Мисс тридцать три несчастья - Мария Северская

«Вот и все, – вяло перетекали в ее голове мысли. – Не сбылось. Он не приехал, провел отпуск где-то в другом месте, с кем-то другим, возможно. Не со мной…»

Как ни странно, сейчас Славка себя чувствовала смертельно усталой. Не было сил шевелиться, даже оторваться от окна и повернуть голову она не могла.

– Девушка, у вас все в порядке? – кто-то мягко тронул ее за плечо.

– Да, наверное, – машинально ответила она.

Слева от нее сидел парень примерно ее возраста – довольно симпатичный, с открытым, приятным лицом.

– Петр, – представился он. – Хорошо, что мы едем вместе.

Девушка уже было хотела спросить почему, но посмотрела на еще двух своих попутчиков, вернее попутчиц, и поняла. Напротив сидели две полные дамы в возрасте и наперебой трещали о ценах на молоко, правительстве, которое совсем не заботится о народе, врачах-человеконенавистниках и прочем в том же духе. Причем с одной темы на другую они перескакивали так непредсказуемо, что оставалось только удивляться, как они вообще друг друга понимают.

– Да уж, – невольно улыбнулась Мирослава. Мы попали. – Она сняла рюкзак, который до сих пор так и болтался у нее за плечами. – Я Славка, – сообщила она.

– Ух ты! – восхитился попутчик, – вот это имя!

– Самое обычное, – пожала плечами девушка.

– Ну да, встречается на каждом углу, – кивнул парень и так задорно улыбнулся, что Славка моментально забыла о своей усталости и дурном настроении.

Поезд мерно стучал колесами, за окном мелькали полустанки, тянущиеся в небо южные кипарисы, бескрайние степи. Под вечер проехали Сиваш.

Еще никогда Мирослава не путешествовала так весело. Петр оказался прекрасным собеседником с чувством юмора, невероятно похожим на собственное Славкино. Они сидели в коридоре на откидных сиденьях и болтали обо всем на свете, предоставив купе попутчицам. Зашли внутрь, только чтобы пообедать.

Петр чем-то напоминал Мирославе Сережу, вот только чем, она не могла сказать точно. Петя был мягче, смешливее, но в нем ощущалась такая же надежность и такое же спокойствие, как и в Сергее. Рядом с ним девушке было тепло и уютно – так, словно они знали друг друга всю жизнь.

На остановках, где поезд тормозил надолго, ребята выбегали размяться. Покупали горячие пирожки и мороженое, запивали все это местной минералкой и квасом.

Когда за окнами сгустились сумерки, они сидели на Славкиной полке и играли в крестики-нолики. Спать было ложиться жалко, хотя Славка вовсю зевала.

Они давно обменялись телефонами и электронными адресами и договорились не теряться, продолжать общение и в городе. К этому моменту Мирослава уже знала, что ее новый знакомый старше ее на год, что в сентябре он станет студентом, изучающим юриспруденцию, что дома у него живут два кота-пенсионера, а сам он увлекается горными лыжами и плаваньем.

Лечь спать все-таки пришлось, а проснулись оба, когда на часах был уже полдень и поезд подбирался к Орлу.

И снова они говорили и смеялись шуткам друг друга до самого Курского вокзала, где обоих встречали родители.

Попрощались тепло, в сотый раз пообещав найти друг друга в Контакте и еще как-нибудь встретиться.

– Симпатичный мальчик, – сказала мама, как только Петр и его родители скрылись в толпе. – Я смотрю, вы успели подружиться?

– Да, он хороший, – улыбнулась Славка. – Легкий такой…

– Я рада, что ты не замыкаешься в себе, общаешься с новыми людьми. – Мама выдвинула ручку чемодана и покатила его по перрону к зданию вокзала. – Ты уже придумала, чем будешь заниматься эти три дня до отлета в Париж?

– Шутишь? – усмехнулась девушка. – Я же только с поезда сошла. Дай хоть отдышаться.

Мирослава любила возвращаться домой после каникул. Все вещи казались немного иными, и некоторое время приходилось к ним заново привыкать. Кажется, сидела за этим письменным столом десять лет, обедала на этой кухне всю жизнь, с детства видела свое отражение в этом зеркале… Но что-то каждый раз менялось, словно квартира без Славки жила своей собственной жизнью.

– Это потому что ты сама каждый миг меняешься, – говорила мама.

– Разве? – удивлялась девушка. – А по-моему, я все та же.

Вот и в этот раз все в родном доме поначалу казалось неуловимо чужим, незнакомым. Славка долго разглядывала свою чашку с нарисованной синей собакой, сидела на своем диване, стояла у окна своей комнаты, выходящего в сквер.

«Может, мама и права, – думала она, – меняюсь я, а вовсе не вещи. Неужели взрослею?»

Почему-то ей было маетно. Где-то внутри все еще стучали колеса поезда, и тело покачивалось в такт, словно на стыках рельс. И ей казалось, она все еще слышит Петин смех.

Мирослава взяла с полки книгу, но читать не смогла. Тогда она включила компьютер и влезла в Контакт. Тут ее уже ждало приглашение в друзья от ее попутчика. Девушка его подтвердила, пролистала новостную ленту, побродила по страничкам друзей, рассматривая их летние фотки. И, конечно, не смогла не зайти к Вадиму.

Все на его странице было по-прежнему. Даже новых надписей на стене от Сони не прибавилось.

«Завтра поеду в Зеленоград, – внезапно решила Славка. – Все равно надо бабушкино варенье отвезти, так что повод у меня есть».

Эта мысль неожиданно принесла ей покой, и заснула девушка сразу, как только голова коснулась подушки.

Была суббота. Несмотря на это, народу в метро оказалось как в будни.

Мирослава привычно уже доехала до Речного, отстояла очередь и села в автобус. Так ей почему-то нравилось ездить гораздо больше, чем на электричке.

Дядя Руслан и тетя Таня оказались дома. Они ждали Славку и очень ей обрадовались. Усадили пить чай, расспросили об отдыхе и о том, как там их дети.

– А ты, наверно, Вадика хочешь увидеть, – подмигнул девушке дядя. – Я сказал Наташе, что ты приедешь, так что они тебя ждут.

– Здорово! – обрадовалась Славка. – А вы не знаете, почему Вадим не приехал в Крым? Вроде он собирался. Или отпуск все-таки не дали?

– Почему, дали. – Тетя Таня подлила ей еще чая. – Его пригласили с собой в поход какие-то друзья. В Карелию. Он давно хотел там побывать, вот и отправился туда.

– Ясно, – кивнула девушка.

Похоже, ей особо не в чем винить Вадима. Да, он предпочел ее компании компанию друзей, но если он давно мечтал оказаться в Карелии, его можно понять. Сложно отказаться от своей мечты даже ради любимого человека.

Она допила чай, поблагодарила тетю Таню и поднялась из-за стола.

– Пойду проведаю Вадима.

– Давай. У них открыто, – улыбнулся дядя Руслан.

Входная дверь в квартиру, в которой жила семья любимого, и правда была открыта. Мирослава тихо прошла в прихожую и замерла перед кухонной дверью – закрытой, из-за которой раздавались голоса Вадима и его матери. Они говорили на повышенных тонах.