Настоящий джентльмен - Дэнис Аллен

Джулиан нахмурился.

* * *

В следующем антракте в ложу Джулиана снова хлынули визитеры. Среди мужчин, пришедших ее навестить, Сэм, к своему удивлению, заметила леди среднего возраста, довольно миниатюрную. Одета она была в платье фисташкового цвета с длинными рукавами, застегнутое под подбородок, отделанное многочисленными рюшами, оборками, бантами и шелковыми розетками. Женщина тяжело опиралась на руку Ниниана Уэнтуорта. Судя по болезненному выражению его лица, это была его деспотичная матушка. Джулиан встал и поприветствовал гостью.

– Лорд Серлинг, – начала она, глядя на него снизу вверх с нескрываемым раздражением. Ее бледно-голубые глаза казались огромными на изможденном лице. – Могу представить, как вы удивлены и обрадованы моему появлению. В самом деле, последнее время из-за слабого здоровья я практически никуда не выхожу. Наша ложа находится двумя ярусами выше, на противоположной стороне. И поверьте, столь длинный путь, который я проделала, чтобы повидать вас, до смерти утомил меня.

– Благодарю за оказанную нам честь, леди Уэнтуорт, – вежливо ответил Джулиан. – Умоляю вас, присядьте.

Продолжая кокетливо ворковать с окружавшими ее мужчинами, Сэм в то же время прислушивалась к разговору пожилой дамы и маркиза. Леди Уэнтуорт, безусловно, была женщиной поразительной во всех отношениях. Красота ее, правда, поблекла, ее светлые волосы утратили блеск и приобрели цвет тусклой соломы. Желтоватое лицо было изборождено морщинами. Между бровей пролегла глубокая складка, две такие же в уголках рта. Сэм подумала, что несчастная ест меньше колибри – такой она была тощей – и страдает не только от недоедания, но и от постоянного недовольства жизнью.

– Я не люблю театр, лорд Серлинг, а вы? – Не дав Джулиану ответить, она продолжила: – Конечно, нет! Кому он может нравиться? Что в нем хорошего? Один шум, да и только. А эта женщина? Потаскуха какая-то. И платье у нее вульгарное. Невероятно вульгарное!

– Мама, – подал голос Ниниан, его лицо пылало, – на актрисе – театральный костюм. Никто не догадался бы, что она Клеопатра, будь она застегнута на все пуговицы, подобно квакеру.

– Я пришла познакомиться с вашей подопечной, лорд Серлинг, – торжественно объявила леди Уэнтуорт, пропустив мимо ушей замечание сына. – Но поскольку у меня нет сил, чтобы пробиться сквозь толпу ее поклонников, не окажете ли вы любезность и не пригласите ли ее сюда?

– Конечно, мадам, – ответил Джулиан, и губы его тронула довольная улыбка, которую, кроме Сэм, никто не заметил. – Она немедленно будет здесь.

Когда Джулиан приблизился к девушке, толпа мужчин расступилась перед ним, как Красное море перед Моисеем. Саманта его уже ждала. Глаза маркиза светились плохо скрываемой радостью. Он словно хотел сказать: «Как я счастлив, что появилось препятствие, мешающее тебе остановить выбор на Ниниане Уэнтуорте». Глаза Сэм в ответ вызывающе вспыхнули. Она твердо решила произвести на суровую леди благоприятное впечатление.

Под пристальными взглядами присутствующих Джулиан взял Сэм за руку и подвел к креслу, на котором, словно королева на троне, горделиво восседала леди Уэнтуорт. У Сэм даже возникло желание присесть в глубоком реверансе, словно ее в самом деле представляли ко двору. Ниниан с виноватым и взволнованным видом стоял за спиной девушки, такой же бледный, как и его худосочная матушка.

– Леди Уэнтуорт, позвольте представить вам мою воспитанницу, мисс Саманту Дарлингтон, – произнес Джулиан, отступив на шаг.

– Как поживаете, мадам? – произнесла Сэм, скромно присев в поклоне.

– Мне нездоровится, молодая леди, – ответила дама раздраженно, обмахиваясь платочком, распространявшим удушающий запах лавандовой воды, способный свалить даже лошадь. – В здании холодно, а воздух спертый… нечем дышать!

