Превыше соблазна - Мэри Рид Маккол

Оказавшись во дворе Хоксли-Мэнор, Ричард и Мег тотчас поняли, что в их отсутствие кто-то приехал. Стояла карета, суетились слуги, разгружая багаж. Мег вопросительно взглянула на Ричарда и по его улыбке поняла, что прибыл желанный гость.

– Брэдан, – с просветлевшим лицом пробормотал Ричард. – Мой брат наконец явился, и, похоже, Фиона и дети с ним.

Улыбка настолько преобразила его лицо, что у Мег подогнулись колени, а сердце застучало быстрее. В первый раз она видела эту улыбку на веранде спальни и была поражена тем, что Ричард де Кантер настолько привлекательный мужчина. Еще тогда у нее мелькнула мысль, что ему надо чаще улыбаться. Но что тогда будет делать она? Сидеть и любоваться им?

Потянув за руку, Ричард вывел Мег из задумчивости:

– Пойдемте.

И он заспешил к дому, но, будучи истинным джентльменом, старался, чтобы она успевала за ним. Волнение Ричарда передалось и Мег. Когда они оказались у двери, она совсем задохнулась от спешки и попросила, чтобы дальше он шел впереди. Ричард подчинился.

Из главного входа показался мужчина. Едва взглянув на него, Мег поняла, что тут невозможно ошибиться: незнакомец был, конечно, братом Ричарда. Мужчины обнялись с такой силой, что Мег невольно испугалась, как бы Брэдан не сломал Ричарду ребра. Мег не хотела мешать долгожданной встрече, а потому ожидала поодаль и, пользуясь случаем, рассматривала обоих.

Брэдан был так же высок и черноволос, как и Ричард, но лет на десять – двенадцать старше. Братья имели схожие черты: те же мощные линии челюстей, выразительные рты, одинаковый рисунок бровей, но глаза Брэдана были не золотисто-зелеными, как у Ричарда, а до странности голубыми. При таком обилии общих черт Ричард и Брэдан были удивительно не похожи друг на друга. Мег даже решила, что один, видимо, пошел в отца, а другой – в мать.

– Рад тебя видеть, Ричард, – произнес наконец Брэдан и похлопал брата по плечу. – Хотя, похоже, сейчас неудачное время для визита. Твой человек, Хью, рассказал нам об Элинор. Мы уже ходили прощаться. Сочувствую тебе, брат. Я знаю, что здесь произошло после твоего возвращения.

– Я тоже, – раздался женский голос из-за приоткрытой двери, и на пороге возникла фигура стройной женщины с золотисто-каштановыми волосами.

Женщина была примерно того же возраста, что и Брэдан. Двигалась она плавно и грациозно и выглядела очень привлекательно. Мег сердцем почувствовала, что грусть на ее лице искренняя. Женщина приблизилась к Ричарду, обняла его, поцеловала в щеку и, отступив на шаг, оперлась на руку мужа.

– У Элинор всегда было слабое здоровье, – мягко продолжала она. – Мы усердно молились, чтобы она выздоровела, но теперь остается утешаться тем, что она уже отмучилась и сейчас ее душа успокоилась.

– Да, – мрачным тоном отозвался Ричард. – Как бы ни было трудно это принять, но смерть принесла ей облегчение. – И, отвечая на вопросительный взгляд женщины, Ричард слегка обернулся к Мег: – О, простите мою бестактность. Я пять лет жил среди воинов и утерял изрядную толику светского лоска.

Ричард шагнул назад и сделал приглашающий жест в сторону Мег.

– Брэдан, Фиона, позвольте представить вам Мег, дальнюю родственницу Элинор. Она в течение двух лет до моего возвращения ухаживала за Элинор, а за прошедшую неделю оказала мне и всем в Хоксли-Мэнор неоценимую помощь.

– Мы рады с вами познакомиться, – сказал Брэдан и слегка поклонился. – Вы ведь… из семьи Спенсеров? – добавил он, кивнул и так изогнул губы, что Мег тотчас подумала о его сходстве с Ричардом. – Это имя Элинор носила до замужества. Видимо, и вы тоже Спенсер? Мой рассеянный брат не удосужился назвать ваше полное имя.

– О нет. – Мег запнулась.

Ее щеки вспыхнули. О Боже, за эту неделю она краснела больше, чем за все предыдущие двадцать шесть лет своей жизни. Заставив себя взглянуть прямо в лицо Брэдана, она четко выговорила:

– Мое родовое имя – Ньюком.

– Ньюком? – Брэдан выглядел удивленным. – Ньюком – редкое имя и встречается лишь в среде высшей аристократии.

– Из Беркшира, – добавила Мег, понимая, что последует дальше, и желая по возможности этого избежать.

– Люди в Хоксли знают ее просто как Мег, – вмешался Ричард.

Мег поняла, что он пытается сгладить неловкость, и была благодарна ему за это.

– А-а… – Брэдану явно хотелось продолжить расспросы, но вежливость не позволяла.

Брат, видимо, не стремился развивать эту тему. Фиона, которая сначала приветливо улыбнулась Мег, тоже решила промолчать. Мег почувствовала себя виноватой: разве справедливо ставить их в неловкое положение? Она была безразлична к своему происхождению и спокойно могла бы не продолжать, однако они все равно захотят узнать подробности, выяснить, кто она такая и почему находится в Хоксли. Возможно, следует рассказать все самой? Так будет меньше боли.

Мег вздернула подбородок, набрала в легкие побольше воздуха и решительно посмотрела в лицо гостям.

– Ричард молчит из добрых побуждений, но я сама вам все объясню. Имя, данное мне при рождении, – леди Маргарет Присцилла Элизабет Ньюком. Я – младшая дочь графа Уэлтона и его жены Анны. Меня поместили сюда в качестве компаньонки для Элинор два года назад за то, что я совершила… недопустимый проступок. Забота о кузине требовала тесного общения с местными жителями, и я попросила, чтобы меня называли просто Мег. В то время это оказалось полезным, а потому, пока я остаюсь в Хоксли, прошу и дальше называть меня этим именем.

Наступила неловкая тишина. Мег окатило жаром, она испугалась, что станет совсем бордовой, но ее выручила Фиона. Она шагнула к Мег, взяла ее за руку и заявила:

– Я отлично знаю, что прошлое, а особенно суждение общества об этом прошлом, – тяжелый груз. Поверьте, мы с Брэданом не будем надоедать вам расспросами. Я с удовольствием стану называть вас просто Мег.

– Я тоже, – добавил Брэдан.

– Благодарю, – смущенно пробормотала Мег, пораженная их великодушием, на которое большинство людей просто неспособны.

Мег повезло, что в лице Брэдана и его жены она столкнулась с подобной терпимостью.