Привкус счастья - Ребекка Уинтерз

– И я тоже. – Она улыбнулась. – Твой врач говорит, что это большая честь – заботиться о тебе. И я согласна с ним. Может, мне надо сообщить кому-нибудь о том, что произошло?

– Для меня важна только ты. Если ты ухаживаешь за мной, больше никто не нужен.

– Ты под действием лекарств.

– Андреа… – Он потянул ее за руку. – Ты ведь не уедешь в Бразилию со своим отцом, правда?

У нее перехватило дыхание.

– Давай не будем сейчас об этом говорить. Тебе надо отдохнуть и прийти в себя.

– Ты не можешь уехать. Мы только начали узнавать друг друга.

Если бы он только знал, какую боль она испытывала при одной мысли об отъезде.

– Сейчас тебе надо сосредоточиться на выздоровлении.

– Не меняй тему. – Ставрос с неожиданной силой сжал ее руку. Он сказал бы что-нибудь еще, но в этот момент в палату вошли врач и медсестра.

– Давайте взглянем на рану. – Он посмотрел на Андреа. – Нам надо перевернуть его. Вы не могли бы подождать снаружи?

– Я хочу, чтобы потом она сразу же вернулась, – заявил Ставрос, и Андреа не сомневалась, что именно таким тоном он говорил на заседании совета директоров.

Доктор Гулас улыбнулся ей.

– Вы тоже этого хотите?

– Да, прошу вас.

– Тогда подождите за занавеской. Я скажу, когда можно будет войти.

Ставрос еще раз сильно сжал ее руку, прежде чем отпустить. Андреа нравилась эта сила. Между ними возникла связь, которая крепла с каждой минутой.

От ее предложения позвонить кому-либо из его близких и сообщить, что он в больнице, Ставрос отказался. История его отношений с отцом не давала Андреа покоя. Когда она думала о собственных отношениях с отцом, ее сердце болело за Ставроса, который не знал отцовской любви.

Прошло десять минут, и ее позвали в палату.

– Иди сюда, Андреа. – Ставрос потянулся к ней.

– Хорошая новость, – сообщил доктор. – Я почистил рану и наложил швы. Все должно прекрасно зажить.

– Когда меня выпустят отсюда? – поинтересовался Ставрос.

– Подождем, когда закончится капельница. Затем я измерю давление. Если все будет в норме, вы сможете поехать домой сегодня вечером, но лежать в постели до понедельника. Я дам вам антибиотики и хочу снова увидеть вас в пятницу, чтобы осмотреть рану.

Андреа поняла, что врач вот-вот уйдет, и высвободила руку из хватки Ставроса.

– И куда ты собралась? – заволновался он.

Как же она любила его!

– Я сейчас вернусь. – Она поспешила следом за врачом. – Доктор Гулас? Я не знаю, как вас благодарить.

Он кивнул.

– Господин Константинос очень важный человек, но такие люди, как он, самые сложные пациенты. Проследите, чтобы он лежал в постели и выполнял все мои предписания. И если вам удастся не пустить его на работу в понедельник, это будет очень кстати. Между нами говоря, все не так просто, как кажется. Необходим тщательный уход, чтобы рана не воспалилась.

– Я понимаю. Несколько лет назад моего отца тоже ужалил скат, и мне с ним пришлось нелегко.

– Полагаю, он тоже очень важный человек.

– Очень, особенно для меня.

Доктор похлопал ее по руке.

– Чем больше наш пациент будет спать, тем лучше. Я зайду попозже.

Когда Андреа заглянула за занавеску, глаза Ставроса были закрыты. Прислушавшись к совету врача, она отправилась в другой конец больницы и купила кофе. Сегодняшние события сильно ее вымотали. Немного кофеина придаст ей сил и позволит справиться с тем, что ей еще предстоит.

Воспользовавшись передышкой, она позвонила своему боссу. Включился автоответчик. Андреа рассказала о том, что произошло со Ставросом, и объяснила, что должна позаботиться о нем.

Затем она позвонила своему арендодателю и сообщила, что уезжает с отцом в Бразилию и потому освободит квартиру через десять дней. Но непременно выплатит всю необходимую сумму.

Вспомнив об отце, она отправила ему фотографии нового завода Ставроса. Сделала пояснения, чтобы он понял, о чем идет речь, но решила не посылать фотографии самого Ставроса. Она рассказала о пропавшем подростке и о прекрасной возможности увидеть завод перед возвращением в Салоники.

На обратном пути в палату Ставроса Андреа заглянула в комнату отдыха и ужаснулась своему отражению в зеркале. Ей срочно необходим душ, чтобы смыть песок с волос. Но она приведет себя в порядок немного позже, когда отвезет его домой.

Андреа кое-как привела себя в порядок и, вернувшись к Ставросу, с радостью отметила, что капельницу унесли. К ее удивлению, он не спал. Вероятно, кто-то из персонала помог ему надеть джинсы и рубашку. Он впился в нее проницательными серыми глазами.

– А я все ждал, когда ты вернешься. Я могу ехать домой. Они привезли кресло-каталку.

– В таком случае, я пойду и разверну джип.

– Если хочешь знать правду, я рад, что так случилось.

Андреа с трудом перевела дух.

– И как ты можешь такое говорить после того, как оказался на грани жизни и смерти?

– Потому что до того, как на меня напал этот скат, я знал, что ты попросишь меня вызвать вертолет и сегодня же вечером вернешься в Салоники.

Андреа отвела взгляд. Он видел ее насквозь.

– Увидимся у входа.

Ее сердце разрывалось между двумя самыми чудесными мужчинами в ее жизни. Она любила обоих, но отцу была обязана всем на свете. Ее желание быть вместе со Ставросом, пока он хочет быть рядом с ней, выглядело эгоистичным. Отец всю жизнь трудился, чтобы обеспечить ей достойную жизнь. Как же она могла распрощаться с ним и остаться в Греции, не думая, как он будет жить без нее. Ведь у него никого нет, кроме нее.

Андреа вышла из больницы и приблизилась к джипу, не замечая ничего вокруг из-за охватившей ее невыносимой грусти. Эта боль не была похожа на боль после смерти Ферранта. Тогда это был конец. И она справилась с тоской, понимая, что ничего изменить нельзя.

Но Ставрос был жив, несмотря на укус ската.

И не важно, сколько тысяч километров будут их разделять, она все равно будет знать, что он существует, а она добровольно отказалась от него. Не потому, что хотела. А потому что так было надо.

Спустя несколько минут она увидела санитара, вывозящего Ставроса в кресле-каталке. Сейчас он выглядел гораздо лучше, чем тогда, когда лежал, скорчившись от боли, на дне лодки, и ее сердце забилось от радости. Ни за что не подумаешь, что под джинсами скрывалась серьезная рана.

Санитар помог ему усесться в джип, а затем подошел к ней, вручил пластиковый пакет и шепотом предупредил: «У него немного кружится голова». Андреа кивнула. В пакете были бинты и лекарства. Она поблагодарила санитара и убрала пакет на заднее сиденье.