытая жажда.

– Черт возьми, Лив, продолжай… – приказал он, но Оливия и не думала возмущаться из-за того, что даже в постели он командует.

Она облизала его еще несколько раз и, оторвавшись, прошептала:

– Что ты чувствуешь?

Едва поняв суть вопроса, Алекс притянул ее к себе:

– Ты ведьма. Хочешь знать, что я чувствую при виде твоей татуировки? Ревность. Я чувствую ревность. Я могу думать только о том, сколько мужчин видели ее и трогали.

Ее сердце сжалось. Поцеловав его сомкнутые в тонкую линию губы, Оливия улыбнулась:

– Я сделала ее месяц назад, так что ты первый, кто ее увидел.

Она ахнула, когда Алекс неожиданно вошел в нее. Выгнувшись, она ощутила такое удовольствие, какое не получала никогда прежде. Она поймала его ритм, и уже было не разобрать, где он, а где она. Александр сделал последний яростный рывок, она сжала бедра, и они вместе достигли вершины удовольствия.