Простые радости - Ширли Кэррол

Норт перестал ходить, посмотрел в потолок, потом на мужчину в кресле.

— Ну, тогда мы должны найти его сейчас. Пока есть шанс, что она не успела поговорить с Бреннаном или кем-нибудь еще по поводу имен.

— Да, может быть, но этот проклятый фотограф отвез ее домой и, думаю, остался с ней на ночь.

— Ладно, возвращайся туда и следи за ее домом. Как только он уедет, сам знаешь, что надо делать.

— Ага, хорошо.

— И больше никаких ошибок.

— Не волнуйся. На этот раз я позабочусь о ней раз и навсегда.

Первое, что Сьюзен почувствовала, открыв глаза на следующее утро, была боль. Голова буквально раскалывалась от пульсирующей боли, накатывающей волнами.

Она попыталась сесть, но голова решительно взбунтовалась, и Сьюзен покорно опустилась обратно. Она глубоко вдохнула, закрыла глаза и тихо полежала минуту. Потом, не двигаясь, снова открыла глаза и попыталась сфокусировать взгляд.

Сьюзен заметила, что на ней все еще надета комбинация, и вдруг на нее буквально нахлынули воспоминания прошедшего дня — пожар, «скорая помощь», больница, Эл. А где же Эл? Сьюзен медленно повернула голову и посмотрела на плетеное кресло в ногах кровати. Там лежало скомканное одеяло, но больше никаких следов Эл. Но из кухни донесся звук открывающихся и закрывающихся стенных шкафов, дребезжание сковородки, потом насвистывание.

— Стивен? — прокаркала-прокукарекала она. — Стивен? — Она попыталась немного повысить голос, но тут снова накатила боль и помешала ей.

— Сьюзен? — расслышала она ответ, раздавшийся вместе с грохотом сковородки. — Ты проснулась? — Голос приблизился, и через несколько секунд в спальню вошел Эл, с беспокойством глядя на нее.

— Доброе утро, — слабо проговорила она, пытаясь улыбнуться.

— Доброе утро, — ответил он, подходя к кровати. — Как ты себя чувствуешь?

— Думаю, неплохо.

«На самом-то деле я чувствую себя чертовски ужасно, — подумала про себя Сьюзен. — И готова поспорить, и выгляжу как пугало огородное. Мне надо бы поскорее вылезти из кровати и хоть расчесаться». Она подняла руку и ощупала повязку на голове.

«Почему это Эл так на меня смотрит? — думала она. — Весь такой внимательный и заботливый, будто и не замечает, что я похожа на какую-то дрянь, которую кошка в дом притащила?»

Но с точки зрения Эл, Сьюзен выглядела не так уж и плохо. На самом-то деле он считал, что она чертовски красива. Волосы растрепались во сне, глаза все еще не утратили томной неги. А кожа, кожа на плечах казалась такой нежной и манящей. Ему хотелось дотронуться до нее, обнять, рассказать, как он перепугался прошлой ночью и как рад, что она проснулась. Воспоминание о том, как она лежала на земле, совершенно беспомощная, на грани смерти, снова мелькнуло перед его внутренним взором, и сердце заныло.

Но сегодня утром он просто обязан обращаться с ней очень бережно и быть терпеливым. Ей необходим полный покой. Головная боль должна быть просто ужасной. Он подавил желание, приказал себе не поддаваться инстинктам.

— Тебе надо сегодня полежать и отдохнуть, ни о чем не волноваться. Как твоя голова?

— Так, будто на ней проходила практику бригада дровосеков, — простонала Сьюзен.

— Ну, это естественно, у тебя здоровенная шишка. — Эл присел на край матраса и нежно убрал со лба выбившуюся прядь. — Мне ужасно не хочется спрашивать тебя сейчас, но не можешь ли ты вспомнить, что с тобой случилось?

Сьюзен закрыла глаза, потом снова медленно открыла их.

— Да, думаю, могу.

— Отлично. Тогда мы скоро поговорим об этом. А сейчас я собираюсь отвести тебя в ванную, а потом помогу вернуться обратно. Я бы не хотел, чтобы ты сегодня много поднималась и ходила. Доктор предупредил, что у тебя обязательно будут частые приступы головокружения.

Эл взял ее за локоть и помог встать с кровати.

— Послушай, это просто глупо, — завила Сьюзен. — Я уверена, что в состоянии справиться сама. — Но когда встала, все предметы в комнате поплыли у нее перед глазами, а в голове начался новый раунд тренировки дровосеков. Она слегка качнулась и оперлась на грудь Эл. Пуговицы его рубашки скользнули по ее подбородку, она ухватилась рукой за его пояс, посмотрела вверх и смущенно улыбнулась.

— Ничего, ничего, — сказал Эл, обхватив рукой ее спину, чтобы помочь обрести равновесие. — Думаешь, сможешь добраться до ванной?

— Да, — ответила Сьюзен, стоя совершенно неподвижно и ожидая, пока не пройдет приступ головокружения. Она неловко улыбнулась и посмотрела прямо ему в лицо.

Больше всего на свете в этот момент Эл хотел поцеловать Сьюзен. Ее губы были такими розовыми и мягкими, щеки тоже слегка порозовели от усилий, но он твердо решил держать себя в руках, зная, что не имеет права пользоваться ее состоянием. Поэтому вместо того, чтобы поцеловать ее, он взял халат, который раньше положил в ногах кровати, и накинул ей на плечи.

— Ну, давай. Помни, если что, я за дверью.

Спустя десять минут Эл помог ей снова улечься в постель и уговорил поспать еще немного.

Когда Сьюзен проснулась во второй раз, спальню заливал теплый яркий свет. Она взглянула на часы. Два тридцать.

Сьюзен медленно села и опустила ноги на пол. Голова еще болела, но не так сильно, а головокружение было не таким уж ужасным, если передвигаться медленно. «Давай-ка, посмотрим, можешь ли ты стоять», — сказала она себе. Да, дела определенно идут на лад. Она потянулась за халатом, надела его, сунула ноги в шлепанцы и медленно пошла в гостиную.

Эл сидел за кухонным столом и смотрел в окно.

— Привет, — слабо сказала Сьюзен, подходя к столу. Эл вскочил с такой скоростью, что стул едва не упал на пол, и помог ей сесть рядом с ним.

Его глаза, казалось, спрашивали, как она себя чувствует.

— Похоже, мне уже лучше, хотя, сознаюсь, голова еще болит. Но головокружение уменьшилось, — ответила она на этот молчаливый вопрос и улыбнулась. — Слушай, я умираю с голоду.

— Ну, пока ты спала, я позвонил Норе и попросил ее привести нам кое-какие продукты, — сказал Эл, двигаясь к холодильнику. — Господи, великий Боже, да чем же ты питаешься? Здесь не было совсем ничего, ни хлеба, ни молока, ни, самое главное, кофе.

— Знаю, знаю. Просто мне совсем не хватает времени.

Эл нахмурился, вытащил коробку с яйцами.

— Яичница пойдет?

— Угу. Отлично.

— Надо было выбрать время, — строго сказал Эл, суетясь на кухне, как курица-наседка. — Но теперь я заполнил холодильник и рассчитываю, что ты все это съешь.

— Слушаюсь, дорогой, — с чуть насмешливой улыбкой сказала Сьюзен и повернулась на стуле, чтобы смотреть, как он готовит ей завтрак.

Он оглянулся на нее, потом покачал головой.