Твои зеленые глаза - Джейн Харри

— Твоя забота о моем здоровье… — начала она хрипло.

— На самом деле я больше обеспокоен своим состоянием, — ответил Филипп, неожиданно широко улыбаясь. — Это очень провокационное зрелище.

— Я просто забыла, как одета, — принялась оправдываться она.

— Увидев меня, напрочь забыла обо всем остальном?

Не вступай с ним в словесную пикировку, предупредила себя Софи. Наверняка проиграешь. Слишком зыбкой была почва под ее ногами.

— Повторяю, Филипп, если тебе есть что сказать — говори.

— Я так понял, по словам твоей сестры, что работы ты пока не нашла?

Розалин обсуждала с ним ее проблемы?! О чем только сестра думала? Вероятно, не думала совсем! Ну и как много она успела ему рассказать?

— Ну почему же… у меня есть несколько вариантов. — Пора впадать в панику или подождать?

Филипп с раздражением окинул тоненькую фигурку, стоящую перед ним. По-прежнему судорожно сжимая рукой ворот халата, Софи старалась унять дрожь, но явно не собиралась одеваться, просто потому, что он это предложил.

— Предпочел бы разговаривать с тобой там, где у меня больше возможностей уберечь голову, — сказал он, в очередной раз уворачиваясь от низко висящего светильника, и направился обратно в гостиную.

Софи бросилась в спальню и натянула на себя первые попавшиеся джинсы и водолазку, которая, как назло, вызывающе обтягивала ее высокую грудь. Когда она вошла в гостиную, Филипп стоял у окна и смотрел на улицу, но обернулся, услышав шаги. Его взгляд оценивающе скользнул по плавным изгибам ее фигуры.

— Мне кажется, ты забыла надеть лифчик. Можно было и не спешить, я не тороплюсь… Или это сделано сознательно? — ухмыльнулся Филипп.

Это было вопросом гордости — не отреагировать на его колкость. Это было вопросом самосохранения — не посмотреть в его темные блестящие глаза.

— Как говорят: гордитесь тем, что имеете.

Вспышка восхищения во взгляде Филиппа в ответ на ее слова принесла Софи некоторое удовлетворение.

— Ты имеешь в виду секс? — Похоже, он не собирался сдаваться.

— Это ты думаешь только о сексе! — сердито бросила Софи.

Улыбка Филиппа погасла.

— Но ведь между нами был только секс.

Несмотря на то что это были практически ее слова, они задели Софи, когда прозвучали из уст этого человека. Но с другой стороны, они… и возбудили ее.

Ради справедливости следовало заметить, что она никогда и не рассчитывала, что Филипп Маршан действительно испытывает по отношению к ней какие-то чувства, что он готов заботиться о ней… Она была всего лишь женщиной, которой он хотел добиться, — что и сделал…

— Или ты спешила вернуться в гостиную, потому что боялась оставить меня надолго наедине с фамильным серебром? — услышала она голос Филиппа.

Можно подумать, оно было у Розалин!

Единственной ценной вещью, которая находилась в квартире, была потрясающей красоты фарфоровая чашка, унаследованная от бабушки и стоящая обычно на каминной полке. Сестра тряслась над ней, и мало кому посчастливилось пить из этого раритета. И вот теперь эта чашка стояла перед Филиппом на кофейном столике.

А ей-то казалось невозможным, чтобы Розалин вообще пригласила Филиппа войти. Но мало того, что его впустили, к нему отнеслись как к особо важной персоне! Он умеет произвести впечатление, горько подумала Софи. Не хватает еще приревновать его к собственной любимой сестре!

— Не возражаешь? — спросил Филипп, подходя к камину и собираясь его зажечь.

— А это имеет значение, возражаю я или нет?

— Я только что вернулся из Испании, и теперь мне все время кажется, что здесь холодно.

— Подновлял загар? — Эта колкость напомнила ей, что, к сожалению, все тело Филиппа было золотистого оттенка. С помощью солнца такого эффекта не достичь.

— Дела, — коротко ответил он. — Неожиданная возможность…

— Можешь дальше не продолжать, — остановила его она. — Для меня уже не секрет, что ты не в состоянии устоять, когда тебе предоставляется возможность.

— Похоже, ты не можешь не ехидничать?

— Я тебя сюда не приглашала, — напомнила Софи. — Почему ты здесь? Ты получил, что хотел: Люк в безопасности…

— Я не имею никакого отношения к тому, что между ними произошло.

— От Розалин я этого не услышала, — возразила она с негодованием.

— Возможно, — ответил Филипп. — Но она ушла задолго до того, как я добрался до отеля.

Он обнаружил там племянника полностью в расстроенных чувствах. Тот одновременно хвалил себя за то, что поступил правильно, и пребывал в отчаянии оттого, что лишился единственного шанса обрести настоящее счастье. Филипп, который никогда не видел Люка в таком состоянии, просто сидел рядом и слушал его бессвязную речь… А что еще он мог сделать? К утру молодой человек был по-прежнему удручен, но более спокоен.

— Что мне делать? — спросил он Филиппа.

Ну почему Люк задает этот вопрос теперь, когда у него совсем не такой ответ, какой был бы несколько часов назад?

— Я не могу сказать тебе этого, Люк. Что делать, должен решить ты сам.

Неужели племянник действительно слишком полагается на его мнение? Неужели он, Филипп Маршан, непогрешим?

Действительно, никогда раньше Филипп не сомневался в своей правоте. И ни от кого не слышал критики в свой адрес… За исключением этой зеленоглазой колдуньи. Но если она так хорошо разбирается в людях, то что же не разглядела нутра Карла Коллахена!

— Но как ты думаешь, я правильно поступил? — упорствовал Люк. — Вот ты, например, ты ведь никогда не сделал бы предложения женщине, которую знаешь всего лишь несколько недель! — Он даже рассмеялся над абсурдностью подобной идеи, не обратив внимания, насколько дядя был поражен его словами. — Нельзя строить будущее, основываясь лишь на физическом влечении.

— Послушай, Люк, может, ты дашь себе какое-то время на размышления?

— Здесь не о чем думать…

Софи помнила их предыдущую беседу.

— Но если бы Розалин оказалась там, ты бы сделал все, что в твоих силах, чтобы развести их, разве нет?

— Ты так думаешь? — Филипп, казалось, был искренне огорчен ее предположением.

— Я это знаю! — сердито выпалила она.

— Твоя сестра, похоже, воспринимает ситуацию более философски, чем ты.

Философски! Нет, его самоуверенность переходит все границы!

— То-то она плачет все ночи напролет!

Зря она это сказала. Но, по крайней мере, получила удовольствие, увидев, как помрачнел Филипп. Такого он явно не ожидал.

— Ты уверена? — Розалин, с которой он разговаривал час назад, поразила его своим трезвым подходом к расставанию с Люком.