Цыганские глаза - Хелен Диксон

– Он наш сосед.

– Ясно. Вы встречались с ним?

– Да. Лорд Фокс – лучший друг моего брата.

– А вы? Заметил ли Лукас ваши очаровательные глазки? – с нахальной усмешкой поинтересовался капитан. – Он вечно не давал прохода красивым девушкам.

Его легкомысленное замечание напомнило Пруденс о ее последней стычке с Лукасом Фоксом в Марлден-Холле.

– Мои очаровательные глазки его не касаются.

– Вижу, вы не слишком высокого мнения о моем кузене?

– Я недостаточно хорошо его знаю, чтобы составить о нем собственное мнение, капитан Фокс.

Он улыбнулся, пристально взглянул на нее и кивнул.

– Узнаете. На свете нет женщины, которая сумела бы устоять перед Лукасом. Ему во всем везло больше, чем мне… хотя он намного меня красивее. Уж в этом ему не откажешь.

– Вы слишком великодушны к лорду Фоксу и слишком суровы к себе, – вежливо возразила Пруденс. Джеффри Фокс несомненно привлекателен, хотя его сходство с кузеном весьма отдаленное. Одинаковы лишь разрез глаз, губы и решительный подбородок.

Капитан Фокс от души рассмеялся.

– А вы, моя дорогая юная леди, слишком добры.

– Но кое-что вас объединяет, – спокойно заметила девушка. – У вас обоих на подбородке ямочка, ее еще называют ямочкой дьявола.

Его глаза заблестели.

– Да уж, этого у нас не отнимешь. О моем кузене говорят, что он дьяволу сын родной. Вы не слышали?

– Кое-что слышала, но не поверила.

– Скажите, у моего кузена все в порядке?

– Да… по крайней мере, мне так кажется.

– И он живет в Марлден-Холле?

– Да, насколько мне известно. – В вопросе капитана не было ничего необычного, и улыбка его казалась вполне искренней, но у Пруденс почему-то возникло неприятное ощущение, будто ее допрашивают.

Его глаза сузились.

– Вы расскажете моему кузену о встрече со мной, Пруденс?

– Хотите, чтобы я рассказала?

Он беззаботно пожал плечами.

– Мне все равно. Я не стану его навещать. Мы с ним стараемся не встречаться. Можете передать ему привет от меня, если хотите. Скажите, что я поздравляю его с тем, что он так быстро оправился.

– Что? Он болел? – удивилась Пруденс.

Джеффри Фокс изменился в лице. Его глаза заблестели, а на губах появилась зловещая улыбка.

– Я имел в виду вовсе не его здоровье, – многозначительным тоном ответил он.

Внезапно Пруденс ощутила какую-то странную натянутость. Оглянувшись, она с радостью заметила приближающуюся Арабеллу.

– Извините меня, – торопливо произнесла девушка. – Мне пора.

Джеффри уступил ей дорогу.

– Приятно было встретиться, мадемуазель, – мягко сказал он. – Надеюсь увидеться с вами снова.

– Да, это вполне возможно. До свидания.

Арабеллу сопровождала встреченная ею в лавке приятельница, и обе женщины оживленно болтали. Пруденс влезла в карету и свалила свертки на сиденье, не сводя глаз с Джеффри Фокса. Должно быть, он почувствовал ее взгляд, поскольку неожиданно обернулся и подмигнул.

Раскачивающейся походкой моряка он подошел к человеку, державшему под уздцы двух лошадей. Пруденс нахмурилась. Фигура этого мужчины показалась ей знакомой. Спутник капитана Фокса на мгновение повернулся лицом к карете, и девушка вскрикнула от удивления. Это был Уилл Прайс.

Пруденс не рассказала об этом случае Арабелле. На обратном пути сестра трещала без умолку о своей встрече с приятельницей, ничего не замечая вокруг. Притихшая Пруденс не слышал ни слова. Ее встревожила не столько встреча с кузеном Лукаса Фокса, сколько появление Уилла Прайса. Что объединяет этих людей? И почему Уилл бросил работу в питомнике? Еще непонятнее было то, что капитан Фокс назвал ее по имени. Откуда ему известно ее имя? Неужели от Уилла Прайса?

Когда карета подъехала к дому, удивление от встречи с кузеном Лукаса почти развеялось, но потрясение не прошло. Пруденс не доверяла этому самоуверенному человеку. Ей не нравились чувства, которые он пробуждал в ней, и не нравился он сам. Три минуты в обществе Джеффри Фокса показались ей почти невыносимыми. Пруденс заметила его взгляд, когда спросила о предполагаемой болезни лорда Фокса. Что-то темное и зловещее, граничащее со злобой, промелькнуло в его глазах. Ей не хотелось бы увидеть это снова.

Необъяснимый и навязчивый страх поселился в ее сердце, и избавиться от него было непросто.

Через две недели после званого вечера в Марлден-Холле у Пруденс был день рождения. Сразу же после завтрака улыбающаяся Арабелла посоветовала ей прогуляться за подарком в конюшню. В одном из денников ее дожидалась гнедая кобыла с белоснежной звездочкой на лбу.

Пруденс опомниться не могла от радости. Кобыла показалась ей прекраснейшей из лошадей, с гладкой, лоснящейся шкурой, длинной гривой и живыми, умными глазами. Кроме того, в конюшне обнаружилась новая уздечка и дамское седло, подбитое пурпурным бархатом.

Девушка тут же помчалась разыскивать брата. Он сидел за столом в кабинете, изучая гроссбух с записями собранной за годы его отсутствия арендной платы. Ничего не замечая вокруг, Пруденс набросилась на него с объятиями и расцеловала в обе щеки.

– Спасибо, Томас. Спасибо огромное, – вне себя от радости воскликнула она. – Это самый лучший подарок. Она красавица.

– Да уж, – со смехом согласился брат.

– Ты обещал купить мне лошадь, но я не ожидала, что это будет так скоро.

– Я рад, что тебе она понравилась. А как насчет нового седла и уздечки? Тоже неплохи, верно?

– Отличные. Я должна найти Арабеллу и Верити и поблагодарить их, а потом прокачусь на своей прекрасной кобыле в деревню.

– Пруденс, подожди, – окликнул ее Томас. – У нас гость.

– А? – все еще улыбаясь, девушка оглянулась.

Лукас пристально смотрел на нее, прислонившись к стене у окна и скрестив на груди руки.

Пруденс не видела его с тех пор, как ездила к нему на ужин в Марлден-Холл. Томас упоминал, что их знаменитый сосед отправился в Лондон по делам, и девушка искренне надеялась, что он задержится там надолго.

Их взгляды встретились, и улыбка сбежала с ее губ. До сегодняшнего дня Пруденс безуспешно пыталась изгнать лорда Фокса из своих мыслей. Разрушительный водоворот чувств довел ее до изнеможения. Разве могла она забыть этого непостижимого, изменчивого и невероятно красивого мужчину?

– Прошу прощения, я вас не заметила. Теперь вы прочтете мне очередное нравоучение, милорд? – съязвила Пруденс, всем своим видом подтверждая, что отлично помнит их последнюю стычку и не собирается прощать Лукаса.

Томас удивленно поднял глаза. Похоже, ненависть сестры к его другу сильно возросла после их поездки в Марлден-Холл. Она ни разу не заговаривала о Лукасе, а, когда его имя упоминалось в разговоре, сразу же отворачивалась, словно пытаясь забыть о его существовании. Ему вновь стало любопытно, что же на самом деле сказал ей Лукас в тот вечер, когда она выпила слишком много вина и начала откровенно с ним заигрывать.