На крыльях надежды - Барбара Картленд

— Ты не зайдешь? — крикнула Лорна. — Папа хотел тебя видеть, и близнецы в гостиной.

— Я очень занят.

Каким-то шестым чувством она поняла, что это неправда.

— Не уходи, Майкл, — позвала она, бросаясь за ним. — Я хочу обсудить с тобой кучу вещей.

— А разве командир эскадрильи не здесь? — спросил Майкл. Он остановился у входа в холл и, обернувшись, смотрел, как Лорна спускается с последнего пролета лестницы.

— Его не будет до девяти часов, — ответила Лорна. — Леди Эбботт председательствует на обеде, а она любит, чтобы обед превращался в долгую церемонию и сопровождался беседой.

— Бедняги! Ладно, я останусь ненадолго, если ты хочешь. Позволь мне сесть сюда, — сказал Майкл, опускаясь на софу у пустого камина.

— Почему сюда? — удивленно спросила Лорна.

— Я остался, — ответил Майкл, — поговорить с тобой. Я не чувствую по вечерам особой потребности в светском общении.

Лорна накрыла рукой его ладонь.

— Ох, Майкл, дорогой, — сказала она, — ведь ты не так ужасно это воспринимаешь? Ты знаешь, как мне не хочется тебя травмировать.

Майкл засмеялся. Смех получился жестким, без малейшего намека на веселье.

— Ты достаточно взрослая, Лорна, чтобы знать, что нельзя расправить крылья и полететь, а потом спрашивать, не причиняет ли это кому-нибудь боль! Позволь мне оставить мои чувства при себе. Если могу сделать что-нибудь для тебя, я к твоим услугам.

Лорна почувствовала себя несчастной. Майкл внушал ей ужас своей утонченной жестокостью. Она посмотрела на него, и из ее глаз быстро покатились слезы, а потом его руки обняли ее за плечи, и Майкл — чужой Майкл, со стальными глазами и мрачным, разгневанным выражением лица — сказал:

— Боль! Конечно, это больно! Чего ты ждала, маленькая дурочка? Но ты будешь счастлива; ты должна быть счастливой — слышишь? — иначе я сверну шею этому молодому человеку с большим удовольствием!

Потом он встал и пошел к двери, прежде чем она успела прийти в себя.

— Спокойной ночи, — пожелал он.

Лорна заставила себя встать и вошла в гостиную. Близнецы тихо разговаривали и замолчали при ее появлении.

— Во сколько придет Джимми? — спросил Питер.

— Я думаю, около девяти.

— Тогда мы пойдем его встретим. Он обычно ходит через поле, да?

— Да, всегда.

Лорна устала. Внезапно ей захотелось, чтобы Джимми не приходил вечером, чтобы она могла побыть вместе со своей семьей, как раньше. Она вошла в комнату к Бет и села подле нее. Ей удалось посидеть, так несколько минут, затем дверь открылась и вошли Питер и Пеке.

— Ты спустишься? — спросила Пеке. — Джимми пришел, но он не поднимется, потому что медсестра сказала ему, что корью можно болеть дважды.

— Это очень предусмотрительно, — ответила Лорна.

— Он сказал, что не будет рисковать, чтобы хорошо выглядеть в день свадьбы.

— Какая нелепость! — засмеялась Лорна. — А как насчет меня, интересно знать?

— А ты сможешь прикрыть лицо вуалью, — ответил Питер. — Господи! Сейчас Бет нужна такая вуаль, правда?

— Ты на себя посмотри; ты не лучше, даже когда не болеешь корью, — раздраженно заметила Бет. — Если ты сюда пришел отпускать всякие замечания, можешь уходить.

— Я совершенно согласна, — сказала Пеке, впервые выступая против брата. — Вспомни, как выглядел ты, Питер, когда у тебя была ветрянка. Бедная старушка Бет! Тебе принести что-нибудь?

— Мускатного винограда, персиков и гигантскую коробку шоколада! — сказала Бет.

— Что за фантазии! — воскликнул Питер, затем переглянулся с Пеке: им пришла в головы общая мысль.

— Джимми! — закричали они хором.

— Мы попросим его принести Бет что-нибудь вкусное — студень из телячьих ножек и заливного цыпленка, — продолжил Питер.

— Вы ничего у него не попросите, — прервала их Лорна.

— Попросим.

— Он сказал, что сейчас, когда он член нашей семьи, мы не должны стесняться что-либо у него просить, — объяснила Пеке.

— Ну, так я вам запрещаю, — сердито сказала Лорна. — Я не хочу, чтобы он стал объектом вымогательства только потому, что у него есть деньги.

— О боже! А для чего же ему деньги? — спросил Питер. — Ты не должна проявлять неуместную гордость, знаешь ли.

— Во всяком случае, мы не собираемся так себя вести! — сказала Пеке.

— И я не собираюсь, — вставила Бет. — Как вы думаете, он мне подарит накидку из чернобурки? Я давно такую хочу.

— Нет, конечно, — сказал Питер. — Он будет дарить нам разумные вещи, какой смысл наматывать себе на шею шкурки мертвых животных?

— Я сейчас же спущусь и предупрежу Джимми, чтобы он не дарил вам, жадным, корыстным детям, ни одной вещи, — с достоинством сказала Лорна. — Мне за вас стыдно.

Она вышла из комнаты, хлопнув дверью. На мгновение после ее ухода наступила тишина, затем Питер, и Пеке переглянулись.

— Скажем ей? — спросил Питер.

Пеке кивнула:

— Раз она болеет — давай!

Глаза Бет засияли.

— Что такое? — спросила она. — Расскажите.

Близнецы очень редко оказывали ей такое доверие: обычно они не посвящали ее в свои секреты. Ясно, что для этого был повод! Они уселись с двух сторон от ее кровати.

— Слушай, Бет, — тихим голосом начал Питер…