Невеста на ночь - Патти Берг

– Рад познакомиться, – произнес Грэм, пожимая руку Кэйро и задерживая ее в своей руке дольше, чем следовало. Фиби заволновалась – но не от ревности. Она опасалась, что Грэм рано или поздно узнает, кто они такие на самом деле. – Ваше лицо мне знакомо, – добавил Грэм, глядя на Кэйро. Между его глаз залегла морщинка. – Скажите, мы не встречались раньше?

Фиби почувствовала, как племянница украдкой толкнула ее ногой.

– Кажется, нет, – ответила Кэйро.

– Лицо Ингрид всем кажется знакомым, – вмешалась Фиби. – Ее вечно принимают за чью-то сестру или подругу…

– Вы похожи на бывшую жену моего сына.

Кэйро закашлялась, схватила свой стакан с «Маргаритой» и поспешно глотнула.

– Вашего сына зовут Тур? – полюбопытствовала Фиби, ужаснувшись легкости, с которой солгала.

– Тур? – переспросил Грэм, а Кэйро метнула в тетю испепеляющий взгляд.

– Да, так зовут мужа Ингрид. Тур Йоргенсен. Крупный, рослый норвежец, вылитый викинг.

Грэм засмеялся и покачал головой, глядя на Фиби:

– Нет, моего сына зовут Дункан – он рослый и сильный, вылитый шотландец.

– Кстати, о Дункане… – успела произнести Фиби, но ее перебили.

– Ты говорила о Туре, – напомнила Кэйро.

– А по-моему, – возразила Фиби, игнорируя более чем законный протест племянницы, – речь шла о сыне Грэма. – И она повернулась к собеседнику: – Вы сказали, что Ингрид похожа на его бывшую жену. А сейчас он женат? – На этот раз Кэйро толкнула ее ногой сильнее, но Фиби только улыбнулась.

– Нет, не женат, – ответил Грэм. – По-моему, он до сих пор надеется снова сойтись с бывшей женой.

– Вот как? – Фиби поставила локти на стол и придвинулась ближе к нему. – Почему вы так решили?

– Он носит ее фотографии в бумажнике.

На этот раз пришла очередь Фиби толкать ногой племянницу.

– Должно быть, он по-настоящему любил ее.

– Наверное. Не знаю, что произошло между ними: Дункан об этом не говорит. – Грэм усмехнулся. – Они были женаты только одну ночь, представляете? Кэйро – так звали его бывшую жену – вернулась в колледж, а Дункан уехал в Египет. По-моему, они понятия не имели, что значит строить отношения.

– А может, они еще помирятся, – с надеждой заметила Фиби. – Похоже, Дункан все еще любит жену, раз не расстается с ее фотографиями.

– Или он просто привык хранить всякий хлам, – вставила Кэйро.

Грэм нахмурился, Фиби последовала его примеру.

– Звучит не слишком романтично, – высказалась Фиби.

– Я охладела к романтике с тех пор, как мы… с Туром расстались. Он оказался безответственным человеком… Впрочем, мы пришли сюда не для того, чтобы обсуждать разводы. – Улыбка наконец-то скользнула по лицу Кэйро. – Может, поговорим о чем-нибудь другом? А еще лучше – потанцуйте. – Она посмотрела на Грэма. – Герти говорила, что вы умеете танцевать сидя в кресле.

Грэм усмехнулся, и Фиби опять залюбовалась ямочкой у него на щеке.

– Это самые неудачные слова, какие я когда-нибудь произносил в присутствии женщины, – признался он. – Даже тридцать лет назад я танцевал скверно и с тех пор мало чему научился.

– Очень жаль. – Фиби встала из-за стола и взяла его за руку. – Потому, что я намерена заставить вас выполнить обещание – не важно, хотите вы этого или нет.

– Если вы готовы – пожалуйста.

Оставляя Кэйро одну за столом, Фиби ощутила укол совести, но быстро забыла о нем. Рослый симпатичный ковбой подошел к столику, пока Фиби и Грэм выходили на середину зала. Оглянувшись через плечо, Фиби увидела, как Кэйро пытается отклонить приглашение, но безуспешно. Через минуту Кэйро уже танцевала странный тустеп, удивив Фиби.

– Вы намерены весь вечер наблюдать за Ингрид или все-таки обратите внимание на меня? – осведомился Грэм, и Фиби тут же очутилась у него на коленях, а его горячая и сильная ладонь легла ей на талию. Фиби в очередной раз порадовалась тому, что надела платье с глубоким вырезом на спине.

Теперь она смотрела прямо в глаза Грэму. Их губы оказались совсем рядом. От него приятно пахло одеколоном «Олд спайс», что окончательно покорило Фиби.

– Мне следовало предупредить вас: под танцами я подразумеваю объятия, – заявил Грэм.

– Так я и думала.

Фиби обняла его за шею и радостно заулыбалась, а Грэм ловко лавировал в кресле между танцующими.

– Знаете что, Грэм?

– Что?

– Еще никогда танец не доставлял мне такого удовольствия.

Дункан сбросил облепленные грязью ботинки и оставил их на задней веранде отцовского дома вместе с сумкой, набитой грязным бельем. Торопливо пройдя по дому, он поискал отца и вздохнул с облегчением, убедившись, что его нет дома. Он приехал в город, чтобы разыскать Кэйро, и не собирался тратить время на разговоры с отцом.

Дункан изнывал от усталости. Ему не повредил бы горячий душ, но первым делом он схватил увесистый телефонный справочник, плюхнул его на кухонный стол и открыл страницу с номерами городских гостиниц. Таких в Сэнктуари насчитывалось немного. Дункан не сомневался, что разыщет Кэйро за каких-нибудь десять минут, если она еще в городе.

Набрав первый номер, он достал из холодильника банку холодного пива, вскрыл ее и сделал глоток.

– Скажите, не у вас ли остановилась Кэйро Макнайт? – спросил он, дождавшись ответа.

– Минутку…

В «Эльдорадо» пятнадцать номеров – Дункан знал это, потому что именно там они с отцом останавливались в первый приезд в Сэнктуари. Ему казалось, что хозяин гостиницы без труда запоминает всех постояльцев. Необходимость ждать раздосадовала его: ему не терпелось разыскать Кэйро.

– Нет, сэр, под этим именем у нас никто не регистрировался.

– А Фиби Макнайт?

– Минутку…

Пожалуй, ему потребуется больше десяти минут, чтобы обзвонить все гостиницы в Сэнктуари.

– Тоже нет, сэр.

– А Кэйро Кинкейд? – предпринял Дункан последнюю попытку.

– Так это вы, мистер Кинкейд?

Черт! Теперь разговор затянется.

– Да.

– То-то голос показался мне знакомым! Как идут поиски динозавров? Нашли что-нибудь?

– Еще ищу, – с трудом сдерживая нетерпение, отозвался Дункан.

– Отлично. Рано или поздно вы найдете тираннозавра, и в городе прибавится приезжих. Здесь, в «Эльдорадо», нам бы не помешали новые постояльцы.

– Я сделаю все, что в моих силах, – пообещал Дункан. – Так у вас не останавливалась Кэйро Кинкейд, мистер Поттер?

– Нет-нет.

– Извините за беспокойство.

– Ничего. Передавайте привет отцу.