– С вами трудно не согласиться, – смиренно произнесла Сэм. – Здесь лучше вообще не дышать. Но, как вам известно, это невозможно. Стоит мне на минуту задержать дыхание, и я упаду в обморок!

– В самом деле? – Леди Уэнтуорт удивленно подняла брови. На лице ее отразилось одобрение. – У вас, должно быть, такая же деликатная конституция, как и у меня. – Женщина опустила взгляд на глубокий вырез Сэм и продолжила: – С вашим хрупким здоровьем вы, вероятно, склонны к воспалению легких. На вашем месте, мисс, я не носила бы платье со столь низким декольте. Вы рискуете смертельно простудиться.

Сэм поднесла руки к горлу, изобразив испуг, после чего на лице ее отразилась благодарность, словно она всей душой была признательна старой даме за роковое предупреждение и совет.

– Леди Уэнтуорт, не знаю, как и благодарить вас за добрый совет и за то, что указали мне на мою оплошность. Это просто дань моде. Но вы совершенно правы, в холод нужно одеваться потеплее. У меня довольно часто болит горло.

Леди Уэнтуорт удовлетворенно хмыкнула, и из ее тщедушной груди вырвался протяжный вздох.

– Пожалуйста, мисс. Если хотите выслушать еще советы, Ниниан мог бы привезти вас как-нибудь к нам на чашку чаю. Я поделюсь с вами рецептами лекарственных припарок для горла.

– Буду вам весьма признательна, мадам, – солгала Сэм так мило и правдоподобно, что вызвала у старой меланхолички милостивую улыбку.

– Тогда жду вас в четверг в четыре, – сказала леди Уэнтуорт, решительно тряхнув головой.

Приглашение застало Сэм врасплох, но она все же ответила:

– Будет весьма… э-э… мило, леди Уэнтуорт.

Дама снова кивнула, как бы признавая, что надежды Сэм получить от будущего визита удовольствие непременно оправдаются.

– Теперь, когда я с вами познакомилась и пришла к выводу, что Ниниан ухаживает за вполне достойной особой…

– Мама! – побагровев, воскликнул молодой человек.

– Дело в том, дорогая, что я не знакома с вашими родными, – вздохнула леди Уэнтуорт. – Я слышала что-то о священнике из Камбрии и знаю только, что до того переезда к своей кузине Аманде Дарлингтон вы воспитывались на удаленном острове. Надеюсь, вам понятно мое стремление познакомиться с молодой леди, в которую влюблен мой сын.

– Мама! – повторил Ниниан.

– Конечно, мадам, – пролепетала Сэм, стараясь сохранить серьезное выражение лица.

– Но теперь, когда мы познакомились, я вижу по вашим отличным манерам и нежной конституции, что вас воспитывали в лучшем из домов.

– У Сэм – самое лучшее образование, которое только может получить девушка, – заверил Джулиан пожилую даму. Он вышел вперед и улыбнулся воспитаннице. – Но, мадам, – продолжил он, – мне кажется, вы сидите на сквозняке! Не будете ли вы любезны пересесть к Бэтсфордам или вернуться в свою удобную ложу?

Было ясно, что маркиз пытается выпроводить леди Уэнтуорт, видимо, опасаясь, как бы Сэм не расхохоталась или не ляпнула что-нибудь, что могло шокировать старую заносчивую каргу. Дама не заставила себя долго уговаривать.

– Как, здесь дует? – воскликнула она встревоженно и поплотнее укуталась в шаль. – Я не останусь и не вернусь в свою ложу. Не хочу больше смотреть этот нелепый спектакль. Эта женщина!.. Как она вульгарна! Ниниан, дай мне руку. Давай уйдем, пока не возобновился этот кошачий концерт. Пошли кого-нибудь, чтобы подали карету. Пусть ждет у ступенек. Я не намерена мерзнуть на ветру, чего доброго, схватишь воспаление легких и умрешь. Ночной воздух так для меня опасен! До свидания, лорд Серлинг. До свидания, мисс Дарлингтон. Мила, очень мила.