Привкус счастья - Ребекка Уинтерз

– Какого черта здесь происходит?

Услышав голос брата, Ставрос оторвал голову от подушки. Что-то произошло, если его сорокалетний брат прилетел сюда из Салоников в такой ранний час.

– Леон? Что ты здесь делаешь?

– Ты весь день не отвечал на звонки, – набросился на него брат. – Я забеспокоился и прилетел сюда, потому что обычно ты так себя не ведешь.

– Ты пока отдышись, а я все объясню. Садись, брат. Как твои домашние?

– Они в порядке. – Леон взял стул и придвинул его к кровати. Они оба были темноволосыми, но его женатый брат немного выше и весил на десять килограммов больше. Леон улыбнулся. – Кто эта красивая голубоглазая женщина в халате в розовую полоску и с полотенцем на голове, которая открыла мне дверь?

Так, так. Ставрос непременно должен увидеть ее такой.

– А она тебе не представилась?

– Нет. Она сказала, что это не важно, и сообщила, что идет спать и чтобы я захлопнул за собой дверь.

Ставрос расхохотался.

– Что здесь смешного? Почему ты в постели?

Он был рад приезду Леона. Лекарство перестало действовать, он проснулся и сходил с ума без Андреа.

– Возьми себе пива в холодильнике, а потом поговорим.

– А ты не хочешь?

– Мне нельзя.

– Я не понимаю тебя.

– Врач запретил мне пока пить алкоголь.

Леон нахмурился и наклонился к брату.

– Я так и думал, что с тобой что-то случилось.

– Ты не поверишь, но сегодня меня ужалил электрический скат. Боль была невыносимая. А та самая девушка, отказавшаяся назвать свое имя, спасла мне жизнь.

– Это медсестра из больницы? Она приехала вместе с тобой?

– Это долгая история.

– У меня полно времени.

Наконец Ставрос начал свой рассказ. Но стоило ему упомянуть о «Пан-Хелленик турз», как Леон присвистнул.

– Постой, эта Андреа и есть та самая светловолосая американка, о которой говорили мама и Тина Нассо? Она безупречно говорит по-гречески. Я бы никогда не подумал.

– Кроме греческого, она знает и другие языки. Это сочетание ума и красоты.

– Да, госпожа Линфорд – выдающаяся женщина, согласен. И это еще одна из причин, по которой я прилетел к тебе сегодня.

– Я так и подумал, что у тебя наверняка плохие новости.

– Боюсь, все серьезно. Отец в ярости.

– Ну, этим ты меня не удивил. Он знал, что я создаю свою компанию. И увольнение было вполне предсказуемо. Моя компания уже целую неделю в деле.

– Я знаю, но проблема не только в этом, Став. Он ждет, что ты достойно поведешь себя с Тиной, ведь она беременна.

– Если бы я любил Тину, то давно уже на ней женился. Она лжет, Леон. Я никогда с ней не спал, так что ребенок, пусть даже Тина и впрямь беременна, не мой.

– Мы оба это знаем, но отец и слушать ничего не желает. Я приехал предупредить тебя. Я подслушал их разговор с мамой. Он говорил, что если ты не женишься на Тине, он запретит продавать тебе мраморные отходы из наших каменоломен.

– Что? – Его сердце пронзила острая боль. Неужели отец способен на такое? – Ты серьезно?

– Боюсь, что да. Он постарается закрыть твое производство, если ты не уступишь.

– Леон, как человек может так поступать с родным сыном?

– Мне жаль, Став.

Слезы предательски навернулись Ставросу на глаза.

– Отец и в самом деле ненавидит меня, если собирается предать. Такого удара я от него не ожидал. – Он вспомнил о своем недавнем разговоре с Андреа об отце. Если отец готов зайти так далеко, это может затронуть и отношения Ставроса с Андреа. Ставрос не хотел впутывать ее в свои проблемы, но был готов пойти на любые жертвы, чтобы удержать в своей жизни.

Леон положил руку ему на плечо.

– Дело не в том, что он тебя ненавидит, Став. Если хочешь знать мое мнение, это отец Тины надавил на него. Возможно, он даже пригрозил, что компания Нассо перестанет с нами сотрудничать.

– Итак, от меня ждут женитьбы на Тине?

– Это единственный выход.

Он посмотрел прямо в глаза Леону.

– И ты тоже просишь меня это сделать?

– Черт, нет. Я не смог бы жениться на нелюбимой женщине. Ни за что не женился бы! Мне кажется, что это настоящая диверсия со стороны Нассо, и они просто не оставляют отцу выбора. Ты должен выяснить, беременна ли Тина.

– Она наверняка беременна, Леон, но если сделать анализ ДНК сейчас, это может навредить ребенку. Мне придется дождаться его рождения, чтобы доказать, что я не отец.

Его брат нахмурился.

– Потребуется шесть месяцев, а то и больше. Ты сможешь удерживать на плаву свой новый бизнес все это время?

Ставрос кивнул.

– Есть и другие каменоломни, и я должен договориться с ними, чтобы обеспечить себе поддержку, когда возникнет такая необходимость. У нас полно заказов.

– Тогда за дело! Я помогу тебе всем, чем смогу.

– Ты уже помог тем, что поддержал. Я очень тебе благодарен. Но понимаю, что у тебя связаны руки. Скажу тебе вот что, Леон. Отец Тины может строить козни до судного дня, но ни он, ни наш отец не лишат меня моего бизнеса, – холодно произнес Ставрос.

– Есть еще кое-что.

Он уставился на брата.

– Куда же больше?

– Мама считает, что ты влюблен в…

– Андреа? – Ставрос подсказал брату имя. – И она абсолютно права.

Леон изумленно вытаращил глаза.

– Ты хочешь сказать…

– Да.

– Но…

– Здесь нет никаких но. Только если.

– О чем это ты?

– Если Андреа не любит меня, мне придется жить дальше без нее. Но я не знаю, как тогда смогу жить.

Леон был потрясен.

– Я думал, она спасла тебе жизнь.

– Это так. Но есть человек, который для нее важнее.

– Важнее, чем ты?