Звезды над морем - Розалинд Бретт

— Садись, Билл. Мне надо поговорить с тобой. Понимаешь, Билл, я собираюсь попросить у Пола разрешения остаться у них в доме подольше.

— Ох, — разочарованно вздохнул он. — Значит, ты хочешь поговорить не о нас?

— Да, но… Ты и я… Мы с тобой знаем, что было неправильного в нашем браке, а вот Лорна еще не понимает, что не так в ее отношениях с Полом…

— О, перестань! У них все хорошо. Пол так заботится о ней, так ее защищает…

— Нет, он холодный. Он не любит ее, Билл. Я знаю, что это звучит немного фальшиво из моих уст, но зачем он женился на ней без любви? Это жестоко.

Билл внимательно посмотрел на жену:

— Элис, это ты? С каких это пор тебя так волнует чужое несчастье? Я тебя не понимаю.

Она махнула рукой:

— Мы тут с Лорной вели очень тихую жизнь, и я многое передумала за это время — не только о себе. Я полагаю, что Лорну надо спасти от Пола.

— Боже мой! — мягко отреагировал Билл. — Что случилось с тех пор, как он приехал?

— Понимаешь, сегодня утром Пол вернулся из Мэйн-Айленда таким замкнутым и резким, что Лорна не могла его вынести. Билл, ты знал ее до замужества. Она изменилась?

— Вообще-то, да, — подумав, признал он.

— Каким образом?

— Ну, не знаю. Тогда она была веселой, много смеялась. Мне казалось, Пол немного ухаживал за ней. Однажды я слышал, как он ей сказал, что у нее мечтательные глаза и она должна сохранить их такими на всю жизнь.

Элис вздохнула:

— Типичное для Пола поведение, когда женщина не имеет для него никакого значения. А теперь, когда он понял, что сильно привязал к себе Лорну, ему стало на нее наплевать.

— Уверен, ты не права! Я не думаю, что у них была большая страсть — Лорна молода для этого, — но он, бесспорно, ею увлекся. И у них все будет хорошо, вот увидишь.

Элис покачала головой:

— Сегодня утром, оставшись с ним наедине, я спросила в шутку, сделали ли губернатор и его жена им свадебный подарок? Он сказал, что сделали — подарили старинный чайный сервиз из серебра, но он оставил его в резиденции. Как ты думаешь почему?

— Наверное, это разумно…

— Для женщины — нет.

— Ты считаешь, он не хочет связать себя с Лорной еще сильнее?

— Уверена в этом. Он женился на ней из сострадания, но не на всю жизнь.

— Не могу поверить в это, Пол Вестбрук не такой человек.

Элис осторожно призналась:

— Много лет назад я была немного увлечена Полом, а когда мы встретились с ним на Мэйн-Айленде, я подумала, что он стал еще интереснее, и если бы он не был таким жестоким…

— Ты… имеешь отношение ко всему этому? — прямо спросил Билл.

— Ты хочешь спросить, влюблена ли я в него? Нет, хотя он меня все еще немного привлекает. А вот его женитьба наводит меня на серьезные размышления. — Она помолчала. — Кстати, Пол сказал, что хочет дать тебе новую должность. Ты согласился бы… уехать на тот, дальний остров?

Билл почесал подбородок и ровным голосом ответил:

— Я должен подумать, но мне кажется, нет.

— Почему?

Он поколебался.

— Я не смогу отрезать себя от… от всего. Видишь ли, Элис, я никогда не терял надежды насчет нас с тобой. Может быть, ты этого не осознала, но для меня было напряжением жить тут, с тобой рядом… Мне продолжать?

— Да, — попросила она.

— Ну. — Билл положил руку на затылок. — Я думаю, что если мы сможем попробовать снова, то лучше это сделать где-нибудь еще, где нас не знают… Новые места, другой климат…

Она улыбнулась:

— Я тебя понимаю, Билл. Но чем тебя не устраивает климат на Мэйн-Айленде?

Билл слушал Элис, смотрел на нее, готов был заключить ее в объятия, но старался взять себя в руки.

— Элис, мы не должны рисковать этим снова. Я думал, что ты опять влюбилась в Пола, и пытался понять, хочешь ли ты украсть его у Лорны. Мы стали такими чужими… — И вдруг неожиданно для себя спросил: — Ты приедешь жить в мое бунгало?

— Я не… — Она замолчала, потом улыбнулась. — Билл, ведь у тебя теперь даже есть дом, где это событие можно отпраздновать.

Билл был так взволнован, что вспотел. Он подсел к Элис поближе, поцеловал ее запястье, дал ей сигарету.

— Знаешь, если я вдруг опять начну скандалить, — проговорила Элис, — просто поцелуй меня. Пусть это будет нашей уловкой. — Она обняла его за шею, крепко поцеловала в губы и продолжила: — Наверное, мы должны были расстаться, чтобы я смогла убедиться, как сильно тебя люблю. Ты доволен?

— Да. Но буду по-настоящему счастлив только тогда, когда окажешься под моей крышей.

— Я обещаю тебе, Билл, что это случится очень скоро. Но пока я хочу остаться здесь еще на некоторое время, чтобы помочь Лорне…

И в этот момент Лорна вошла в гостиную, увидев их в объятиях друг друга.

— Все в порядке. Это твой дом, — вскочив, жизнерадостно произнес Билл. — Я должен возвращаться к работе. Может быть, загляну попозже.

Лорна молча проводила его взглядом, затем повернулась к Элис. Но, занятая своим горем, она не могла сейчас думать о ней с Биллом, на это у нее просто не было сил.

Однако жизнь в доме с этого дня стала меняться.

Билл приходил теперь к ним каждое утро, хотя и ненадолго. Пол целыми днями отсутствовал, занимаясь выслеживанием преступников, ворующих каучук, и нередко возвращался злым, как дьявол. Лорна, наблюдая за ним, считала, что это, скорее всего, из-за того, что у них на глазах его женщина мало-помалу вновь сближалась со своим мужем.

Из резиденции Полу приходили письма, и одно из них было для Лорны от леди Эмми. Она приглашала ее погостить в резиденции, сообщала, что месье Човет, устроив обед для друзей, отбыл на родину, но не забыл о своем обещании побывать на Панае, чтобы ознакомиться с производством каучука. Леди Эмми считала, что Лорне это будет интересно, так как молодая женщина всегда чувствует себя увереннее, когда у нее есть под рукой ухажер.

Затем неожиданно Элис публично объявила о своем решении вернуться к Биллу. И было это так.

— Как насчет новых плантаций, Пол? — спросила она. — Ты действительно хочешь назначить туда руководителем Билла?

Пол оторвался от своей тарелки с салатом.

— Именно так. Я уже говорил ему об этом.

— И он согласился?

— Как будто ты не знаешь, что он ответил, — усмехнулся Пол. — Он туда не поедет, пока ты не присоединишься к нему. Но мне нужен кто-то, кто быстро примет решение.

— Я слишком долго живу в вашем доме.

— Ровно три недели, имея эмоциональную поддержку в двух милях отсюда. Думаю, Билл тебе уже надоел.